Чтение онлайн

Клоп, внимательно слушая, вдруг изрек:

– А нюхать-то зачем?

Все, кроме Огарика и самого Колопота, заулыбались.

– Клоп, это образно, – просветил я его. – Смажешь корень, и еще хотеться будет.

Тот заулыбался.

– Чего ты? – спросил Толикам.

– Да представил, как мы за ней по лесу все ходим, ну если б там ее… и нюхаем.

Тут уже удержаться от смеха не смог никто.

– Тьфу на вас. Ладно, поехали дальше, – стал поднимать я мужиков после того, как они обыграли эту тему на языках. Дошло до откровенной пошлости. И это при ребенке.

– Молчал бы, – ответил, вставая, Клоп. – Видели мы, как ты ее подсаживал.

– Липкий, – окликнул я вора, – если у тебя в следующий раз мысли дельные появятся, ты делись, только вовремя.

– Есть одна. На дорогу нам надо в ночь выйти.

– Зачем?

– След сбить. Да и по дороге дальше уйдем.

– Верно говоришь. Ищем дорогу.

В этот раз передвигались частично перебежками – чтобы поберечь лошадей. Бежали все, кроме меня, Огарика и Швана, и поочередно: двое постоянно на своих двоих, но при усталости менялись с кем-либо ехавшим на лошади.

К вечеру нашли дорогу. Совершенно пустынную. Мы с Чустамом сходили на разведку. Нашим критериям по запутыванию следов она не соответствовала, скорее наоборот, поскольку была превращена прошедшей бурей в контрольно-следовую полосу. Знаете, когда распаханная такая полоса вдоль границы. Мы, например, четко видели следы недавно проехавшей повозки. И самое плохое, что они были единственными.

– Что делать будем? – Чустам разглядывал следы.

– Пустим впереди нашего вольного, а сами следом поедем. Преследование все равно только через несколько осьмушек начнется, если вообще сегодня, там, может, и затопчут наши следы.

– Ты про имперцев не забывай, те должны уже идти по следам.

– Магов еще вспомни.

– И вспомню. Воду надо – лошади пить хотят.

– Тогда туда, – ткнул я пальцем в сторону, где теоретически должна быть река.

По крайней мере, я предполагал, что она там.

– Телега туда же поехала.

– Да и орки с ней. Клоп предупредит – объедем.

– Тоже верно.

Я поймал себя на мысли, что после моего повторного освобождения из рабства Чустам стал мне даже роднее, чем Клоп. Может, конечно, влияние присутствия новеньких, на фоне которых корм как-то ближе. Но вернее всего просто притираемся. Липкий, кстати, довольно коммуникабельный тип. Настолько быстро адаптироваться в чужом коллективе не каждый сможет. Шутки, прибаутки, он даже сленг наказанных почти не употребляет. Тот еще жук, похоже.

– Ладно, давай отдохнем, перекусим и отправимся дальше. – Я развернул Звезданутого.

В отряде и без нас сообразили, что пора бы подкрепиться. Из мешка Миранта был выужен хлеб и копченая рыба, то есть то, что не надо готовить. Клоп нарезал какой-то забавный по форме корень. Оказалось, приправа, взятая из кареты, похожа на имбирь, но с мятным привкусом. Я взял ломтик, попробовал.

– Мм… Клоп, да ты… ценитель вкуса. – Я не сразу подыскал в местном языке аналог слова «гурман». – К рыбке самое то.

– Шван подсказал. Я выбросить хотел.

– Понятно. Смотрю, сапоги подошли?

– Знаешь как удобно?

– Пока не знаю. Но сейчас попробую. Ларк, а ты куда сапоги дел?

Тот растерянно смотрел на меня. Сапоги были уже на нем. Как говорится, в большой семье…

– Ладно, тебе больше ногами двигать, – смирился я с потерей.

Еще две пары разобрали Чустам и Толикам. У остальных обувь была не рабско-орочьего производства, то есть получше.

– Ты костюмчик примерь, – посоветовал Клоп.

– И вправду, чего это я.

Размерчик был мой. Почти. Прежний хозяин был, мягко говоря, поупитаннее. Поверх кафтана я надел перевязь с клинком.

– А неплохо, – резюмировал Липкий. – Это тоже надень.

Вор протянул мне шапку. В нашем мире я бы такую не надел. Этакий немножко женский покрой. По форме напоминала обычную вязаную шапку, то есть без полей, козырьков и чего бы то ни было, но изготовленная из плотной ткани, и по краю шла кружевная оборка.

– Ларк, снимай сапоги, – потребовал вор.

– Пусть носит, – заступился я.

– Ты просто себя не видел. Сейчас побреем, волосы подрежем, чтоб из-под шапки не торчали, и вылитый либалзон. Документы тоже есть. Жеребец под стать. Печать под шапкой не видно.

– Липкий прав. Рот только не открывай. Я не встречал знать без двух зубов, – сказал Чустам.

– Шести, – поправил я его.

– Остальные незаметно, – возразил корм.

– Огарик, вставишь?

– Если выточишь.

Я повернулся к парню:

– Ты что, правда можешь вставить зубы?

– Там ничего сложного. Только вытачивать из кости надо и выглаживать потом.

– Хромой, ты не отвлекайся, мастера замучаешься искать, чтобы выточил, – вернул меня к примерке Липкий.

– Да я сам выточу.

– Видел я людей с такими зубами – лучше уж совсем не приращивать. Сапоги надевай.

– Зачем все это?

– Документы у знати спрашивает только стража, и то по отдельному приказу. Ну а уж чтобы палец к печати приложить… Я вообще о таком не слышал.

– У знати свита.

– Вон два твоих стража стоят, – кивнул Липкий на Чустама и Клопа. – Шлем нахлобучим на воевого, и печати не видно будет, хотя тому тоже надо что-то на голову подыскать, больно взгляд глупый.

– Ты это… – подал голос Клоп.

– Да шучу я. Вы чего, парни?

– Кто же поверит, что стража в шлемах едет? Да еще и в таких штанах?

– Я и не таких причудливых знатных видел. Один еще и со щитами заставлял ходить, и его, чуть что, прикрывать. Штаны, конечно, не воевые, но никто особо присматриваться не будет. Толикам, пробуй синий кафтан.

– Мне-то зачем?

– Твое лицо внушает доверие. Будешь горном. Ну или вон Швану дайте кафтан. Он и говорить умеет как надо.

– Дело говорит, – подтвердил Шван, – в городах только при въезде во второй, а то и третий круг стен документы у знатных спрашивают. А палец приложить просят только на въезде в замки локота или грандзона какого щепетильного. Можно только на имперских наткнуться… Тем все равно, кто перед ними.

– Ты хочешь сказать, что мы вот прямо по дороге можем ехать? – дошло до Чустама.