Чтение онлайн

— Ну не шедевры… я ещё только вспоминаю…

— Всё равно. Покажи. Я хочу попробовать, — я улыбнулся, утыкаясь носом ей в шейку. Чувство песчаных весов в душе прекратилось. Кажется, я сделал всё правильно…

Патент я получил на следующий день, наконец вздохнув с облегчением — получилось! Осталось поучаствовать в «турнире», который был назначен через декаду, и найти себе производителя. Кроме того, я поинтересовался в местной Сети, что это за «Турнир» такой. После сбора информации я пришел к выводу, что это нехилый такой способ заявить о себе! Ну а если я заявлю о себе, то непременно найдется желающий производить мою продукцию, если она ему понравится… а дальше необходимо лишь договориться о цене. Так как очень много ресурсов будет тратиться на материалы, то я могу рассчитывать не более чем на тридцать-сорок процентов с продажи каждого из доспехов. В общем-то я на это и рассчитывал тогда, когда перелетал из Шейда в Империю, после боя с Райвалом, потому это не стало для меня открытием.

Я было захотел самостоятельно оценить стоимость доспеха, но столкнулся с одной проблемкой… аналогов реактора, как в груди моего доспеха, ни у кого нет, а значит и цены на него тоже…. Вот незадача? Ну да и не важно, сам производитель и оценит.

Всю декаду, что оставалась до турнира, я провёл с Лайлой… весьма необычным способом, надо сказать. А именно — я создавал ей одноразовое средство спасения, для чего она должна была быть постоянно при мне, чтобы это средство под нее настроить. Нет, я конечно мог обойтись и без нее, но твердо решил проводить с ней большую часть времени, тем более, что это возможно. Девушка не была против работы со мной, получая удовольствие от общения, повседневных, обыденных шуточек и минутах такой вот, своеобразной близости. И на душе у меня было спокойно.

Параллельно я дорабатывал свой собственный Доспех, у которого на груди уже красовалась цифра «Восемнадцать». В частности, я встроил те самые чувствительные энергопринимающие датчики, что и в дроида-телохранителя, позволяя напитываться ему от любого тепла, а также заменил центральный реактор на широкую, в два пальца, аргонитовую «таблетку», диаметром с кулак. Предпосылкой к этому послужила выявленная мной уязвимость доспеха…

В тот раз я попросил Лайлу проверить пули с добавлением аргонита — их я создал, что называется, «по пути» — в этом не было ничего такого. Тем более вокруг атмосфера, потому пули весьма актуальны! Вот эти пули необходимо было проверить, что Лайла и сделала. Попадания в корпус не наносили ощутимого вреда, вызывая синие вспышки. Повреждения наносились, но до условно находящегося внутри тела они не доставали, застревая во внешнем слое. Ничего страшного — даже системы небыли задеты. Только броня. Пока Лайла не выстрелила в сердечник — генератор энергии. Для меня не стало открытием, что аргонит, имеющий нереальную прочность, разрушился от аргонитовой пули — подобное разрушается подобным. Вот только датчики, которые я поместил внутрь для замерки повреждений, тут же сообщили о падении количества энергии и общем упадке систем. То есть, фактически, если мне попадут в грудь, особенно в полёте, то всё — я полечу камнем вниз. Просто чудесно! — это, конечно же, сарказм.

Углубившись в размышления, напару с Лайлой, я, совершенно случайно, наткнулся взглядом на аргонитовую «таблетку» — я их сделал аж десяток, когда создавал дроида-телохранителя. Так, на всякий случай. Мой мозг тут же заработал в нужном направлении, шестеренки задвигались и механизм выдал целую теорию, которая выглядит примерно так:

«Генератор энергии, схему которого я взял с реактора собственного корабля, куда его водрузил Цефодрис, вырабатывает энергию посредством постоянного движения и соприкосновения, очень похожих на магнитные, полей. При попадании пули, логично, что, во-первых, в эти поля вторглось поле пули, внося свои коррективы. Во-вторых — механизм перестал двигаться и тем самым пришел в негодность — не было „трения“ полей. Аргонитовые кольца больше не двигались, а значит и энергия не вырабатывалась. Вернее, энергия вырабатывалась, но очень и очень мало — это естественная функция аргонита, как такового. Было одно „НО“, выявленное ещё на носителе, когда я экспериментировал с этим материалом — чем больше количество аргонита, тем больше энергии он выделяет. Причем пластина в два раза больше, выделяла не в два, а в почти три раза больше энергии. Кольца, суммарно, по своей массе довольно невелики! Если учесть, что аргонит, к тому же, отличный резервуар энергии, который увеличивается с увеличением размера, то мы приходим к выводу: необходимо поставить крупный резервуар, попадание в который пули, не нарушит его работы, а лишь уменьшит количество вырабатываемой и содержащейся энергии…»

Далее, я, для пробы, использовал одну из «таблеток», которую вмонтировал в грудь доспеха. Следующий выстрел Лайлы привел к неожиданным результатам — на «таблетке» появилась трещинка, тогда как кольца аргонита были поломаны в прямом смысле — я доставал обломки! Это навело меня на мысль о том, что чем больше масса аргонита, тем больше сопротивление. Это логично, учитывая, что этот материал, как своеобразный магнит, который ничего, конечно же, не притягивает. Чем больше магнит, тем сильнее он притягивает железо, тут тоже самое. Поля, окружающие аргонит, мешают попасть в него и серьёзно ослабляют внешнее воздействие. По крайней мере, кинетическую энергию пули точно — замедляя её полёт. После я провёл ещё одно исследование, поместив дуло винтовки, а значит и вылетающую пулю, в пределы поля — вплотную. Пуля, проделала дыру и благополучно застряла, не дойдя до предполагаемого тела внутри.

В серии следующих экспериментов, я располагал сразу несколько аргонитовых пластин в разном положении: для этого пришлось сделать квадратные пластины. Я ставил восемь пластин вокруг одной, ставил одну пластину на четыре лежащих под ней, ставил их башенкой и стрелял сверху… Вернее стреляла Лайла, ну да не важно.

В конце концов я пришел к выводу, что аргонитовые поля пластин соприкасаются и передаются друг-другу, усиливая мощь каждого элемента по отдельности и структуры в целом. То есть, в любом случае, пластина в груди гораздо безопаснее. Тем более, что датчики не засекли критического падения энергообеспечения доспеха, хотя и засекли некий скачок. Аргонит в пуле органично вплелся своими полями в пластину, тем самым хоть частично, процентов на двадцать, но заменив выбитую часть. Более того, когда я намеренно проделал пулей дырку в аргонитовой «таблетке» и основательно её потрескал, специально-приспособленным аргонитовым молотком, — Ну а чем же ещё?! — а после вставил в грудь, «таблетка» также функционировала… конечно с падением общего кол-ва доступной энергии процентов на тридцать и сокращением времени службы аргонита, как накопителя… но накопитель работал! А сердечник из колец уже бы не работал. Таким образом, я пришел к выводу, что пластина — лучше. В разы. А зарядиться… что-нибудь придумаю, от чего можно зарядиться. Например, можно носить с собой специальные сменные «картриджи» — аргонитовые таблетки. Ну и солнце с электричеством неплохо заряжают теперь моего «дровосека».

Так у меня появился «восемнадцатый», а мы с Лайлой начали работу над доспехом для нее. Главной задачей её доспеха, была незаметность и возможность применить мгновенно, чтобы спасти жизнь в критической ситуации. У Содружества есть подобные спасательные скафандры — модуль, прикрепленный к груди. При активации ударом в грудь, облачает тело своего носителя в энергетический кокон, защищающий от температур космоса, солнечной или иной радиации и позволяющий дышать в течении пяти часов… Если дышать как можно реже, то думается мне, и до пяти с половиной, а то и до шести часов можно дотянуть. Универсальные Спасательные Модули — УСМ — так они называются. Мне необходимо сделать нечто подобное, только в виде доспеха с применением аргонита.

Первый Спас-Аргонт, с ударением во втором слове на «О» (Каюсь, придумала Лайла, взяв производное от слова «Аргонит»), был мною сделан по технологии моего воротника на комбинезоне — в случае опасности, или по команде оператора, тот выпускал пластины, закрывал голову и тем самым образовывал удобный небольшой шлем, как раз под размер головы. Здесь принцип был тот же — в случае чего, либо по команде оператора, из браслетов и дополнительных модулей выдвигались сегменты брони и скрывали под ней оператора. Браслеты располагались на запястьях, икрах, под и над коленями, а также под и над локтями. Гибкая металлическая полоса опоясывала живот и шею, на груди крепилось своеобразное ожерелье, а к локтевым и коленным суставам, по бокам, крепились круглые модули-таблетки, разворачивавшиеся в наколенники и налокотники. При активации это всё умудрялось скрыть носителя, состыковаться друг с другом и образовать герметичную среду.

Внешне это выглядело не очень привлекательно, — прямо рабыня какая-то, особенно если учесть, что все модули крепились на обнаженное тело — зато было эффективно. В случае команды, из браслетов вверх и вниз выдвигались пластины, облачающие носителя в броню. Таблеточные модули разворачивались не вверх-вниз, а по кругу, образуя защиту коленей и локтей, пояс образовывал броню корпуса, а в самом конце задействовался ошейник — он расширялся и крепился на новообразовавшейся броне корпуса, в случае чего готовясь раскрыться в шлем.

Отложив данную модификацию «Аргонта», так как слишком уж долго его надевать, я решил сделать просто подвижную гибкую версию комбинезона-скафандра, только с добавлением аргонита. Этот вариант мне понравился больше — он включал в себя ниточную сеть из аргонита, мерцающую слабым синим светом, вживленную в аналог земного кевлара, только очень гибкий, но при этом столь же прочный. Получившийся вариант напомнил мне спандекс, ну или эластан, так как был очень эластичным. Выполненный в черных и серых цветах он полностью облегал тело девушки, выгодно подчеркивая её фигурку, и хорошо защищал — в этом я убедился, выстрелив очередью из винтовки в специальный манекен, на котором находился прототип эластичной аргонитовой брони. В итоге манекен конечно был поврежден, но вот ткань не порвалась — правда, я использовал обычные пули, но результат аргонитовых пуль итак известен: порвут как тряпку… И вот чтобы не порвали, для защиты важных органов я состряпал простенький бронежилет с броне-аргонитовыми пластинами — в обычные бронепластины я добавил аргонит-жидкость, которая застыла, смешавшись с волокнами бронепластин, и образовала очень удароустойчивый материал.

Самое интересное заключалось в том, что аргонит можно было расплавить только, разве что в жерле вулкана или ещё глубже, под корой… Ещё, его можно было создать сразу жидким, убрав одно из соединений в его молекулярном строении. Это соединение тут же возвращалось, но за это время аргонит успевал уже внедриться в волокна бронепластины, образуя нечто новое. В комплект к бронежилету я добавил также наголенники, наколенники, налокотники и накладки на предплечья. Сам бронежилет защищал плечи, грудь спину и совсем немного живот. В итоге получилась довольно удобная, лёгкая броня с повышенными защитными характеристиками, хоть и уступающие соединению арогонита и металла в моём доспехе, которому я наконец-то дал уникальное название: «Ар-18» — на это меня натолкнула Лайла, придумав название «Спас-Аргонту». ЭлАрБ-1 — Эластичная Аргонитовая Броня — могла носиться, как просто гибкий костюм, так и в комплекте с бронежилетом и так далее. Тем более, Лайла официально является моим телохранителем, а значит ей положена броня — и ведь не прикопаются!