Чтение онлайн

— Эге, — промолвил он, толкая соседа в бок, — неужели судить будем этого?

— У тебя есть возражения? — скривился орк.

— Нет.

Хаук встал перед троном Верховного Паладайна. Руки он по-прежнему держал за спиной и кивнул, не опуская их:

— Приветствую Верховного Паладайна Золотой Ветви, благородного Угрука аш-Шииба из рода Шииба, императора свободных орков.

Тот только кивнул головой, не проронив ни слова.

С места встал шаман. Взяв протянутый Хайей бубен — девушка не сводила глаз с Хаука, — он скакнул к арестованному и закружился вокруг него в танце, бормоча что-то про себя. Постепенно круги его становились все шире, и зрители слегка попятились, чтобы не мешать шаману заклинать духов. Хайя, помедлив, присоединилась к нему. Она танцевала под ритм бубна и бормотания шамана, напевая что-то себе под нос и, скользнув в танце мимо Хаука, шепнула ему:

— Я постараюсь помочь!

Тот только скосил глаза на девушку. В наряде шаманки дочь Верховного была чудо как хороша. Ее крепкие ноги мелькали в разрезах кожаной парки, грудь подпрыгивала в такт танцу, а многочисленные косички, украшенные перьями и ракушками, так и летали вокруг головы. Крепкая, коренастая, широкобедрая, она пахла мускусом и потом и была просто мечтой для каждого орка, который желает выносливую жену и здоровых детей. Но она была в наряде шаманки, что напрочь убивало все мечты о брачном союзе. Судя по татуировкам на лбу и руках, она еще не прошла полного посвящения и могла выбирать. Но когда посвящение будет пройдено, Хайя аш-Шииба будет потеряна навсегда.

Закончив танец, девушка плюхнулась на шкуру к ногам отца. Она упала на четвереньки и какое-то время тяжело дышала. Капли пота стекали по ее лбу.

— Духи, — прошептала она наконец, — духи сказали мне, что он невиновен!

— Ты даже не знаешь, в чем его вина, а собираешься защищать, — парировал Верховный Паладайн.

— Но духи сказали, что на нем вообще нет никакой вины! — настаивала девушка.

— Вина есть! — неожиданно вступил шаман. — И большая!

— Да! — Верховный носком сапога пихнул дочь в плечо, приказывая сесть на свое место. Девушка откатилась в сторону, и он встал. — Капитан Хаук аш-Гарбаж обвиняется в том, что оставил расположение части и рискнул своей жизнью ради сомнительной по значимости встречи. Он попал в плен к врагу и там совершил убийство, которое, в свой черед, повлекло уничтожение целого города со всем населением…

Лорд Гандивэр беспокойно заерзал на своем месте. Это с ним должен был встретиться арестованный, это он должен был передать необходимые сведения. И не его вина, что все пошло наперекосяк. Ведь донесение все равно оказалось у Верховного Паладайна.

— Кроме того, он не сразу по освобождении вернулся в расположение своего отряда, а некоторое время где-то бродил. Его не было в битве в Ущелье Дворхов. Все эти дни он провел в обществе светловолосой ведьмы, которую якобы похитил для своих целей.

Хайя захлопала глазами. Как все девушки, у которых жених вынужденно отсутствует подолгу, она была ревнива.

— Ты можешь как-то объяснить свои поступки, аш-Гарбаж? — обратился Верховный к тому.

— Похищение светловолосой шаманки…

— Ведьмы! — вскипел шаман, вскакивая на колени. — Светловолосые женщины все ведьмы!

— Похищение светловолосой шаманки, — упрямо повторил Хаук, — преследовало только одну цель. Мне нужен был заложник, чтобы беспрепятственно выбраться за пределы вражеского лагеря!

— Мог бы обратиться ко мне! — воскликнул лорд Гандивэр. — Я постоянно был там и мог тебя прикрыть!

Хаук никак не отреагировал на его слова.

— Кроме того, я хотел раздобыть кое-какие сведения, касающиеся Золотой Ветви, — продолжал он.

— Мы получили эти сведения без твоей помощи! — отмахнулся Верховный Паладайн и покровительственным жестом положил руку на плечо лорда Гандивэра.

— Да, но те, которые шаман потом извлек из памяти этой светловолосой шаманки, вы получить не могли!

— Это мелочь, знать которую не обязательно, — перебил его император. Не хватало еще, чтобы сейчас Хаук рассказал все подробности! Это тайна, которая должна быть сохранена во что бы то ни стало. Хаук ее знает — и Хаук должен умереть. Потом черед дойдет до остальных, но этот будет первым.

— Гораздо важнее сейчас другое, — продолжил он. — То, что ты сделал с заложником!

— Я поступил с нею так, как должно, — ответил Хаук.

— И как же?

В зале повисла мертвая тишина. Многие знатные орки догадывались, что дело не так просто. Интересно, каким законам он следовал — военного времени или родовой чести?

— Получив все сведения, которые мог, я отпустил светловолосую, — спокойно ответил Хаук. — У меня не было времени ждать три недели, чтобы решать, достойна ли она жить или нет.

— Почему?

— Это мое дело! — ушел от ответа Хаук.

Как ни странно, его слова всеми были приняты как должное. Орки знали, что можно солгать начальству или отказаться отвечать на вопросы, которые ты считаешь опасными для себя. Но Верховный Паладайн не собирался сдаваться.

— Генерал аш-Гарбаж! — воскликнул он, и названный сделал шаг вперед. — Спросите своего сына, почему он сохранил светловолосой ведьме жизнь и свободу?

Генерал нахмурился, вставая возле трона императора. Он не имел права отказаться от этой обязанности, и Хаук будет вынужден сказать правду.

— Капитан Хаук аш-Гарбаж, — промолвил он, — почему ты освободил свою заложницу?

Хаук взглянул отцу в глаза. Несколько секунд продолжался безмолвный диалог, потом молодой орк спокойно ответил:

— Я излил в нее семя. Она знатного рода и достойна этого.

Хайя глухо застонала, впиваясь ногтями в ладони и падая лбом на шкуру. Перед глазами ее плясали звездочки. Ее Хаук изменил ей! И с кем? Со светловолосой ведьмой! Это она, Хайя аш-Шииба, должна была стать его женщиной!

— И после этого…

— После этого я ушел своей дорогой, чтобы не видеть ее до тех пор, пока не настанет пора решить, будет она жить и носить моего наследника или умрет, — сказал Хаук.

— Интересно, как ты собирался ее найти?

Это спросил Верховный Паладайн, но Хаук ответил правду:

— Я запомнил ее имя.

Лорд Гандивэр не выдержал и всплеснул руками. Никто не может знать имен Видящих — только они сами и их родители, если захотят помнить о том, что у них была такая дочь. Ни одна Видящая не станет доверять свое имя постороннему. Имя — часть души. Назвать имя — вручить свою душу.

— И только? Ты не договаривался с нею о том, чтобы встретиться позже?

— Нет.

— Ты лжешь, — спокойно констатировал Верховный Паладайн. — Иначе что она здесь делает?

Зрители вздрогнули. Кто-то ахнул, кто-то подался назад, а кто-то сделал шаг вперед, когда император махнул рукой, подавая кому-то сигнал, и двое орков за локти подтащили к его трону светловолосую девушку в грязном изодранном платье, с силой бросив ее на пол.

Лорд Гандивэр вздрогнул — он узнал Видящую Наместницы Ллиндарель и невольно подался назад, словно опасаясь, что волшебница наведет на него чары. Хайя, наоборот, придвинулась ближе. Глаза ее загорелись — она воочию увидела свою соперницу и мигом придумала ей сотню достоинств, которых была лишена сама. И плевать, что это эльфийка! Она осмелилась отбить у нее Хаука и уже этим заслужила ненависть. Зато генерал Эрдан аш-Гарбаж смотрел на пленницу с откровенным интересом — а что, если во чреве этой девчонки в самом деле уже проросло семя его сына? Как ему стоит поступить в этом случае?