"Фантастика 2024-178". Компиляция. Книги 1-26
Шрифт:
— Он станет им, такова судьба. Люди слабы и корыстны. Его семья сильно пострадает в грядущей эпохе смуты и перемен. От него многое будет зависеть, и твоя задача помогать как ему, так и всем остальным. Никита создал сплоченную и преданную ему команду. Он справился с задачей даже лучше, чем я ожидала. Они станут играть главенствующую роль в будущем развитии событий.
Вместе с новым императором Великим князем Мирославом они займут ключевые посты и станут его командой. Много невзгод выпадет на их плечи, но они справятся. Имей в виду, — Орса строго посмотрела на своего ученика, — Алан — одна из ключевых фигур, связующее звено между людьми и Драгорнами.
— Я запомню. — Молодой человек вздохнул. — Каждый раз забываю, что вы видите множество путей развития событий и способны выстраивать нити взаимосвязей, создавая будущее под определенные цели.
— Не спеши, ты еще слишком молод в познании сокровенных истин. Твой дар постепенно раскроется. Продолжай за всеми наблюдать и корректировать их действия, выдавая в нужный момент определенные подсказки. Главное, чтобы они выглядели как их собственное озарение, чужого присутствия и влияния по-прежнему никто не должен обнаружить. Ты помогал Никите, направляя его, теперь все то же самое предстоит делать и с Аланом. Пути, цели и задачи этого мальчика я тебе со временем раскрою.
— С Никитой порой бывало сложно, — ученик вздохнул. — Его развитое восприятие часто ощущало мое присутствие.
— Но ты справился, — похвалила молодого бога Орса.
— Учитель, позвольте задать вопрос, — немного смущаясь, произнес молодой человек.
Богиня слегка кивнула, давая разрешение.
— Когда Никита появился перед пространственным проколом, то, что находилось с той стороны, его узнало. Что это значит?
Орса непонимающе посмотрела на него, став серьезной.
— Что ты слышал? Поведай мне.
Ученик не думал, что его вопрос насторожит учителя. Он считал, что богиня знает об этом.
— Он сказал: «Это ты?!» В его короткой фразе чувствовалось удивление, непонимание, как подобное возможно, и даже толика страха.
— Можешь идти, — задумчиво произнесла она, отведя взгляд куда-то в сторону и не ответив на вопрос. — И не забывай про свои иные задачи.
Раз учитель не отвечает, значит, на то есть причины. Иначе она рассказывает и посвящает его во многие тайны, давая при этом мудрые советы. Молодой человек поклонился и исчез.
Богиня продолжала стоять, глубоко задумавшись. Тайна рождения истинной сущности Никиты даже для нее оставалась загадкой.
Кто же он на самом деле такой, если древнейший первичный бог хаоса, существующий нынче в ином измерении, так сразу его узнал? Его природа непостижима, он может проникать в глубины бытия, в саму сущность, поэтому узнал Никиту. Это не просто его удивило, но и взволновало, судя по колебаниям пространственного прокола!
Орса вздохнула и посмотрела вверх. Того, кто стоит над ней, спрашивать не стоит, он не ответит, а лишь укорит ее за отголоски человеческого любопытства, от которого она так до конца и не избавилась.
Богиня вновь посмотрела вверх и через секунду исчезла.
Радагор Воронов
Странник-1. «Скользящий»
Глава первая
Я был странным ребенком, как говорят, не от мира сего. Еще в раннем детстве, озадачивал своих родителей сложными вопросами. Все началось после того, как мне приснился страшный сон. Он изменил мою жизнь, перевернул сознание.
— Мама, Папа. — Тихо, жалобно прошептал я, проснувшись среди ночи. Зарыдав, уткнувшись в подушку, обильно поливал ее слезами. Страх, окутывал разум, прикасаясь своими липкими щупальцами к рассудку. Обрывки сновидений проносились перед глазами.
Пугало мое будущее, нечто ужасное ждало меня впереди. Сильно жмурясь, сжав зубы, я часто, отрывисто дышал. Было очень страшно.
«Умирать ты будешь по настоящему, осознавая весь ужас происходящего», звучал в голове голос, а затем пришло понимание, кто-то остался доволен моей смертью!
Я явственно ощутил, как пахнуло неимоверной, запредельной, ледяной мощью. Нет, не холодом, а именно силой. Затем мелькнули тени. Вновь неприятное ощущение, что тебя кто-то вырывает из собственного тела и куда-то тащит.
Я лежал и трясся, спрятавшись под одеяло. Свернувшись в калачик, прижав руки к груди. Тело буквально ходило ходуном. Хотелось позвать родителей, но не было сил. Сколько это продолжалось, не помню, но внезапно по телу прокатилась волна умиротворения, мгновенно погрузив меня в глубокий сон.
Утром, все ушло на задний план, спряталось в глубины памяти. Нет, совсем не забылось и продолжало тревожить, но уже в другом плане. Возникли вопросы, не свойственные моему возрасту. Изменилось восприятия себя, что-то пробудилось, я стал другим.
В один из вечеров, когда отца, как всегда, не было дома, он в очередной раз задерживался на роботе, подошел к матери, и так, невзначай, поинтересовался:
— Мама, а что такое смерть?
Та, удивленно посмотрев на меня, пожала плечами.
— Смерть, это когда жизнь подходить к концу, мы умираем.
Я махнул рукой.
— Да знаю, а вот что дальше?
— Что значит дальше, Денис? — Не поняла она. — Это все, человека больше нет.
Я подбоченился.
— Ну, а я куда денусь?
— Как куда? Ты умрешь, похоронят и все.
— Это понятно, но вот только куда денусь я? — И, вздохнув, посмотрел на нее.
— Ничего не понимаю, кто я? Что ты от меня хочешь услышать? Я же сказала, умрешь, дальше ничего.
— Тело то закопают, а вот я, ну, тот, что внутри, — и ткнул себя пальцем в грудь, — куда денусь?
— Кто внутри? — Мать уставилась на меня, в глазах появилось некоторое беспокойство.
Пожав плечами, разочарованно махнув рукой, я поплелся к себе в комнату, под ее недоуменный взгляд.
Во мне жила уверенность, что я не могу исчезнуть, уйти в небытие, я есть, а раз это так, то как бесследно испариться то, что существует? Такого не может произойти, тело всего лишь место, в нем я нахожусь в этом мире. Да, оно смертно, а вот то, что произойдет со мной там, за гранью, этот вопрос сильно волновал.
Мне казалось, что в этот мир я именно пришел, а не родился. Но тогда возникал другой вопрос, откуда? Увы, ответов не было, и первое, что хотелось узнать, а кто тогда Я?
Много происходило не понятного в течение моего детства, только ответов, ни кто дать не мог.