Чтение онлайн

Порыв спросить, куда мы идём, конечно, был, но я решила помолчать. Директор – это не соседки по комнате, не целитель Изаму и даже не учительница Аю, которая охотно идёт на диалог. Тут цуми знает, чего ожидать.

Сейчас удалось рассмотреть Тэцую получше. Но если внешне ничего нового я не обнаружила, то вот исходившую от него рёку ощутила не приведи Плетунья. Тэцуя явно сдерживал силу, но этого было недостаточно. Рядом с ним клонило к земле. Хотелось просто опуститься на колени и коснуться лбом земли, признавая власть. Только власть… чего?

Через время до меня дошло, что мы оказались на берегу реки.

Тэцуя молча смотрел на воду. Я начала нервничать. Притопить решил, что ли? Так была куча свидетелей, видевших, что мы ушли вместе. Хотя… может быть, здесь принято так избавляться от нерадивых учениц?

Я всё же прокашлялась.

– Директор Тэцуя?

Он смотрел на водную гладь.

– Мия говорит, ты её спасла. Вытащила из реки.

Я затаила дыхание. Так вот оно что… Малышка рассказала ему о своих… наших приключениях.

– А потом велела цуми уйти. И он послушался.

Тэцуя повернул голову. Чёрные глаза полыхали живой тьмой, ломая мою волю, круша её в одно мгновение, сминая, будто карточный домик. Дыхание исчезло из лёгких, перед взором заплясали красные круги. Я захрипела, по телу прошла дрожь.

– Что ты сделала, Аска из клана Шенгай, чтобы она поверила увиденному? – прогремел его вопрос.

Лёгкие жгло, стоять было невозможно.

Я с трудом собрала рёку, жар пробежал по руке, кумихимо разорвал кожу, вырываясь на волю щупальцами тьмы. Они метнулись к Тэцуе, который вмиг выбросил щит из чёрного стекла.

Грохот. Земля дрогнула.

Воздух хлынул внутрь. Такой сладкий, такой вкусный, о Плетунья.

Чернильно-фиолетовые щупальца вновь потянулись к директору, и тут же хлынула тягучая тьма. Я вскинула свободную руку и начертила иероглиф «Защита». Он вспыхнул рёку, но тут же осыпался пеплом мне под ноги.

Тьма рассеялась.

Директор Тэцуя задумчиво смотрел на меня, сложив руки на груди.

– Неплохо, – наконец-то произнёс он. – Только реагировать надо быстрее и научиться сразу ставить щит на кандзи. Иначе их будут тереть все, кто хоть немного понимает в каллиграфии.

– Это была проверка? – возмутилась я.

– А похоже на свидание? – не смутился он.

Я покосилась на реку, потом на лес. Учитывая, что тут шастают цуми, это явно не лучшее место для свидания.

– Мия никогда ничего не выдумывает, – тем не менее добавил Тэцуя. – Но я должен был увидеть всё собственными глазами.

Увидел.

Но именно сейчас я поняла, что кое-что увидела тоже. Спасённая мною малышка и директор Тэцуя похожи словно родные отец и дочь.

– Что, так и сказал? – прошептала Мисаки с округлившимися от изумления глазами.

И чудом не свалилась с кровати, я ухватила её, не дав стукнуться носом о пол.

– Так и сказал. Думаешь, я выдумывать буду? Харука хмыкнула и вгрызлась в яблоко.

Весь день нас ощутимо гоняли. Аудиторию приводили в порядок все вместе. Не так уж и сильно её повредили, подумаешь. Вылетели окна, прожгло пол, разметало столы… Даже в стенах дыр нет! Считай, лёгкий погром, ничего лишнего!

Но, ясное дело, я мудро молчала и сгребала мусор. Потому что все мысли занимали слова директора Тэцуи.

– Вечерние занятия, Аска. Через день. Занимаемся прямо здесь во избежание новых разрушений. Защита, контроль, кандзи-концентраторы.

Я могла только благодарно поклониться. Меня не спрашивали, меня поставили перед фактом. И это большая удача. Директор не снёс голову, а решил развить те способности, за которые надо снести голову. Да я счастливица!

– С тебя станется, – буркнула Мисаки, сев на кровати.

Я недобро на неё глянула.

Подруга тут же подняла руки.

– Сдаюсь-сдаюсь. Просто не припомню, чтобы он кого-то брал на дополнительные занятия.

– А припомнишь, чтобы кто-то вызвал к жизни битву из хроник клана? – уточнила Харука.

Мисаки насупилась. Крыть было явно нечем.

После беседы с директором я опасалась, что бравая компания во главе с Сату меня где-то поджидает, но… их даже не было на уборке. Закралось подозрение, что девиц тоже куда-то отправили. Подальше от нас. Кажется, Тэцуя прекрасно умел разводить враждующие стороны. Пока единственным его промахом было то, что он уехал из школы в тот момент, когда я пошла в храм Плетуньи.

И Мия… Его дочь.

– А где её мать? – сам сорвался вопрос с губ.

Харука перестала жевать, Мисаки насторожилась и спросила:

– Аска, ты о ком?

– Про Мию, дочку директора. Она же живёт тут. А где её мать?

Девчонки переглянулись.

– Аска, он же вдовец, – ответила Харука.

– Насколько известно, он с Мией так и приехал, – добавила Мисаки.

– Никто даже не знает, какой она была?

Мне почему-то стало жаль малышку. Не знаю, какой была супруга Тэцуи, но…

Харука пожала плечами.

– Неизвестно. Сама понимаешь, никто на эту тему не говорит. Только так, слухи… Но что правда, что нет – не разобрать. Известно только одно: раз в году директор с дочерью вместе со всеми ученицами и учителями школы Годзэн отправляются к Плавающему храму, чтобы почтить души умерших.

Перед глазами появилось огромное озеро, прозрачное и ледяное. В центре озера – деревянный храм, с первого взгляда простой и неприметный, толком и не понять, почему люди к нему ходят. При этом повязывают на запястье плетёные шнуры: чёрные, если кто-то родной и близкий умер десятки лет назад, синие – пять лет, жёлтые – два года, и красные – не прошло двух лет.

– И кумихимо на их запястьях были… – начала я.

– Синие, Аска, – тихо сказала Мисаки.

– Как и у Коджи, – заметила Харука.

– Коджи? – встрепенулась я. – У него тоже была жена?

Харука закатила глаза.

– А ты о другом и думать не можешь. Не знаю. Но умер кто-то близкий, раз он повязывает синий кумихимо перед походом к Плавающему храму.

Спустя несколько секунд до меня дошло, что это была подколка. Я чуть не хлопнула себя по лбу. Ну да, Аска же была влюблена в Коджи. Следовательно, и вопросы о нём подруги трактуют соответственно. Надо ж было так вляпаться! Не могла хозяйка этого тела выбрать кого помоложе?