Чтение онлайн

Эйтаро поперхнулся словами, которые уже готов был сказать. Во рту пересохло. Синяя рёку? Это что ещё за…

Белая — Икэда. Почему она такая яркая — вопрос, но ещё как-то можно объяснить. Чёрная — Шаманы Ночи. По ней всё понятно. Но синяя… что это за куколка фукурума, в которой прячется несколько других куколок, поменьше размером?

Три… три следа рёку! Это же вообще в голову не укладывается.

Эйтаро присел, взял щепотку земли, перетер в пальцах. Родная рёку обвила ладонь, ластясь котёнком. Не просто родная — его собственная. А здесь было только два человека, в которых влили силу шиматты. Да, и оба из клана Икэда. Но эта синева? Что это всё значит? Такая рёку да ещё и сверху черной и белой?

— Как ты понял, что надо искать здесь? — спросил он, не вставая.

— Вечером проверял территорию на наличие посторонней силы, — спокойно ответил Йонри. — Этот след ведет далеко. Несколько десятков ри. Жаль, что так не сказать, куда упирается.

Синяя… синяя рёку. Она так светится, что будет снится и ночью. Чистая, сильная и… тяжёлая. Такой нет ни у кого ни в кланах, ни у малых народов. И вообще есть ощущение, что эта сила не принадлежит… людям. Но кто в Тайоганори обладает ею?

Эйтаро медленно поднялся.

— Это местечко подкидывает все больше и больше сюрпризов, — мрачно сказал он. — Некогда…

— …рисового вина выпить? — иронично уточнил Йонри.

Эйтаро не удержался и хмыкнул. Со всем происходящим вино надо пить не нефритовыми стопочками, а бочками. Может, и правда вся беда в трезвой голове?

— Именно. Но перед этим я бы хотел потолковать с двумя людьми. Они явно знают, что это такое.

Йонри посмотрел в даль, по направлению змеящейся тройной рёку.

— Как думаешь, кто может находится рядом с нами? Я понимаю, что ты думаешь про директора Годзэн и его брата. Но ведь они остались без рёку. Так что её могло возродить?

— Возможно, у клана есть свои шиматты, — прищурился Эйтаро.

И пусть это звучало невероятно и должно было нарушать все законы Тайоганори, но… он сам нарушал их, поэтому могло случиться что угодно.

Нужно быть готовым ко всему. Боги решили повеселиться.

— Ты же хочешь добиться цели.

— Хочу.

Печать в руках Карана светится бледной зеленью, приковывает взгляд. Вот оно — спасение и путь к процветанию. Наконец-то люди смогут быть свободными, как птицы. Ведь вся сила идёт Крылатым, которые пусть и совершенно разные, но все больше показывают свое отношение к тем, кто не может подняться в небо.

И только некоторые, такие, как Мирунгша и Айскелайша, готовы идти по жизни вместе с человеческим народом. Им обоим тоже не нравится, как все происходит в обществе Крылатых.

Да, Крылатых… Название Кодай-но они получат уже века спустя.

Каран даже не подозревает, к чему приведут его деяния.

Он смотрит в сиреневые, так не похожие на человеческие, глаза Мирунгши — советника верховного Крылатого, и верит.

— Сегодня мы позовем силы земли, — говорит тот, и солнце раскаленным золотом раскрашивает его узорчатые одежды.

Все Крылатые одеваются так, что ни одной человеческой мастерице не повторить. Потому и всегда расхватывают товары с Небесных островов, потому и гордятся, если удается что-то получить из изделий Крылатых.

Кто-то становится просто охотником, просто копируя все за ними. А кто-то… теряет смысл жизни, понимая, что никогда не сумеет с ними соперничать. А тут ещё крепнет слух, что Крылатые хотят поработить людей, потому что те недостойны быть свободными.

Но эти двое… Они понимают, что рабство ни к чему хорошему не приведет. Поэтому Мирунгша и пришёл к нему, понимая, что нужно действовать. Он вызывает больше доверия, чем Айскелайша. Тот сам себе на уме. Только улыбается так, что временами немного не по себе. А, может быть, всё дело в том, что среди всех сильных и прекрасных Крылатых Айскелайша хромает. Это бросается в глаза, да так, что невозможно думать о чем-то другом. Медицина Крылатых развита до высочайшего уровня, но он почему-то не желает ничего исправлять.

— Я даже с костылём пройду путем правды в отличие от других, — только хрипло смеется он, и Каран почему-то верит каждому его слову.

Он хочет все изменить. Чтобы люди и Крылатые были равны, чтобы никто не пытался диктовать кому-то свои правила. Но Мирунгша настаивает, что правящую верхушку Крылатых нужно уничтожить. Призвать на их головы проклятия, разрушить, уничтожить, чтобы даже памяти не осталось. Совет не пойдет на уступки, они будут воевать.

— Сегодня, — шепчет Мирунгша и накрывает руки Карана своими, слабо светящимися в темноте. — Сегодня мы идем к Разлому Мира, чтобы призвать спящие силы. Они помогут построить нам новый мир.

Айскелайша молчит. Только смотрит так, что внутри все переворачивается. И Каран… сдается. С такими могущественными союзниками не может не получиться. С ними все будет правильно. И мир станет другим…

Моя голова похожа на мешок с соломой.

Я сжала виски, стараясь прогнать туман и кружением. Мерзкая тошнота подступила к горлу и совершенно не хотела уходить. Все же эти все погружения в прошлое — дело крайне неприятное.

Сацуджинша, надо ему отдать должное, не пытался умничать и подкалывать, а терпеливо ждал, пока я приду в себя. После чего снова показывал очередной кусочек из истории Кодай-но.

Получалось, что Каран был, в целом, неплохим парнем, но явно неособо понимал, с кем тягался и во что его заставили вляпаться эти двое.

— Мирунгша хотел сам управлять и Крылатыми, и людьми? — хрипло спросила я.

Отвратительно, голос как чужой. Все органы будто прекращают работать как надо, засыпая под картинки из прошлого Тайоганори.

— Хотел, — кивнул Сацуджинша. — Но для начала его задачей было уничтожить своих прямых конкурентов. Мой род в этом списке был одним из первых.

Я покосилась на него. Кажется, это вполне себе получилось.

— Кстати, почему Кровь?

Он пожал плечами:

— Обозначение. Мои предки сделали очень много для Небесных островов. Мы всегда были в почете у верховного. Поэтому и носили эту фамилию с гордостью.