Чтение онлайн

Этот видимо не обладал способностями контроллера, и наоборот пытался сделать всё сам, а именно пожрать нас обоих. Мимо правого уха просвистели сгустки энергии и Лири спешила присоединиться к схватке. Она выпускала стрелу за стрелой, но те вонзившись в тело врага, не наносили заметных повреждений.

— Бей в глаза! — Прокричал я во всю глотку.

Помимо того, что тварь оставляла после себя слизь, так она еще и раздавила трупы предыдущих противников. Когда я попытался отскочить в сторону, то едва не потерял равновесие, скользнув вперед. Весь пол покрылся отвратной жидкостью, поэтому я решил поступить по-старому, а именно вонзил два копья в глаз слизня, и воспользовавшись моментом, приблизился.

Тварь вновь решила притвориться тараном, и ей это удалось. Я едва успел запрыгнуть и зацепиться за одну из торчащих из его тела стрел. Под ногами жадно чавкала пасть, и меня чуть не вывернуло от исходящего от зубов смрада. Стены задрожали, с потолка сыпался камень, и казалось всё это место вот-вот обрушиться.

Каким-то образом, цепляясь за жирные складки, мне удалось забраться на спину слизня, прежде чем он врезался в стену. Сверху послышался скрежет железа, и не успев я перекатиться на бок, меня бы придавило подвесной клеткой. Лири карабкалась на орудия пыток и продолжала стрелять. Ей всё же удалось попасть в один глаз, и существо наполовину ослепло.

Одной рукой я держался за складку на коже, а второй наносил удар за ударом энергетическим клинком. Существо взревело от боли, но продолжало брыкаться, в надежде стряхнуть меня на пол. В один момент ему почти удалось, и мои пальцы расцепились. Я знал, если окажусь на земле, то вряд ли успею увернуться от массивной туши врага.

Меня спасла Лири, когда девушка выпустила две стрелы, которые вонзились в плоть слизня, и я успел за них схватиться. Потолок продолжал рушиться, и таким образом место рождения ползунов может быть навеки потеряно. Стоило оставить мелким засранцам массивную тушу в качестве благодарности, пускай обжираются, и набивают свои маленькие животы.

Тварь теряла такое количество жидкости, что вскоре весь пол залило зловонной субстанцией. Исход битвы был предрешен, и оставался всего один вопрос. Успеем ли мы убить его до того, как он обрушит потолок нам на головы.

Когда клинок смог пробиться сквозь толстую кожу и на спине слизня образовалась широкая рана, я запустил нити внутрь. Тварь завизжала предсмертным воплем, чувствуя, как они оплетали и проникали во все внутренности. Лири отчётливо помнила моё предыдущее выступление, поэтому довольно ловко перескакивая с клетки на клетку, двигалась к выходу.

Я начал обратный отсчёт. Тварь пыталась избавиться от меня, брыкалась, верещала, чувствуя холодное касание смерти. Бойся, сука, и передай всем своим на том свете, что тебя убил Ярослав, они поймут о ком ты говоришь.

Стены помещения окрасились в мутно-жёлтый оттенок и куски слизня с мокрым шлёпаньем падали на каменный пол. Меня отбросило ко входу, и, если бы не Лири, посадка получилась бы довольно интересной. Девушка, весом в два раза меньше и ниже ростом, без страха попыталась меня поймать, и мы кубарем покатились к лестнице.

«Получено 500 опыта»

«Достигнут новый уровень: 16»

Лири сидела прижавшись спиной к стене, а лежал в её объятьях, покрытый с ног до головы отвратной субстанцией. Не знаю что чувствовала девушка, но я первым делом вложил два свободных очка характеристик в интеллект, догнав его до двадцати, и «расширение энергии» до трёх. Мне были доступны сразу четыре нити, и я всё ближе становился к шестому уровню, когда всё остальное пойдет в увеличение срока действия умений.

Я открыл глаза, и заметил как Лири смотрела на меня благоговейным взглядом и широко улыбаясь, произнесла.

— Пойдём отсюда.

Фигура, облачённая в тёмные одежды, медленно ступала по земле, в которой больше не существовала жизнь. Всем своим видом, она символизировала горечь и невыносимое чувство печали, сравниться с которым не может даже сама смерть. Голоса вокруг сливались в унисон, исполняя песнь первого и последнего вздоха.

Она несла в руках небольшой свёрток в котором покоилась так и не рождённая жизнь. Огни сопровождали фигуру, а окружение тонуло в собственных слезах, создавая бесконечные реки отчаяния. Голоса, которые не исполняли песнь, затягивали длинную и душещипательную речь. Неизвестная в тёмных одеждах поднесла свёрток и приложив его к губам, поцеловала.

Если можно было описать происходящее в двух словах, то они прозвучали бы через чур наигранно и не смогли бы передать всю суть происходящего. Бесконечный цикл рождения и смерти нельзя было прерывать, но как можно прервать то, что никогда не начиналось?

До этого дня я не задумывался об этом, и казалось огромная часть жизни, проходила мимо меня. Признаться, мне не хотелось этого видеть, но до конца своей жизни я так и не сумею забыть, как матери прощаются со своими мертворожденными детьми.

Лири подмигнув улыбнулась и еще раз поблагодарила меня. Как выяснилось, она не могла находиться в зале собрания старейшин, так как по их обычаям она всё еще являлась ребенком. В помещении пахло свежим хлебом, кислым молоком и благовониями, букет которых я не смог распознать. Еще на подходе к поселению, Лири меня предупредила, что старейшин будет не так просто убедить, но подсказала пару трюков, слабых мест, на которые я смогу надавать.

Вообще Захребетье с первого впечатления вызывало несравнимое уныние. Сотни палаток, в котором ютились местные жители, окружали несколько деревянных блокпостов, и в тот момент я понял, почему ранее Брок говорил о переселении. Их народ больше напоминал кочевников, которые никак не могут найти собственный дом.

В центре поселения находился бревенчатое здание, в котором проживали правители их маленького народа. Я конечно ожидал чего-то большего, но видимо это всё что осталось от их цивилизации, стоявшей на ступени позднего средневековья. По этой причине стоило аккуратно выбирать слова, и я мысленно прогонял в голове диалоги.

Меня посадили на подстеленный как собаке коврик и дали глиняный стакан воды. Я сделал пару глотков, и поставил его возле ног. Вскоре появились три пожилых фигуры, которые заняли свои места на резных и украшенных драгоценностями сидениях.

— Мы обсудили твоё предложение, чужак. — Раздался хрипловатый голос старца. Ну хоть лаоваем не обозвали, подумал я про себя, и ждал продолжения. — И оно нам не нравится.

— Могу я узнать причину? — Вежливым тоном спросил я, не зная местных обычаев.

— Ты чужак! — Ответил второй старец с густыми, похожими на щётки бровями. — Дитя зря тебя привела в наш дом.

«Старые, упрямые, живущие в прошлом». Всё как описала Лири. Отсутствие сна и усталость давали о себе знать, и мне не хотелось затягивать беседу с теми, кому понадобилось целых три часа, чтобы прийти к такому заключению.