Чтение онлайн

Это Дан уже заметил, когда увидел репетиции Flower – они двигались как-то… скованно и старомодно. Дан предложил нанять другого хореографа и оказалось… что у Person даже нет контактов хореографов из той же студии 1MILION, про зарубежных и говорить не стоит. [*1MILION – корейская танцевальная студия, где заметные хореографы Кореи дают что-то вроде мастер-классов, обучая кусочку хореографии.*] Но при этом Канджи был готов платить за хореографа, просто раньше им и в голову не приходило менять то, что ставит привычный специалист. У Дана не было связей с местными умельцами, поэтому он проверил свой список контактов. Есть один танцор, он ведет блог, с которым Дан знаком. Хореографию для себя Дан бы ему поставить не дал… впрочем, Зейн бы и не взялся. Зато от идеи поставить хореографию женской к-поп группе пришел в полный восторг – такого он еще не делал. Вскоре Зейн прилетел в Сеул и начал учить девчонок из Flower танцевать на каблуках. Сам он тоже танцевал на каблуках. Минхо, кажется, при знакомстве хотел попрыскать на Зейна святой водой, или чем-то вроде, но сдерживался. Просто старался не встречаться с заграничным специалистом на каблуках.

Откровенно говоря, девчонки из Flower от него тоже были в шоке, но уже через пару занятий изменили свое мнение. Как понял Дан из разговора, многие хореографы не учитывают наличие высоких каблуков на ногах танцоров и не задумываются о том, что сохранять на них равновесие сложнее, чем в кроссовках. А хореографы HighHeels учитывают это сразу. В Корее, разумеется, этот стиль тоже преподают, но обычно его считают ответвлением стриптиза, движения там максимально сексуальны. Поэтому такие танцы айдолам сейчас ставят не часто – это ведь сцена, а не стриптиз клуб. Были даже случаи запрета движений, из-за чего агентства со временем решили не рисковать.

Зейн занимался танцами на профессиональном уровне с детства и он с удовольствием объединил несколько стилей, оставив от классических движений HighHeels совсем немногое. Дан сначала немного боялся, что его знакомый не сможет отказаться от валяния по полу и тверка, но он очень креативно подошел к хореографии. Конечный результат был в меру сексуальным, без перегибов.

Это же заставило Дана задумываться о другой важной составляющей успеха в современном к-поп.

О моде.

У Person были свои стилисты, даже целый отдел-ателье, потому что практически всегда группы выступали в нарядах, которые сшили специально для них. Но это и дорого, и старо, и скучно. Нужен хороший современный стилист, который будет создавать нескучные образы… и договор с брендами.

Взять одежду в аренду – не проблема. Почти. Есть небольшая особенность, ведь арендовать дают далеко не любую вещь. И дело тут не в стоимости, а просто в решениях брендов. Чаще всего для айдолов предлагают использовать самые яркие и не носибельные наряды. Помнится, в топе-бабочке засветилось половина к–поп сцены, даже Дан запомнил его. Примерно такое же было с мужской одеждой. А вот более спокойные, базовые вещи дают строго в руки и строго определенному айдолу. Если, конечно, нет договоренности с брендами.

Поэтому Дан в своем ежедневнике поставил еще две задачи: договориться о сотрудничестве с представителями LVMH, если это вообще возможно, и найти стилиста в Корее.

Сонхи для него создала запрос на корейском сайте найма сотрудников, а вот Канджи предлагал не искать нового, а переманить у других. Кажется, ему понравилось быть плохим парнем – АТА и так не скоро простят, что кто-то нанял продюсера, которого они добавили в черный список, а теперь Канджи предлагает еще и их стилиста переманить.

На самом деле, Дан знал, что искал. Точнее – кого. Ан Юнхи как раз сейчас должна быть в поиске работы. Он не был с ней знаком, они никогда не работали вместе, но зато он знал, что она очень комфортна в работе и хорошо стилизует образы. Ее очень долго не брали на работу, потому что она сама воспитывает дочь, мать-одиночка. Вот только положение Юнхи никогда не было бедственным – девушка из обеспеченной семьи рано вышла замуж, родила, а после очень рано стала вдовой. Она могла позволить няню ребенку, для нее профессия стилиста была скорее про творчество, чем про необходимость работать, но клеймо матери-одиночки долгое время не давало ей найти клиентов… поэтому после она была очень предана Суджуну из UQ, который ее нанял. А теперь, возможно, будет так же хорошо сотрудничать с Person.

В начале декабря, практически одновременно с хореографом для Flower, в Сеул прилетело три представителя Columbia Records. Два юриста плюс Тимати. Одним рейсом с ними летел и папа Дана. Как бы хорош ни был корейский адвокат Дана, папа предпочитал вести такие важные контракты сына, тем более на английском, самостоятельно.

Дан мало участвовал в обсуждении контракта, но без работы не остался: Тимати попросил показал ему, как вообще проходит подготовка артистов в Корее. Дан мало что знал об агентстве, поэтому главным экскурсоводом был Ким Минхо, а Дан страховал его.

– Сколько всего дебютировавших артистов здесь? – спрашивал Тимати.

Дан был заметно удивлен, ведь Минхо очень хорошо говорит по-английски. С заметным акцентом, но проблем с восприятием речи на слух у него не было. В Корее многие знают английский язык… если писать на нем. С аудированием здесь огромные проблемы, потому что английский учат в первую очередь для того, чтобы сдать тест. Минхо же удивил. И потому что ему уже за сорок, а он так хорошо говорит, и потому что про него Дан бы никогда не подумал, что он умеет. Просто он… ну такой символ Кореи – поет по-корейски, поклонницы у него преимущественно кореянки, пусть его голос и ценят за пределами страны. А тут – общается с американцами без переводчика.

– Всего, или реально выступающих? – уточнил он.

– И то, и другое, – сказал Тимати.

– Около двухсот человек.

Тимати удивленно посмотрел на Минхо, а тот расхохотался. Дан тоже улыбнулся. Они сидели в столовой агентства и Тимати с нескрываемым любопытством разглядывал обстановку.

– Давай начнем с того, что наш доход складывается из нескольких сфер. Да, у нас нет супер-группы, которая бы приносила миллионы… пока, по крайней мере, – Минхо выразительно зыркнул в сторону Дана, – Но из-за большого числа очень разноплановых артистов мы достаточно стабильны в заработке. Стоимость нашей компании не скачет из-за чьих-то ошибок.

Тимати кивнул. Дан обратил внимание, что его наставник подготовился к визиту в Корею – как минимум что-то почитал и разузнал. Просто Person немного отличается от обычной картинки агентства талантов. Дан понял это, только оказавшись внутри. Да, ансамбль женщин, играющих на традиционных инструментах, не приносит сверхприбыль. Но их расписание выступлений забито на полгода вперед, а альбомы традиционной музыки продаются медленно, но стабильно. Person помогли им сделать имя, теперь они лучшие в стране, а лучших в стране хотят видеть на всех фестивалях традиционной культуры, на разных правительственных вечеринках, плюс они регулярно выступают в театрах и даже посещают с гастролями другие страны. Недавно вернулись из Берлина, например.

– Тогда давай только о к-поп артистах, – решил ограничить запрос Тимати, – Без музыкальных ансамблей, танцевальных групп. Вот только те, кто… так сказать – кого показывают по телевизору.

Минхо усмехнулся:

– Часть не активны… но давай так. Сольных исполнителей, с кем контракт еще не расторгнут, всего девятнадцать человек. Из них сейчас активны только шестеро. Пятеро, включая меня – на перерыве, потому что достаточно стары, чтобы иметь право не выпускать по альбому в год. Двое в армии, две женщины строят семью, то есть как бы в декрете, четверо не ушли со сцены, но пока не поют из-за малой популярности – снимаются в кино или ведут ток-шоу. Ну и для галочки. Из шести активных только трое дорого нам обходятся: им нужны услуги хореографов, костюмы для четырех недель продвижения, команда танцоров, организация мини-фанмитингов. Все остальные дешевле, потому что трот-певцы и исполнители баллад меньше тратят. Даже мои клипы стоят дешевле, чем клипы этой молодежи. Хотя я как бы на себе не экономлю.