Чтение онлайн

Канджи протянул Дану толстую стопку листов с печатью «Копия» на титульнике.

— Если коротко, — заговорила Юна. — Они хотят сделать вас рекламными моделями. Контракт почти такой же, как действующий у тебя и Минсока, с некоторыми нюансами. Первое — все дэнс-практики только в их одежде, можно добавлять только не-спортивные бренды, кроссовки не обсуждаются.

Дан кивнул: ожидаемо. Кроссовки — их основная статья доходов, их нужно как можно громче рекламировать. Танцоры к обуви менее требовательны, чем остальные спортсмены. В целом, танцевать можно практически во всех моделях кроссовок, за исключением некоторых совсем уж специфических.

— Контракт на год, то есть кампаний будет две: осенняя и весенняя, остальные — вариативно и оплачиваются отдельно, — продолжила Юна. — Это не отменяет ваши с Минсоком личные контракты, они будут пересмотрены осенью, просто с учетом наличия группового контракта.

— Детально и с юристом прочтешь позже, — предупредил Канджи, — Думаю, этот контракт мы точно берем.

Дан согласно кивнул. Групповой контракт со спортивным брендом позволит парням заработать. Люди часто пишут в интернете, что агентства получают половину прибыли, но это не совсем так. Начать стоит с того, что эту прибыль в музыке не так-то просто посчитать. Готовится музыка по несколько месяцев, вложения в нее колоссальные, да и прибыль получается не сразу. Обычно все расчеты ведутся за год, а не каждый месяц. Но, если группа хорошо продается, зарплаты ей начинают выдавать заранее, обычно усредненную сумму, чтобы было на что покупать еду и одежду. В конце года все доходы-расходы подбиваются — как на определенную группу, так и в целом на всех артистов агентства, которые пользуются услугами «офиса». И вот там уже, после сложных расчетов, прибыль делится между артистом и агентством. Из части артиста вычитаются его зарплата в течение года, остаток выдают премией.

Другое дело — рекламные контракты. Так как агентство в них не вкладывает почти ничего, то и забирает меньше. Процент, впрочем, разный — тут зависит и от агентства, и от айдола. По слухам, в АТА айдолы даже в рекламных контрактах получают только сорок процентов выплат. В Person девчонки из Flower имеют половину за групповые контракты и две трети за сольные. В Pop Heroes за всю рекламу — как групповую, так и личную — парни будут получать семьдесят пять процентов. Но при этом Минсок за сольные контракты отдаст агентству только двадцать, а Дан и вовсе — пятнадцать. Это потому, что им предлагают рекламу из-за их личной популярности, агентство посчитало справедливым отнимать меньше. Есть в Person артисты, кого в рекламе продвигают искусственно. Раз их контракты устраивает агентство, то агентство будет и получать больше — обычно половину от суммы выплат.

Person и UQ считаются самыми щедрыми по отношению к артистам, но не стоит думать, что они занимаются благотворительностью. С артиста вычитаются все расходы за его содержание, в том числе оплату общежития и тренировочных помещений. И каждый рекламный контракт обсуждается отдельно, он всегда трехсторонний — между артистом, агентством и рекламодателем.

Дан немного задумчиво пролистнул контракт Adidas, выплаты вроде стандартные. Канджи протянул следующую стопку:

— А вот это уже было неожиданно, — улыбнулся он.

Дан принял стопку и удивленно уставился на титульник. Louis Vuitton. Вроде бы его контракты с брендом уже подписаны, что там может быть еще?

— Не разрывая договоренностей с другими брендами для Джинхо и Минсока, бренд хочет годовой контракт, чтобы вы были послами Louis Vuitton, — объяснила Юна.

— Вся группа? — удивленно переспросил Дан.

Канджи улыбнулся и слегка откинулся на спинку своего кресла:

— Помнишь историю с тем, что у PDS сорвался контракт?

Дан кивнул, а Канджи продолжил:

— Мы недавно узнали всю историю от LVMH, господин Ю рассказал. Планировалось, что PDS станут послами Dior, их очень хотел дизайнер бренда…

— Шимус Дэрби? — уточнил Дан.

Сейчас позицию занимает Ким Джонс и он вроде никогда не проявлял желания работать с целой к-поп группой.

— Да, он самый, — кивнул Канджи. — Когда финансовые директора решили, что Ssag им кажутся какими-то подозрительными, от идеи отказались, что и стало причиной споров с мистером Дэрби. Он ушел, оставив недоработанную коллекцию, и LVMH пришлось делать экстренные перестановки в брендах, чтобы закрыть эту дыру.

Дан нахмурился, вспоминая. Дэрби — многообещающий молодой дизайнер. Насколько Дан помнил по прошлому, со временем считался одним из лучших для мужчин. Сейчас у самого Дана было немало одежды от Dior, потому что она подходит ему по стилю. А еще Дэрби очень любит работать с инфлюенсерами, у него всегда много гостей на показах, яркие рекламные кампании, Ким Джонс даже как-то пошутил, что тот сильно расстраивался из тесной связи Дана с Louis Vuitton. Так как в прошлом Шимус Дэрби тоже покидал Dior, его уход не показался чем-то, что может быть связано с действиями Дана. Наоборот — казалось, что вот это-то идет, как и в прошлом.

— Насколько я понимаю, он считается хорошим специалистом и его быстро переманили конкуренты, — продолжил Канджи. — Он ушел в другую корпорацию.

— Вроде еще неизвестно, куда, — нахмурился Дан.

— В Gucci, — ответила Юна.

Дан удивленно вздернул брови: вот это неожиданно. Как бы талантлив ни был Дэрби, он в модном бизнесе лет пять. Ему доверили главный бренд корпорации? После Dior, конечно, это не такой уж большой карьерный рост, но… Дэрби делает одежду для мужчин, а в Gucci нет разделения на женское и мужское, они делают один показ.

— Он же мужской дизайнер, — осторожно начал Дан.

— Деталей мы не знаем, — качнула головой Юна. — Но LVMH сказали, что этот показ нынешнего дизайнера будет последним, после будет объявлен Дэрби. И одним из условий его найма были…

— Рекламные модели, — пораженно выдохнул Дан, мигом догадавшись, почему вообще о Дэрби начали говорить.

Дан еще наивно думал, что это его бренды сильно любят. Оказывается, их главный краш — Шимус Дэрби. Стать креативным директором Gucci до тридцати, да еще и ставить им условия — это сильно.

— Я так понимаю, LVMH резко решили, что им тоже нужна своя к-поп группа в полном составе, — догадался Дан.

Канджи с улыбкой кивнул.

— И еще, — замялась Юна. — В общем, у них есть более весомые причины, чем у Gucci. Скорее всего, вы будете первой к-поп группой, которая выступит на Грэмми.

Дан нахмурился. Абы кто на Грэмми не выступает. Чтобы получить на это право, нужно быть номинированным в одной из популярных категорий. Альбому всего месяц. Да, показатели хорошие, но в США они не такие уж выдающиеся, чтобы быть уверенными в номинации.

— Это… будет номинация за выслугу лет, — смущенно объяснила Юна, видя недоумение Дана.

Он удивленно хмыкнул:

— Какая выслуга? Я месяц, как официально дебютировал.

— Критики высоко оценивают тебя и твое влияние на индустрию, — объяснил Канджи. — Даже если номинируют группу, это будет твоя номинация. Нам Тимати это сказал буквально несколько дней назад.

Дан удивленно открыл рот и тут же его закрыл. Тимати как-то говорил, что Дан очень негативно относится к судейству Грэмми, не беря в расчет одну важную деталь: эти люди считают, что они должны награждать тех, чье влияние на музыку и культуру полезно для молодежи. Могут ли они вручить статуэтку группе Дана просто потому, что они отвечают их представлению о достойном поведении молодежи? Вполне.