Чтение онлайн

— И ещё раз прости за мою сестру. Мне до сих пор неловко за неё. — парень почесал затылок от лёгкого смущения. Вроде и извинился в прошлый раз, но всё равно очень неловко.

— Ничего. Ты же не виноват.

— Но она каждый раз оскорбляет тебя.

— Неважно.

— Точно?

— Да. — Мэй вздохнула. — Как минимум я тебя прощаю за то, что составил мне сегодня компанию. Спасибо, Кевин.

Тот на секунду отключился, когда увидел милую улыбку. Впервые в жизни увидел такое выражение лица у неё! Это ведь событие мирового масштаба, которое стоит записать в анналы истории!

— Тебе идёт улыбка. — в трансе выдал Каслана.

— А?..

Фу Хуа быстро отвернулась в сторону. Дальше подслушивать нельзя. У неё покраснели уши. У них там романтические разговорчики, ей точно не стоит слушать. Да и для себя она кое-что осознала.

— Я никогда не думала об этом… — в своей жизни Хуа видела лишь две вещи: додзё и отец. Как бы ничего особого и не происходило. Этакий круговорот. А любовь… Наверное, такое чувство испытывала только к отцу… Но чтобы к другому мужчине…

— Фу Хуа, не заскучала?

Из мыслей её вырвал знакомый голос.

— Фу Хуа, не заскучала? — к подопечной подошёл Бондрюд.

— А… Нет…

— По-твоему лицу можно сказать, что тебя утомило.

Её поймали с поличным. Конечно, Хуа умела делать каменное лицо и получалось довольно неплохо, но её отец часто говорил, что она всё равно похожа на открытую книгу, хоть и не такую явную. Значит, человек перед ней довольно хорош в чтении эмоций.

— Здесь скучно. Согласна. Тем более, меня… Ах, не думаю, что следует загружать Вас своими проблемами.

— Преследуют кошмары с недавнего задания? — он словно бы читал её мысли.

Фу Хуа беспомощно улыбнулась. Ничего не могла поделать с собой. Она всё ещё молодая девушка семнадцати лет, которая совсем недавно была студенткой. Самой обычной, просто слегка спортивной и в равной степени невзрачной, даже «серой».

Внезапно потерять всё, после оказаться в организации по борьбе с Хонкаем, пройти операцию, стать агентов и пойти сражаться… Для её разума такие перемены слишком радикальны и неожиданны.

В момент своих дум, на её голову легла рука, что потрепала волосы. Её взгляд вновь обратил внимание на Бондрюда.

— Ты снова задумалась с таким серьёзным лицом. Не беспокойся. Ты делаешь всё правильно. Не твоя вина в происходящем. Порой люди не способны повлиять на некоторые вещи, потому что не всесильны. Конечно, многие бы хотели такое, однако… Мы живём в мире, где такое право дано, хм, наверное, только Богу.

— …Вы верите в Бога?

— Если докажут, я поверю. И считаю, что стоит верить во что-то более материальное. Я верю в себя и свои силы, Хуа. А во что веришь ты?

Её глаза округлились. А вот и правда. Во что верит она? За что сражается? За людей… Или ради отца и его учений? Не понять так просто. Это слишком сложный вопрос, по крайней мере, сейчас уж точно.

— Не пытайся найти ответ на него сейчас. У тебя есть время. Просто хочу сказать, что не стоит зацикливаться над прошлым. Оно полезно тем, что это опыт, а опыт не должен отягощать человека.

— Спасибо, что снова помогаете мне.

— Мне несложно.

Оно и понятно. Властелин рассвета не желал видеть очень полезного работника в таком состоянии. Не имеет значения, что ему придётся сделать, но он должен поддерживать работоспособность оного. Да, в прежнем мире ему приходилось пользоваться Зоаголиком, чтобы полностью подавить волю несчастных, ведь не хотелось встречаться с проблемами, когда с его методами кто-то не согласен. Да и так получалось сохранить своё некоторое «бессмертие». Но сейчас, в нынешних реалиях, мужчина будет действовать любыми способами.

Станет отцом, станет убийцей, даже станет любовником. Бондрюд не гнушался любыми методами. Фу Хуа отличная помощница, которой необходимо вырасти.

— Тогда, приготовься, мы скоро отправимся обратно. — он спрятал руки за спиной и пошёл куда-то по своим делам.

— Хорошо. Я соберу остальных! — уже более оживлённо ответила та.

— Буду благодарен.

Он вышел наружу. Начиналась глубокая ночь. Луна слабо освещала местность в округе. Всё-таки, давно Владыка зари не видел ночное небо. За все годы пребывания в Бездне… Наверное, о привычном небе успел позабыть давненько. Сейчас ситуация получше. Оно красиво, словно полотно какого-то художника, который небрежно разбрызгал по нему маленькие точки красок.

Но сейчас исследователь размышлял не об этом.

— Чтобы создать нечто действительно поразительное, многие часто забываются и уходят в одну плоскость. — размыслил мужчина, спускаясь по ступеням. — Либо их творение утопает в бесконечной любви, либо же в бесконечном безразличии и изредка можно встретить идеальный баланс всего этого. Для создания идеального инструмента, нужно сделать его умным, нужно привязать его к себе, нужно подарить ему любовь и наставления, нужно быть с ним честным и строгим, нужно помочь ему в мировоззрении. — мало создать бездушный инструмент, нужно подарить ему всё, что только способен подарить этот жестокий мир. Таким способом вероятность предательства уменьшается до минимума. Да, это кропотливый, очень долгий и ювелирный процесс, однако… — Всегда существует нейрохирургия.

***

Италия. День спустя.

— К-как это? Папа! Ты же шутишь, да? — с отрешённым лицом вопрошала несчастная.

— Конечно, нет, дорогая. — он взял её на руки и приблизил к себе. — Не беспокойся, доктор Мёбиус постарается вести себя хорошо.

— Ам… Эм… Пап. — её взгляд стал каким-то нарочито серьёзным. — Ты отшлёпал змею?

Вопрос мог выбить любого из колеи. Благо, она находились в его личном кабинете и никто этого не слышал.

— В любом случае, ты должна с ней поладить. Хорошо?

— Бу-у. Папа мне уже задолжал одно желание!

— Не беспокойся, я держу свои слова. Кстати, как провела время с Флоренс и Вилл-Ви? — решил поинтересоваться исследователь.

— Да никак. Вилл уснула через некоторое время, а тётя Флоренс… Мне кажется, она что-то скрывает. — внезапно девочка перешла на шёпот, словно говорит нечто важное.

— Надо же. И что же?

— Не знаю. Я спрашивала у неё, но она мне не сказала.

Бондрюд призадумался. Флоренс и правда загадочная личность. По её лицу ничего особо не прочитаешь, однако многолетний опыт позволял ему увидеть гораздо больше. Хотя, тягаться с Элизой, что проявляет силы судьи, уже не имеет смысла. По первым данным, его малышка способна ощущать эмоции человека.

К слову, несчастную Алти постигла незавидная участь. После «помощи» у неё обнаружили глубокое уныние и общее настроение к суициду. В общем, сила судьи на данном этапе уже крайне опасна.

— Флоренс идеально подходит для наблюдателя. За мной. — пришёл к выводу мужчина. Это не слишком сложно, ведь ожидаемо. Он до сих пор неизвестная фигура, которая вылезла из ниоткуда. Глупо считать, что его признают за одно достижение.

— Папа?

— Ничего. Ты молодец. Но не беспокой людей, если они не хотят говорить об этом, хорошо? — он погладил её по голове.