Чтение онлайн

Идея была дерзкой и рискованной. Тем не менее, в случае успеха Джи Хё получала мощный инструмент влияния не только на Сеул, но и на всю Корею в целом. А её покровитель обеспечивал себе поддержку на выборах, получив в её лице абсолютно подконтрольную фигуру. Как ни крути, женщина всё ещё находилась под следствием.

Мён Квак покинул лапшичную спустя десять минут. Несмотря на то, что мужчина сильно желал обсудить подробности получения обещанных денег, убраться отсюда и почувствовать себя в безопасности он хотел ещё больше. Второй фактор оказался настолько сильнее первого, что дольше десяти минут у него высидеть на месте не вышло.

Проводив изрядно нервничающего рекламщика взглядом, я снова взял в руки телефон. На мгновение задумался, кому первому позвонить и дать знать о новостях, но сделать окончательный выбор не успел — аппарат сам завибрировал в моих руках, на экране высветился номер Ми Ён.

Подняв трубку, я услышал голос девушки, которая в этот раз обошлась без всякого приветствия:

— Я сейчас в городе. На машине. Куда к тебе можно подъехать?

Хмыкнув, я задал вопрос, который пришёл в голову:

— Что-то произошло?

Ми Ён на мгновение замялась.

— Дядя… Я… Лучше встретиться, я всё лично объясню. Так будет проще.

Судя по голосу, проблемы у неё действительно были. Как минимум, морального характера. Достаточно серьёзные, чтобы наплевав на всё, позвонить мне и поставить меня перед фактом встречи.

— Где именно ты сейчас находишься?

Оказалось, девушка была не так уж и далеко. Всего в четырёх кварталах отсюда. Так что, в итоге, мы пересеклись ровно на середине пути в небольшой и судя по украшениям около входа, совсем недавно открывшейся кофейне.

Когда мы заняли один из столиков и Ми Ён заказала кофе, я понял, что ситуация несколько серьёзнее, чем казалось. Руки девушки заметно дрожали. А вела она себя так, как будто стоит на краю пропасти. Либо уже находится в режиме свободного полёта, приближаясь к её дну.

Подождав, пока официантка удалится на достаточное расстояние, я озвучил логичный вопрос:

— Что случилось?

Девушка замялась, опустив глаза вниз. Несколько секунд просидела, сверля взглядом в столешницу. Потом резко подняла лицо, посмотрев на меня.

— Я попробовала поговорить с мамой.

Сжав губы, на мгновение отвернулась в сторону. Шумно вздохнула. Провела рукой по внезапно блестящим глазам и снова посмотрела на меня.

— Честно, лучше бы я этого не делала. И ничего бы не знала.

Когда пауза перевалила за десяток секунд, я развёл руками, вопросительно смотря на девушку.

— Чего именно не знала?

Судя по её поведению и эмоциям, что кипели во взгляде, вопрос был не в бизнесе. Да и с деньгами в целом, никак не связан. Скорее, что-то личное. Настолько глубокое, что эта новость буквально сжигала её изнутри.

— Дядя…

Она снова осеклась, как будто на полном ходу врезавшись в невидимую стену.

— Он… Он и моя мама… Я даже вслух сказать не могу! Как так вообще можно?!

Неожиданно. Не сказать, что совсем внезапно, тем не менее, развитие ситуации по этому сценарию я практически не ожидал. Скорее, предполагал, что её дядя окажется давним конкурентом отца Ми Ён во внутрисемейной борьбе. Эта версия казалась логичной и как-то объясняла эмоции матери. Она могла радоваться прибытию потенциального союзника и одновременно опасаться, что тот станет рассматривать их с дочерью не как автономных игроков, а как часть семьи своего давнего соперника. Со всеми вытекающими последствиями. Но реальность оказалась куда более запутанной.

Девушка наконец взяла себя в руки и, смотря на меня, медленно проговорила:

— Дядя и моя мать встречались. Когда она уже была замужем. И не просто по ресторанам вместе ходили, если понимаешь о чём я…

Пару секунд помолчав, она отчётливо скрипнула зубами.

— Отец так и не сделал тест ДНК. Боялся узнать. Боялся выяснить, что я не его дочь.

Несколько секунд я молчал, осмысливая информацию. Потом сделал глоток кофе и взглянул на лицо Ми Ён, которое переполняли эмоции.

— А твоя мать? Она в курсе, чья ты дочь?

Девушка растерянно и одновременно смущённо улыбнулась, явно не совсем представляя, как реагировать на этот вопрос.

— Она… Она сама не знает.

Судя по выражению лица, собеседница хотела продолжить, но толком не представляла, что именно говорить. Могу поспорить, в её голове рождались десятки вариантов, и ни один не казался подходящим. Собственно, сложно представить человека, который знал бы, что сказать в такой ситуации.

— Раз так, значит, надо удостовериться. Дома генетический материал твоего… Мужа твоей матери остаться был должен.

Она тихо хмыкнула, выпуская через сжатые зубы воздух, и посмотрела на меня.

— Я сама не уверена, что хочу знать. Тем более…

На миг замолчав, отвела взгляд в сторону, потом снова взглянула на меня.

— Мать почти ничего не рассказала о дяде. Не хочет углубляться в эту тему. Но я задала вопросы паре слуг, которые работают в нашем доме ещё с тех времён. Вот они рассказали о нём многое. И не все их слова можно отнести к приятным. Скорее наоборот.

Чуть помолчала, хмурясь и разглядывая свой кофе. Потом продолжила.

— Скажем так, человеком он был весьма специфическим. И таким остаётся. Что-то мне подсказывает, в Корею он возвращается не просто так.

Я медленно кивнул. Звучало логично. У человека, который переспал с женой своего двоюродного брата действительно должен быть специфический склад ума, особенно если это не семья рабочего класса, а клан, владеющий одной из крупнейших корпораций Южной Кореи. В данном случае, разногласия между родственниками — не просто личная неприязнь и прерванные на десятилетия отношения. Скорее пахло гражданской войной. Если раньше, ее останавливала фигура старого председателя, теперь этот сдерживающий фактор из уравнения был исключён.

А отца Ми Ён, который попытался стать новым центром принятия решений, мы собственноручно выкинули за пределы страны. Внутри корпорации образовался вакуум, который вполне мог заполнить её двоюродный дядя.

Информацию о нём, я детально не изучал но кое-что выяснить успел. Например, о наличии связей среди руководства корпорации и о некоторых сотрудниках, которые работали под его началом в те времена, когда он был одним из старших менеджеров. Некоторые из них с тех пор изрядно выросли в должностях и могли оказать поддержку старому сонбэ, рассчитывая на ответную услугу.