Чтение онлайн

Потому что прямо сейчас он смотрел на новость, где описывались миротворческие успехи индийской делегации. Которая буквально полчаса назад прибыла в Бирму и уже усадила обе стороны за стол переговоров. Более того, в прессу просочился вариант предварительного соглашения между двумя полевыми командирами. Согласно ему, один из них оставался на позиции президента, а второй получал должность главы одной из провинций, сохраняя за собой звание генерала и лояльных солдат. Индийцы подали это как результат тайных дипломатических усилий, предпринимавшихся с того самого момента, как в Бирме сменилась власть. Мол, до этой секунды все детали и сам факт переговоров держались в тайне, а сегодняшний день стал кульминацией, которую они решили продемонстрировать всему миру.

Естественно, всё это было бредом. Индия даже не пыталась лезть в процессы внутри Бирмы. У них хватало своих проблем, которые требовали внимания. К тому же это была сфера влияния Китая, который не стал бы молча смотреть на действия своего старого конкурента. Даже если предположить, что индийские дипломаты действительно пошли на подобный риск, китайцы должны были об этом знать. А значит, были бы в курсе и их союзники из восточной империи, у которых имелись неплохие связи при дворе правителя.

Как будто этого было мало, за этой новостью шла ещё одна. О согласии нынешнего главы Бирмы на проведение выборов в парламент, которые, по его собственным словам, должны были пройти на свободной и конкурентной основе. Безусловно, это тоже был обычный маркетинговый ход, предназначенный для того, чтобы вмешательство индийских дипломатов не выглядело исключительно меркантильной миссией. Одно дело, когда ты приводишь к перемирию противоборствующие стороны исключительно ради личной выгоды. Совсем другое — если твои усилия направлены на стабилизацию жизни в регионе.

Само собой, в новостях ничего не говорилось о трёх мятежных группировках, которые все последние годы противостояли военной хунте. Речь шла исключительно о парламентских выборах на территории, подконтрольной центральному правительству. Тем не менее это уже было солидным успехом с точки зрения международной дипломатии, лавры которого индийцы сейчас пожинали.

Секретарь кашлянул и, потянувшись, провёл пальцем по экрану, переключая внимание своего господина на ещё одну статью. Которая заставила мужчину тихо скрипнуть зубами. Гын Хо Чон не рассматривал главу Хёнде Хэви Индастрис в качестве серьёзного противника. Скорее считал его спойлером, который создаст иллюзию борьбы на выборах. В отличие от конгломерата независимых директоров, которые давно и всерьёз озаботились формированием групп поддержки внутри корпорации, его брат подобным не занимался. Собственно, он даже на своих собственных людей полностью рассчитывать не мог, не говоря уже о других подразделениях.

Теперь же всё изменилось. По той элементарной причине, что глава Хёнде Хэви Индастрис был представлен в качестве одного из соавторов плана мирного урегулирования. Человеком, который использовал свои личные связи, чтобы помочь индийским дипломатам установить контакт с новым бирманским правительством, а затем обеспечить надлежащие условия переговоров. Впрочем, сама по себе это было не страшно. В конце концов, где Мьянма и где Сеул? Корейцы забудут о новостях из этой страны буквально за пару дней. Чего явно маловато для формирования общественного рейтинга. К тому же симпатии граждан никак не помогут на выборах председателя чеболя. Гын Хо Чон не стал бы переживать по этому поводу, если бы не одно веское «но». Наряду с его братом, в числе авторов мирного плана назывался ещё один кореец — глава Самсунг Групп, который с довольным видом позировал журналистам на пресс-конференции в столице Бирмы. Сидя рядом с главой Хёнде Хэви Индастрис, рассказывал о том, как две крупнейшие корпорации Южной Кореи забыли о разногласиях ради спасения жителей Бирмы. Что невольно наводило на мысли о возможном союзе. Которые появятся не только у него — мужчина был уверен, что уже сегодня многие поспешат выйти на контакт с его родственником и присягнуть тому в верности.

Дочитав до конца, Гын Хо повернул голову к секретарю.

— Как это возможно? Откуда они все там взялись? И почему мы об этом ничего не знали?

Подчинённый едва заметно дёрнул плечами, а в глазах плеснул страх. Он прекрасно знал, что если сонбэ начинает проявлять признаки злости и нервозности, значит, дело пахнет кровью. Масштаб нанесённого ущерба он тоже прекрасно осознавал.

— Я выясню, сонбэним! Выясню любой ценой! Запрос китайцам отправлен, другие каналы тоже задействованы. Но пока никто не может сказать ничего дельного. Они всем сами не понимают, что произошло и как это возможно.

Гын Хо вернул взгляд на экран планшета. Пролистал новости дальше, бегло просматривая заголовки и знакомясь с содержанием. Потом снова посмотрел на своего помощника.

— Ты же установил наблюдение за Ми Ён?

Сотрудник, не отрывая взгляда от своего сонбэ, сразу же кивнул.

— Как вы приказывали, сонбэним. Полноценная группа наблюдения, одни из наших лучших людей.

Гын Хо мрачно хмыкнул.

— Тогда свяжись с этими «лучшими людьми» и попроси их ознакомить тебя с маршрутом девчонки за сегодняшний день. А если окажется, что она встречалась с моим братом, поинтересуйся — откуда они узнали секрет бессмертия? Потому что такую ошибку я им точно не прощу.

Секретарь закивал и сразу же потянулся к телефону, чувствуя, как ослабевает напряжение, которое тисками сдавливало разум. Раз господин не обвинил его сразу, значит, считает, что его личной ошибки тут нет. И страдать будут совсем другие люди.

Подчинённый принялся звонить, а Гын Хо Чон отложил планшет в сторону, достав вместо него свой телефон. Открыв на нём файл с досье на Мин Джин Хо, забегал взглядом по тексту. Мужчина прочитал его далеко не один раз. Но был почти полностью уверен, что упустил нечто важное.

Звонок от Га Рам Хура застал меня в офисе. В момент, когда по сути, всё было завершено. Буквально за полдня мы остановили начавшийся конфликт и привели стороны к соглашению. Если быть более точным, оформили на бумаге договорённость, к которой смогли прийти в ходе телефонных разговоров. Всё, что потребовалось от индийских дипломатов, — прилететь в столицу Бирмы, обеспечить наличие прессы и выступить перед ней с заявлением. Даже финальный текст соглашения, с конкретными формулировками и детально прописанными пунктами, готовил я сам.

Впрочем, кое-что от этого я всё-таки получил. Помимо того, что один из ключевых компонентов моего плана остался на своём месте, а весь механизм не развалился — у Самсунг Групп, которые стали подписантами нового контракта с государственным холдингом Бирмы, теперь была обязанность оплачивать неплохие комиссионные по факту каждой поставки. Забавно, но как выяснилось, аналитики из окружения председателя Самсунг Групп были в курсе моего существования. Поэтому, когда я связался с одним из его помощников, тот сразу же переключил меня на секретаря. А тот, выслушав моё предложение, ничуть не удивился и спустя десять минут вывел меня на самого председателя. Дальнейшее оставалось делом техники. Предложение, которое я им сделал, безусловно, было рискованным, но и потенциальная выгода была высока. Тем более, действовать им предлагалось не в одиночку, а совместно с индийскими дипломатами.

Бирманское правительство разорвало старый контракт, используя пункт о форс-мажоре, под который вполне подходила попытка государственного переворота и марш-бросок войск на столицу. А сразу после этого, они подписали новый договор — на этот раз, всего с двумя корейскими корпорациями. Самсунг Групп и Хёнде Групп, которую представлял глава Хёнде Хэви Индастрис. Поставивший свою подпись в качестве главы подразделения. Ещё один контракт был заключен с группой индийских компаний. По сути, все ресурсы государственного промышленного холдинга Мьянмы в ближайшем будущем станут работать исключительно на выполнение этих обязательств.