Чтение онлайн

— Но причем тут боги? Вы думаете так, ибо только они были способны убить Серафима?

— Да все знают, что это были они, — махнул рукой Александр.

— Кто все? — улыбнулся Аполлинарий. — Я вот впервые слышу об этом.

— Так ты простой смертный, — с некоторой долей жалости взглянул на него Александр.

— А Вы? — насмешливо произнес старик.

— Я?! — воскликнул юноша, начиная закипать.

— Александр! — Юлий вовремя успел остановить своего господина.

— Я тоже простой смертный, — вздохнул юноша, успокаиваясь. — Но я весьма любознательный и много читал. Так что больше верю в свою версию.

— Однако… зачем богам убивать Серафима? — полюбопытствовал Аполлинарий.

— Он был слишком влиятельным, слишком сильным, равнобожественным, — ответил Александр таким тоном, будто это было что-то само собой разумеющееся. — Да и подумай. Вот говорят, что он решил взбунтоваться. Но это абсурд. Зачем ему делать это? Он долгие годы верой и правдой служил империи симдов, даже позабыв о собственной республике… Затем его изгнал идиот Домиций, по вине которого империя оказалась на грани развала. Тогда Серафим вернулся и спас ее, его самого хотели сделать императором, но он присягнул Титу Флавию. У него было столько возможностей, однако он ими не воспользовался. И вот, внезапно, когда все стабилизировалось, а власть императора окрепла, Серафим решил взбунтоваться?! Если так, то он был самым глупым человеком в мире.

— Что ж, — покивал Аполлинарий, — звучит правдоподобно.

— Совет ненавидел Серафима, ибо боялся, тот был неконтролируемым элементом системы.

— Все это звучит разумно, юноша, — вздохнул старик. — Но есть одно НО, и имя этому НО — Гендель.

— Гендель? — выгнул бровь Александр.

— Да! — кивнул Аполлинарий. — Вот уж кто точно ведет себя, как ему заблагорассудится, делает, что хочет и не проявляет никакого уважения к Совету, так это исполин Гендель. Да, он великий герой, но и Серафим был им. Вот только Рассекателя помнят, как благородного и достойного человека, а Гендель… — старик вдруг разозлился. — А Гендель — самодур! Высокомерный мальчишка, думающий, что он умнее и сильнее всех. Все, что он делает, так это веселится и ищет новые забавы. Чего только стоит его компания по поимке знатных любителей маленьких мальчиков?! Такому закон не писан!

— Мальчишка? — рассмеялся Александр, — Ты хоть и старик, но Гендель прожил много тысяч лет, тебе уж точно не сравниться с ним по возрасту.

— Да хоть миллион! — раздражённо воскликнул Аполлинарий, всплеснув руками, — по меркам исполинов он — дитя. У него ум ребенка, ребенка, который ничего не хочет знать, кроме удовлетворения своих желаний.

— Не смей так говорить о великом герое, старик! — убийственным взглядом Александр охладил пыл Аполлинария. — Кто ты, даже я, по сравнению с ним?!

— Как скажешь, — кивнул торговец, резко успокоившись, а затем, как будто ничего не было, произнес. — В любом случае, как видишь, Гендель тоже оспаривает авторитет Совета, но он все еще жив, небось, гуляет где-то в Пакине…

— Хм, возможно, дело в том, что Гендель исполин, а Серафим был человеком? — неуверенно проговорил Александр. — Иначе, почему его убили?

— Я верю, что у богов были причины.

— Ой, ой, ой, ой! — улыбнулся Александр. — Ты все же признал, что это был Совет?

— Ваши слова звучат разумно, почему бы не признать? — пожал плечами Аполлинарий. — Но я не просто верю в Совет, я верю Совету. Они бы не убили невинов… — он замолчал на полуслове, отвернулся и добавил. — Я считаю, что Серафим был виновен, в чем-то точно был.

— Не нравится мне такая покорность… — цокнув языком, покачал головой Александр.

— Иногда нужно смирить свою гордыню и признать кого-то над собой.

— Это разумно для простых смертных.

— Коими мы и являемся, — улыбнулся Аполлинарий.

Тем временем в провинции Гилатия, в городе Катавий.

На севере этого городка находился район, где проживали богатые граждане империи. Там был с десяток великолепных особняков в симдском стиле. К одному из этих особняков шел неспешной походкой по широкой улице мужчина в черном. Одетый в дорогие шелковые порты, но простую тунику, поверх которой был накинут походный плащ. Выглядел мужчина лет на тридцать пять и имел карие глаза, прямой нос и гладкий подбородок. Его короткие черные волосы были аккуратно подстрижены, хотя в империи пользовались популярностью длинные прически. В целом он имел симпатичное лицо.

Проходившие мимо горожане не замечали мужчину, они спешили по своим делам, даже не догадываясь, с кем случайно могли столкнуться. Одним щелчком пальцем мужчина мог умертвить целую толпу простых смертных, даже не напрягаясь. Но, обладая такой мощью, он был лишь слугой, слугой, который уже давно ожидал возвращения своего господина.

Мужчина остановился у стен одного из особняков. Стены эти были из белого камня, с растущим по ним декоративным плющом. Виднелась за ними и крыша из красной черепицы, призванная контрастировать с белыми стенами. Входная дверь была сделана из крепкого дерева и украшена резьбой, изображающей орлов — символ симдов. Мужчина отворил ее и вошел внутрь.

Оказавшись во дворе, он пошел по дорожке, вымощенной синим камнем, вдоль которой росли аккуратно подстриженные кустарники и цветы четырех цветов: красные, желтые, синие и зеленые. Проходя мимо фонтана со статуей женщины с кувшином, мужчина зачерпнул воды и плеснул себе в лицо.

— Хорошо-то как! — улыбнулся он.

— С возвращением, Первый, — мужчина услышал нежный голос и, повернувшись, увидел юношу в серой тунике.

— Третий, — кивнул мужчина, — зачем ты вызвал меня?

— Господин пробудился, — почтительно произнес Третий.

— Что?! — воскликнул изумленный Первый. — Когда?

— Он пришел в себя три дня назад, — ответил спокойным тоном юноша, хотя внутри его также переполняли эмоции. — Но новое тело господина слабое. Большую часть времени он спит, сдерживая свою истинную природу.

— Хм… — понимающе кивнул Первый. — Теперь я понимаю, в сообщении не зря упоминался Эосфор.

— Да, — кивнул Третий, — он нужен господину.

— Проводи меня к нему.

— Конечно, старший брат.

И юноша повел мужчину к зданию, фасад которого украшали величественные колонны. Войдя внутрь, они сразу же спустились в подвал. Там царил полумрак, поскольку комната освещалась лишь одним подсвечником с пятью свечами.

Вначале Первый увидел массивную кровать в центре, которая была пуста. Он повел взглядом дальше, осматривая помещение. Кроме кровати в нем находилась лишь полка с книгами, мраморный трон, который назывался у симдов солиум, и зеркало в полный человеческий рост. У зеркала и стоял хозяин дома, одетый лишь в набедренную повязку. Он всматривался в свое отражение, все еще пытаясь привыкнуть к нему. Ему было сложно идентифицировать мужчину, которого он видел в нем, со своим «Я».

— Господин, — почтительно произнес Первый, поклонившись.