Чтение онлайн

В ответ на недоумение мамы, менеджер просто ответил:

— Мы уверены, что он все равно это наденет. И хоть раз мелькнет на этом в кадре. Этого достаточно.

Дан слышал перешептывания тех, кто еще сюда пришел. Кто-то даже считал, что он, с его блогом в триста тысяч подписчиков, может уже и оплату требовать. Но Дана устраивало текущее положение дел — ему собрали спортивной одежды на неприлично огромную сумму, не требовали ее нахваливать или что-то вроде этого. Им просто было достаточно, чтобы он мелькнул в этом в своем блоге — в записи видео, или на фото.

[*Уточню. Новая коллекция спортивного бренда — это обычно одежда и старые модели кроссовок в новых расцветках… иногда просто старые модели кроссовок. Практически всегда новинки рассылают блогерам и более-менее ярким спортсменам. В наших пост-советских широтах это слабо распространено, но блогеры в США избалованы вниманием брендов, они подаркам не удивляются. В коллекции спортивной одежды количество предметов не такое уж большое (в магазинах обычно выставлено одномоментно несколько коллекций), так что Дан унес домой с десяток предметов одежды.*]

Этот случай будто стал спусковым крючком. Раз в неделю с его почтовой ячейки доставляли все, что ему успели подарить. И там всегда было, что доставлять. И не все были так же внимательны, как Adidas. Ему нередко дарили кроссовки — от разных брендов и часто не его размера. Были еще наушники, беспроводная зарядка, термокружки, набор канцелярии.

Самым крупным его «дарителем» стали неожиданно Tiffany — они выслали аж три серебряных кольца. Причем выслали без предварительных оповещений и предложений — просто подарком, неприлично дорогой рассылкой. Дан любил кольца, он часто их носил и с ними была связана странная традиция — если он садился играть на клавишных, он сначала эти кольца снимал, потому что они мешались, а потом надевал обратно, чтобы не забыть. Этот подарок — весьма дорогой, к слову, порадовал Дана тем, что кто-то из маркетингового отдела, получается, смотрел его видео с каверами. Мэри, правда, прогуглила и уточнила, что все три кольца из новой коллекции и одни из самых дешевых.

Все эти подарки заставляли его радоваться не из-за самого факта чего-то бесплатного, а как раз тем, что они были показателями успеха блога. Он быстро рос, быстро становился популярным. После прежних миллионов подписчиков ему казалось, что четыреста тысяч — это немного. Но на деле для большинства начинающих блогеров сложно перешагнуть порог не то, что в сотню тысяч, а банально в первую тысячу.

Дан считал главной причиной своего «успеха» тот факт, что он постоянно чем-то занят и что-то делает. Школа, частые походы на какие-то культурные события, тут же спорт, танцы и пение, репетиции с рок-группой. Все это делало его жизнь интересной для подписчиков. Ведь, в отличие от многих других блогеров, Дану нет нужды придумывать, чем развлечь людей, у него и так постоянно что-то происходило. После Нового года, когда в некоторых статьях о нем отозвались как о самом быстрорастущем блоге, поток подписчиков только увеличился. От первой тысячи до трехсот он добирался почти пять месяцев, и это с рекламой. Следующую сотню тысяч он набрал за месяц, ничего специально не делая, просто гуляя по зимнему Нью-Йорку с Эшли, читая книги и выкладывая свои фото в разных аутфитах.

Еще в середине января им предложили выступить в небольшом рок-клубе. На разогреве, но сам факт позволения выступить заставил парней прыгать от восторга. Их не звали не потому что они не пытались куда-то вписаться. Просто Дану пятнадцать, Чаку и Тео — по шестнадцать, Бобби семнадцать, а Бэнджи исполнилось восемнадцать всего за пару недель до выступления. Люди опасались приглашать подростков в подобные заведения, несмотря на то, что о группе знали как минимум все подписчики Дана. На входе в клуб не всегда было возрастное ограничение — просто не пускали детей — но все же в клубе собиралось немало пьяных людей, которые не особо разбирались кто перед ними — взрослый или ребенок. А проблемы потом будут у клуба. Поэтому руководство и не хотело рисковать, приглашая детей выступать.

В этом заведении решили пойти им навстречу. И потому что группа без единого выступления пользовалась некоторой популярностью, и потому что у молодой группы уже были свои песни. К январю было готово пять композиций. «Просто друг», которую Дан когда-то играл парням на гитаре. Ироничную «Игры убивают» парни просто обожали, хотя она походила на смесь подросткового бунта и социальной лирики. Буквально она насмехалась над тем, сколько насилия видят люди, но почему в нем винят не увиденное насилие, а компьютерные игры. Такая же в чем-то смешная «Подержи мое пиво» — про любовь к спорам на темы, которые невозможно изменить. И две лиричные мелодии про любовь. Достаточно быстрая «Ты снишься мне» и медленная «Жди меня домой». Последняя понравилась маме — она про то, что лирическому герою проще жить, когда дома его ждет любимая.

Дан даже немного волновался. Он не выступал как… как часть рок-группы. Боялся сыграть что-то не так. Или спеть — он оставался бэк-вокалистом, добавляя объема в некоторых особенно значимых моментах.

Эшли пришла на выступление, его друзья окружили ее, чтобы крошечную по Нью-Йоркским меркам девушку не затоптали в толпе. Она снимала все на телефон, а БигБи — на камеру Дана. Он сомневался, что звук получится нормальным, но все равно хотел выложить запись на канал.

Они хорошо сыграли. Можно даже сказать — зажгли. Несмотря на то, что они выступали первыми, в клубе уже набралось много людей. Подростков особенно много — и школьные друзья, и просто незнакомые лица, многие из которых кричали Дану, что знают его — видимо, Ньй-Йоркские подписчики. Их выступление активно поддерживали не только молодежная толпа, которая собралась только ради них, но и более взрослые люди, которые кучковались преимущественно у бара. Эта поддержка зала сделала Дана по-настоящему счастливым.

Еще более счастливым его сделал мужчина, который подошел к ним сразу после выступления, в их крошечную гримерку, куда они едва влезали со своими инструментами.

— Альберт Никс, — представился он.

Он был немного странным. Высокий, гладко выбритый, с прямой спиной и идеально уложенными волосами, при этом в джинсах и кожаной куртке, накинутой поверх футболки Metallica. Как клерк под прикрытием.

— Я занимаюсь поиском талантов для звукозаписывающей компании Columbia Records. Кто из вас лидер группы? И кому принадлежат права на песни?

Дан поперхнулся воздухом. Columbia Records — это не какая-то мелкая инди-студия, которая записывает всех, кто заплатит. Они — часть огромной музыкальной компании.

— Вы занимаетесь поиском талантов? — искренне удивился Дан.

Мужчина улыбнулся и протянул ему визитку. Имя, телефоны, электронная почта, название компании Columbia Records.

— Не в широком представлении о поиске, но занимаемся. Так чьи это песни?

— Я написал лирику всех пяти песен. Музыка — варьируется, — задумчиво ответил Дан, неверяще пялясь на визитку.

— Музыку тоже он, мы только помогали советами, — вклинился Бэнджи. — Меня зовут Бенджамин, я лидер группы.

Альберт улыбнулся и пожал руку Бэнджи.

— И как зовут молодой талант? — обратился он к Дану.

— Даниэль Хан, — ответил за него Бэнджи. — Вам понравились песни?

— Нам и вы понравились, но текст песен все же больше. Вы регистрировали права?

Дан наконец очнулся от своей задумчивости:

— Товарный знак — нет. Но тексты принадлежат мне и без всякой регистрации. Мой папа — адвокат, я знаю, как работает авторское право.

Альберт снова улыбнулся и покачал головой:

— Не подумайте ничего плохого, это просто самая важная для нас информация — чтобы вы еще не успели часть прав передать звукозаписывающему лейблу. Я бы хотел пригласить вас на… так сказать — закрытое прослушивание и собеседование. Все несовершеннолетние — с родителями.

Казалось бы — невероятное предложение. Но обсуждение с родителями быстро показало, что есть в их стремлении стать рок-звездами одна маленькая загвоздка: их родители не согласны с таким развитием событий. Не удивлены были только Дан и Чак — они сразу после того короткого разговора в гримерке напророчили друзьям, что никакого контракта в ближайшие полтора года не будет. Так и получилось.