Чтение онлайн

Дан поперхнулся воздухом: он никогда не говорил Скарлетт, что пишет песни для кого-то. Знали о его стажировке и плодах этой стажировки немногие: БигБи, Чак… и все, в принципе.

Услышал его замешательство, Скарлетт радостно расхохоталась:

— Брось! У меня идеальный слух, а у тебя очень узнаваемый голос, такой тембр один на миллиард. Я люблю слушать релакс-плейлисты. И умею проверять кредиты песен в стриминговых платформах. Не переживай, твой секрет я никому не раскрою.

Теперь Тимоти вообще начал смеяться, глуша рвущийся ржач, зажав рот ладонью.

— И давно догадалась? — обреченно спросил Дан.

— Да как альбом «Sorrow» вышел, так и догадалась. И раньше подозревала — никто не будет стажироваться больше года просто ради того, чтобы смотреть на чужую запись — но до выхода альбома не знала, над чем именно ты работаешь. Так что, твои песни будут?

— Нет. Это продюсерский проект и я в нем не участвую. Просто им нужна еще одна девушка.

— Сколько человек в группе? — деловито уточнила Скарлетт.

Тимоти на пальцах показал сначала три, потом потряс кистью и четыре.

— Сейчас двое, планируется три или четыре, — понял что имеет ввиду Тимоти Дан.

— Концепция?

— Э-э-э… — протянул Дан. — Может ты придешь на прослушивание и сама все у них спросишь? Меня просто спросили — есть ли поюще-танцующие знакомые?

Скарлетт засмеялась:

— Ладно, прости. Это скорее любопытство. Когда и куда мне подойти? В субботу никак не смогу, но все остальные дела способна перенести.

Дан назвал место и время, Скарлетт задала еще несколько вопросов, касающихся скорее его мнения на этот счет, а потом они попрощались.

— У вас что-то было? — хитро улыбался Тимоти.

— Задавать подобные вопросы несовершеннолетним нетактично, — высокомерно ответил Дан.

Тимоти заржал:

— Это будешь журналистам говорить. Меня рассказами о собственной невинности можешь не кормить — я читал твои тексты. Но можешь не отвечать. Если бы не было, ты бы возмутился, а не уклонялся от ответа. Она дерзкая штучка.

Дан кивнул. Это действительно так.

О том, что Скарлетт взяли в группу, она сообщила ему сама. Очень искренне поблагодарила. Шепотом добавила, что он может не переживать — все его тайны, особенно выпускные, она будет тщательно хранить. А потом радостно заржала, увидев его выражение лица.

В этом году он делал день рождения в тесном дружеском кругу, превратив его заодно в прощальную вечеринку. Не он один уезжал. БигБи поступил в Нью-Йоркский университет, а все остальные парни предпочли покинуть дом на время обучения в колледже. Чак вообще в Йель поступил. Так что прощались все со всеми.

И вот в начале августа Дан занял место в первом классе, выслушивая веселый треп Мэри о том, что он — сноб и мажор, который оплатил всей семье эти билеты — и они оставили Нью-Йорк позади. Он знал, что скоро вернется — у него показы в начале сентября — но это будет немного другое. Он прилетит словно в гости, в полупустую комнату, где он больше не живет. На ближайший год его домом будет Сеул.

Если бы Дан остался в США и дебютировал сольно, у него было бы больше свободы. Продюсерские центры обычно подчиняются лейблам, а лейблы не так уж сильно влияют на жизнь артиста. Есть система штрафов за нарушения условий контракта и трудовой этики, но эти требования гораздо свободнее. Как однажды пошутил Тимати – просто нужно оставаться в рамках закона и никого сильно не обижать перед запуском альбома. Хотя последнее правило регулярно кто-то нарушает. Кроме того – лейблы любят, когда артисты сами себя продюсируют. Им помогают, нанимают целые команды, которые занимаются созданием образа, стиля, формируют стратегии развития. Но обычно они опираются на то, что уже у артиста есть. Разумеется, иногда это идет вразрез с желаниями артиста, но гораздо чаще это диалог, а не прямые указания.

Но к-поп индустрия работает иначе. Они продвигают не талант в чистом виде, а историю таланта. То есть в США ты слушаешь хорошего вокалиста. А в к-поп сопереживаешь талантливому вокалисту, который много работает ради своей мечты. И именно на этом сопереживании делается акцент. К-поп – это всегда история про тяжелую работу, самосовершенствование и приверженность своей мечте, это отказ от многих простых радостей ради фанатов, это красивая картинка сложного успеха. Поэтому личную жизнь и сценический образ контролируют больше, чем в американских традициях.

Но агентства талантов и вкладывают гораздо больше, чем любой лейбл. Да, в США тоже берут юных звездочек, протаскивают их через салоны красоты и стилистов, вкладывают деньги во внешний вид и громкий старт, но они не делают главного – не воспитывают этих звездочек. В лейблы приходят люди, которые уже умеют петь, которые имеют опыт любительских выступлений, жажду действовать и учиться. В Корее же агентства талантов учат всему этому детей сами, с нуля. Там просто отсутствует само понятие самостоятельного продвижения. У них на концертах ко дню города не поют юные таланты из Средней школы, для этого приглашают группы из агентств. Большая часть песенных конкурсов привязано к индустрии развлечения, танцы и рэп еще как-то существуют обособленно от агентств, но для выступления на более-менее крупных площадках ты все равно должен подписать контракт с агентством. Даже если ты оперный певец и хочешь выступать вне стен оперы – тебе нужно представительство агентства. Комики, телеведущие, актеры – все привязаны к агентствам талантов. Просто айдолы – самый яркий и самый выгодный пример этого сотрудничества.

Большая часть агентств в Корее – маленькие компании. Они продвигают всего несколько локальных, малоизвестных исполнителей. Набирать трейни и создавать группы рискуют не все. Кроме того, из маленьких агентств тяжело пробиться на сцену. После дебюта группа Дана едва окупала себя по деньгам, но при этом в год своего дебюта они выступали на всех музыкальных шоу и участвовали в трех из четырех крупных корейских премий. Представители маленьких агентств не всегда имеют возможность хоть как-то засветиться по телевизору. Поэтому Дан даже не рассматривал вариант стать частью маленького агентства талантов и сделать из него супер-успешное. Если он дебютирует сольно, то ему не так уж нужна Корея, лучше поедет пробивать лбом стеклянные стены американских предубеждений. А если в группе, то его сольной популярности может не хватить на то, чтобы его группу куда-то звали.

Хороших агентств нет. Есть шансы, что именно тебе повезет, и именно в этом агентстве, именно к тебе и твоей группе будут относиться хорошо. Но это про "повезет", а не про всё агентство целиком. Практически каждое агентство чем-то “отличилось”. Сейчас существует четыре крупных – Большая Четверка, еще одно через пару лет станет крупнейшим и тогда какое-то время будут говорить о Большой Пятерке. Есть еще три средних агентства. То есть теоретически у него, кроме КАС, есть на выбор еще семь перспективных мест… но на деле это не так.

У каждого из агентств есть “грешки”. Дан, даже если бы выбирал себе место для дебюта без оглядки на друзей, не смог бы ткнуть пальцем в тех людей, которые бы его действительно устраивали. Скорее у нее было несколько мест, куда он точно не хочет.

Самое забавное во всей этой индустрии – прочная связь пяти самых сильных агентств. Потому что их директора знакомы друг с другом не только с позиции "конкуренты", но и более сложными взаимоотношениями.

Начать, пожалуй, стоит с одного из самых старых агентств талантов – ATA – An`s Talent Agency. Они стояли у истоков к-поп и выпустили больше всего популярных и знаковых для Кореи групп, первыми начали продвигать своих артистов в Китае и Японии, зарабатывать на рекламе больше, чем на концертах. Они же до сих пор дают своим артистам только 20% выручки и не приветствуют инициативу айдолов в плане продвижения. Есть и плюсы: условия проживания, например, или качественное обучение. В АТА не скупятся на учителей и часто нанимают практически репетиторов для уроков вокала и танцев. Агентство в чем-то хрестоматийное: легенды о том, что всем айдолам делают пластические операции, начались из-за них, ведь практически половина всех айдолов АТА прошли через нож пластического хирурга.