Чтение онлайн

Не успел я привыкнуть к мысли об удачном приобретении, как наступил второй акт торговой сессии. С довольным видом Кукумак вытащил из стоящей рядом корзины тряпичный сверток и с торжествующим видом развернул его. Там оказалась разорванная бумажная упаковка с патронами 9 х 19 Раrа. Их насчитали 12 штук, за каждый определили цену в один серебряк. Я уж было хотел произвести окончательный расчет и тряхнуть мошной, как хитрожопый кочевник объявил следующий лот. Буквально лучась от радости, с ужасно довольной рожей, из очередного тючка он вытащил еще один магазин к карабину. Этот был полностью исправен и пуст. Я внимательно осмотрел его и сделал своевременное предложение.

– Может у тебя еще есть такие предметы, давай доставай все, чтобы понапрасну не терять время.

Очевидно мой новый знакомый, время, проведенное за торговыми спорами, потерянным никак не считал и всем своим видом выражал несогласие.

– Нет, больше ничего нет - со вселенской печалью в узких азиатских глазах, сознался он.

Поторговавшись для приличия, чтобы только доставить приятное человеку, заплатил за магазин два золотых, вместо запрошенных трех. Сделку решили обмыть, но я помня о том, как давился кумысом у Ыргибека, предусмотрительно подготовился. Захватил с собой из замка кувшин вина, на пару литров. Набулькав его в пиалы, мы отметили удачную сделку. Затем продолжили возлияния с пожеланиями и дальше развивать торговые отношения. Когда я отсчитал деньги и снова заматывал в тряпку карабин, Кукумак словно вдруг вспомнил.

– Помнишь ты тогда спрашивал о странных дойчах и просил привезти их к тебе?

– Да конечно, ты кого то нашел?

– Нашел и привез, пойдем посмотрим.

При выходе из шатра к нам присоединились Мольт с дружинниками и пара степняков. Кукумак направился к ближайшей повозке и подойдя вплотную, откинул дерюжную накидку.

– Вот этот - указал кивком на неподвижное тело, принадлежавшее парню, лежавшему среди тюков с барахлом. Мы внимательно осмотрели его. На вид от 16 до 20 лет, грязные до плеч волосы непонятного цвета, европейские черты лица. Одет в драную рубаху и грубые штаны чуть ниже колен. Руки, ноги не связаны, видимых ран и крови не заметно. Зачем такого вязать, он и так без сознания. Потрогал лоб - явно высокая температура и вдобавок хриплое тяжелое дыхание. Подошвы ног грязные, огрубевшие. Руки тоже запущенные, с черной каймой под неровно обрезанными ногтями и мозолистыми ладонями. Истощенным не выглядит, на вид хоть и худой, но жилистый.

– Да это обычный серв, да впридачу еще и сильно больной. Ему жить то осталось сутки, от силы двое. Кого ты мне привез?

– Нет дорогой, это не серв, его захватили вместе с боевым артефактом, что я привез тебе. Это истинная правда, мне незачем лгать. Друзья не обманывают друг друга. Специально для тебя я выкупил парня у другого племени. Ты сам убедишься в этом, когда расспросишь его.

Вяло, для проформы поторговавшись с мунгом, отдал ему 4 монеты, сбив первоначальную цену на 1 золотой. После, споро перекинули тело парня на круп коня и отправились в замок. Ему требуется как можно скорее оказать медицинскую помощь.

На втором этаже донжона, Таня организовала себе мед. кабинет в комнатушке 3 х 4 метра. Поставила там кушетку, ту самую на которой случился наш первый контакт с Викой, стол, стул и шкафчик, запираемый на ключ. Туда дружинники и притащили не приходящего в сознание паренька. Татьяна решительно выгнала из комнаты набежавших девченок, которые прознали о нашем возможном новом современнике и решительно принялась за него. С помощью меня и Леры стянула с него грязную одежду. Протерла тело полотенцем, смоченным в самогоне. Похмыкала сочувственно и когда я уложил его на кушетку, покрытую простыней, стала выпроваживать и меня.

– Что с ним Таня?
– поинтересовался я перед уходом.

– Похоже на застарелую простуду, переходящую в пневмонию. А может даже и в воспаление легких. Дышит вон как тяжело и уже давно без сознания. Ну ничего, сейчас мы им займемся...

Остаток дня только и было разговоров о новом члене нашего коллектива. Девчонки предполагали разнообразные версии, оживленно шушукались и советовались. Уже к вечеру пациент пришел в себя и Таня с ним слегка пообщалась. Затем все рассказала нам.

– Вечером вместе с Лерой зашли к нему, больной уже в сознании, лежит поглядывает в потолок осмысленно. Стала с ним разговаривать, интересоваться самочувствием. Лера тоже принимает участие. Да все верно, наш человек, зовут Михелем. Долго не болтали, только о самом главном, чтобы не волновался. Парень быстро устал и начал клевать носом. Мы с собой горячий куриный бульон принесли, с ложки его покормили и он вовсе сомлел. Сидим рядом, тихонько между собой шепчемся по нашему. Вдруг он открывает глаза, на нас вылупился и тоже по русски спрашивает.

– А чего вы на русском говорите, не немцы что ли?

– А ты откуда его знаешь, тоже что ли русский?
– только и смогла вымолвить Лера.

– Ну можно и так сказать...

В общем случился у нас разрыв шаблона.

Мы так изумились что дар речи напрочь потеряли. Потом давай ему наперебой рассказывать о наших делах. Он тоже пытается что-то рассказать, хрипит и кашляет. Я ему сразу запретила говорить, дескать слаб еще. Парень полежал, немного послушал наши речи, но вскоре расклеился и уснул. Уже как окончательно стемнело, еще раз к нему заглянули, оставили спортивные штаны и футболку, примерно подходящие по размеру ( Лена свои отдала ). Завтра утром обстоятельно поговорим, еще лечебный сеанс проведем и все будет в ажуре.

На следующий день состояние пациента значительно улучшилось и Таня дала добро на более тесное знакомство. После завтрака в маленькую комнатку набились все наши. Пришли даже Пауль с Магдой, приведя с собой внуков. Но вскоре их отправили, незачем детям слушать взрослые разговоры. Вот что рассказал наш современник.

Парня зовут Михель Пиккельгаут, ему 17 лет. Житель города Целла - Мелис. Учился в 12 классе гимназии. Родители - эмигранты из России, приехали в Германию в начале 90 х. Он младший ребенок в семье, еще есть старшая сестра. В семье говорят на русском, он с детства понимает и говорит одинаково свободно на двух языках. Отец трудится автослесарем на СТО, сам Михель с выбором жизненного пути еще не определился. Вдвоем с отцом отправились на юниорский этап кубка мира по биатлону, проходящий в соседнем Оберхофе. Отец Михеля Виктор, весьма умеренный, но все же фанат биатлона, и пропускать такое событие, происходящее прямо под боком, не собирался. Сын поддерживал увлечение отца, хотя фаном точно не был. Но почему бы не посетить такое мероприятие, проходящее почти рядом? Закидали все нужное в благоустроенный трейлер, прицепили его за форкоп к джипу и рванули в дорогу.

– В тех местах будет куча народа, люди съедутся со всей Европы. Такое событие! Свободной гостиницы может и не быть - заявил многоопытный отец - а так у нас все необходимое есть с собой. Максимум что нужно от кемпинга, это подключится к электричеству, чтобы не гонять генератор. Еще изредка пополнять запасы воды.

Когда до места назначения осталось совсем немного, тяжелый дом на колесах стало заметно тянуть к обочине. Спустило правое колесо, определил опытный водитель. Пришлось сделать незапланированную остановку.

– Прокол - удивился Виктор - надо же, на такой хорошей дороге мы умудрились словить здоровенный саморез.

Пока ставили запаску, подкачивали ее, начало смеркаться и появился противный туман. Сильно сбросив скорость, доехали до ближайшего кемпинга. Свободных мест в маленькой частной гостинице, как и предполагал отец, не оказалось.

– И не сильно то хотелось - гордо заявил отец молоденькой девушке портье - у нас есть свой дом на колесах.

Поэтому перекусили в кафе и отправились ночевать в трейлер. В нем имелась возможность включить отопление и от газового баллона и от электричества. В крошечном санузле находилась раковина и биотуалет. Припарковались на самом краю стоянки, подальше от трассы, возле самого края леса.