Чтение онлайн

Локки смотрел на неё крайне скептическим прищуром. Это он, видимо, посчитал, что я Элию предлагаю оставить как приманку в качестве безгрешного существа…

Хехе. Нет, он ошибся — не Элию, а Бобика!

К единорожкам, насколько я понимаю, грехи тоже липнуть не должны. Да и о чём речь!? Когда Бобик идёт, под её копытами аж цветы распускаются!

Единорог — легендарное существо. Возможно, она выдержит атаку Фенрира, а там уже, и мы подоспеем. Но даже если и не выдержит… Бобик — маунт, пет. Её можно будет воскресить.

О! Я угадал к чему был скептический взгляд Локки. Он кивнул на мою жену:

— Это, она-то безгрешная?

На что, Элия повернула к нему голову и прищурилась:

— А, в лоб?

Локки тут же пошёл на попятную — замахал руками и усиленно помотал головой:

— Не, если, безгрешная, значит, безгрешная… Я не против!!

Когда Элия призвала единорожку, вместе с ней снова призвался… (ну, или призвалась — это пока всё ещё не ясно) Барон.

А, подрос…ла! Размером уже с саму Бобика. И ведь как две капли похожа на маунта Элии.

Локки, увидев двух единорогов, оживился, обошёл их по кругу, и задумчиво протянул:

— А ведь, может сработать… Никогда не думал в этом направлении, но безгрешными, и правда, могут быть не только дети. Уж кто-кто, а единороги точно должны входить в этот перечень. Безгрешных…

В этот момент, Барон фыркнул огнём из своих ноздрей и показал зубки. А, зубками он пошёл в папу… Такими лезвиями легко можно головы отгрызать, что, кстати, в своё время, являлось любимым занятием Тузика.

Локки хотел что-то ещё сказать, но увидев преображение Барона, «споткнулся» и замер с приоткрытым ртом.

Дитя Найтмара и Единорога подошло ко мне, оставляя за собой горящие следы вперемешку с цветами, и непринуждённо подставило ко мне свою шею для поглаживания. Я с удовольствием начал начёсывать маунту за ухом, отчего тот заурчал как настоящий кот.

Как же приятно, когда маунт к тебе со всей душой! А, не как Тузик с Бобиком — свою задницу, вернее круп, мне подсовывают и показывают всяческое ко мне пренебрежение.

Может, своим маунтом, как раз, Барона сделать — вместо Тузика? Да, Тузик по мощи сейчас чуть ли не как бог, ну, как бог… как очень-очень слабый бог — типа Фуфлунса. Барон же всего лишь сто тридцать пятого уровня… Но мне сила маунта сейчас, вообще, до фени. Давно прошли те времена, когда и Гаврюша, и Тузик, были сильнее меня. Сейчас, разве что, Гаврюша может хоть как-то помочь в битве, Тузик же маринуется в отозванном состоянии. Скучает там. Так может, и правда, отдать Тузика… да вон, хоть… Барлону. И то, чаще будет каким-нибудь делом заниматься.

Решил написать Элии, чтобы поговорить с ней без лишних ушей:

«Барон ведь после своего рождения автоматом стал твоим маунтом?»

Ответ поступил мгновенно:

«Да.»

«Передай его мне.»

Элия, стоящая в метре от меня, аж взметнула брови вверх.

«Так у тебя же Тузик есть!»

«Тузика хочу другу подарить. А себе — маунтом Барона оставлю.»

«Может, Барлону, тогда, Барона подаришь? Барон — Барлон. Созвучно ведь.»

Я поцеловал в холодный нос урчащего от наслаждения полунайтмара-полуединорога и, потрепав того по холке, ответил Элии:

«Не, мы с Бароном спелись. Будет моим!»

Улыбнувшись, Элия передала мне права на Барона и написала:

«Готово!»

Ну, вот! Теперь, плод любви Тузика и Бобика — мой маунт! Не смотря на то, что ни Тузик, ни Бобик меня особо не жаловали, минус на минус дал плюс. Барон-то искренне рад моему обществу!

Я провёл ладонью по спине своего нового маунта, хлопнул его ладонью по крупу и отозвал.

Затем, сделал шаг к своей виртуальной жене и хотел поцеловать, но та со смехом выставила ладони вперёд, уперев их мне в грудь, и отклонилась назад:

— Нет-нет! Целовать меня после того, как ты лобызал нос своего маунта ты не будешь!

Локки, находящийся в прострации всё это время, наконец, пришёл в себя, и потыкав пальцем в то место, где только что был Барон, спросил:

— Это что, была галлюцинация? Хищный единорог мне ведь привиделся?

Я перестал лезть к Элии с поцелуями и ответил Локки:

— Нет, это не галлюцинации, это мой маунт. Но… — Я кивнул на Бобика. — Классический единорог у нас тоже есть.

Локки махнул на Бобика рукой:

— Этот не интересный. — А затем, закатил глаза. — А вот хищный… Вот, это — лапочка! Он же как я — снаружи, как ангел, а внутри — сущий дьявол!!!

Я скептически окинул взглядом Локки.

Нда, снаружи до ангела Локки очень далеко. Впрочем, и внутри дьяволом его тоже не назвать….

А вот, бесячей приставучей скотиной — это да, это легко.

Засаду Фенриру мы организовали просто: оставили Бобика перед пеленой, а сами затаились в тоннеле неподалеку.

Минут пять ничего не происходило. Я уж было подумал, что ошибся в безгрешности Бобика, как пелена, что не пускала нас к Фенриру почернела, и сквозь неё проступила такая же чёрная голова гигантского волка.

Увидев перед собой единорога, голова тут же оскалилась…

Но являть всё своё тело из-за пелены Фенрир не спешил.

Уж не знаю, что там Элия нашептала Бобику на ухо, когда объясняла ему предстоящую задачу, но единорожка справилась с задачей на все сто процентов!

Она окинула взглядом появившуюся голову волка, которая была размером с половину самой Бобика, фыркнула, повернулась крупом и задними копытами сделала закапывающие движения, как делают собаки, скрывающие свои экскременты. Затем, достойным видом, неспеша, пошла прочь от волчьей морды, оставляя после себя цветочки, вылезающие и расправляющие свои бутоны прямо сквозь камень.

Такой наглости Фенрир стерпеть не смог. Он, наклонив голову вниз и глухо зарычав, прыгнул вперёд — пытаясь за один прыжок настигнуть Бобика. Вот только, это ему не удалось… Из пола вылетел огромный каменный кулак, всадив гигантскому волку апперкот.

Это Элия сработала быстрее всех, использовав божественную силу управления землёй.

Интересный подход! Я обычно делаю всякие пики, а Элия, вон, до чего додумалась.

В это же мгновение, наружу из тоннеля вылетел Тор — с такой скоростью, будто его выбросило катапультой… Напитав свой молот молнией, бог грома обрушил его на голову дезориентированному волку.

Локки крикнул:

— Стой!

Но… вряд ли, Тор это услышал.

Вспышка от удара на мгновение ослепила всех, кто тут находился, а сам удар оказался просто неимоверной мощи. Он не только порвал в лоскуты голову Фенрира — фактически, обезглавив того, но и разнёс на кусочки каменный кулак Элии, что был снизу.