Чтение онлайн

В целом в байках о вампирах, которые народ любит читать, а еще больше смотреть, какая-то доля правды, конечно, есть, в том числе и про их отношение к солнечному свету. Ну, чтобы синим огнем на нем мигом сгорать, рассыпая искры, — это, конечно, нет. Но если кровопивец пробудет на нем довольно-таки долго, то в результате солнце непременно выжжет из него всю нежизнь, это факт. Останутся только несуразно выглядящие останки с прожаркой степени well done, и все. Хотя тут все тоже относительно, если день как сегодня, плюс в наличии худи с глухим капюшоном и противосолнечные очки, то та же Марго может провести вне машины или помещения час-полтора без особого вреда для себя. Правда, она ведь и вурдалачка не из простых, как-никак глава семьи, у нее запас прочности немалый, какому-нибудь неофиту из недавно обращенных такое не под силу. Десять минут — и все, белая кожа даже под рукавами начнет стремительно сереть. Это как знак — не место тебе под солнцем, нежить, твое время ночь.

Но радости, повторюсь, Марго от происходящего не испытывала, потому свернулась комочком на заднем сиденье и не издавала ни звука, что меня вполне устраивало. Я раз за разом гонял в голове вчерашнюю беседу со Шлюндтом, размышляя о том, правильно ли все сделал и сказал. Особенно после того, как назвал свою цену за предстоящую работу.

— Навь, значит? — произнес он тогда, выслушав меня и выдержав паузу. — А что, других способов попасть в нее вы не отыскали? Насколько мне известно, связи у вас хорошие, знакомых самых разных хватает, так что… Нет-нет, я понимаю, что Навь не Турция, здесь принцип «а поехали прямо завтра» не работает, но все же?

— Увы, но мне не удалось найти нужный ключик для этой двери, — признался я.

— Хм… Повторюсь — возможности-то есть, даже в наше суетное время. Кое-кто из волкодлаков еще может туда через семь черных елок и нож проскочить, склизкий золотой червяк туда-сюда ползает время от времени. Впрочем, вряд ли вы с этим скаредником сталкивались, я бы знал, случись такое. Зарянники, опять же… Хотя да, в вашем случае это точно не вариант. Вам же, наверное, хочется попасть туда живым?

— Разумеется, — как-то даже удивившись, подтвердил я. — И обратно выбраться тоже.

— Так, — Шлюндт сплел пальцы рук в «замок», — Максим… Ничего, что без отчества? Хорошо. Итак — вы меня, если честно, сейчас немного расстроили.

— Чем? — опешил я. — Тем, что из Нави хочу обратно вернуться целым и невредимым?

— Нет. Это-то желание как раз вполне разумно. Тем, что немного подорвали свою репутацию в моих глазах. Я уже было обрадовался тому, что среди нового поколения деловых людей есть те, кто умеет вести дела правильно, то есть отметая ненужные эмоции, верно рассчитывая силы и блюдя свои интересы. И — на тебе. «Хочу в Навь».

— Но я на самом деле хочу попасть в Навь, — понимая, что нить разговора теряется, пробормотал я.

— Позволю себе небольшое отступление от темы, — усмехнулся антиквар. — Лет десять назад я сделал некий заказ одному перспективному юноше, что живет в Санкт-Петербурге. Надо было кое-что купить, а после переправить через границу. Не прямо вот в обход закона, но и недалеко от его грани. Хотя — не суть. За работу этот предприимчивый и расторопный паренек попросил у меня денег. Вот столько. Да-да, именно так это и прозвучало. Дословно.

И старичок показал при помощи большого и указательного пальца, о какой сумме шла речь. По толщине она была где-то с пачку сигарет.

— Он выполнил свои обязательства, а я свои, — продолжил Шлюнд. — Аркаша встретился с ним в Хельсинки и передал требуемую сумму, и знаете что? Юноша, как выяснилось, крайне недоволен полученным гонораром.

— Почему же? — спросил я, поняв, что старичок этого от меня ждет.

— Скорее всего потому, что врученная ему пачка состояла из двадцатипятирублевых купюр времен позднего СССР, — пояснил антиквар. — Ох, как он ругался! Топал ногами, глаза пучил, Аркашу моего побить хотел. Но при этом он никак не мог упрекнуть меня в том, что я хоть словом ему соврал. Это деньги? Деньги. Да, недействующие, да, страны, которой давно на свете нет, но — деньги. Настоящие, не фальшивые. И их столько, сколько он показал. Даже чуть больше, на полсантиметра. С поручением он справился отменно, я решил его немного премировать за расторопность.

Несмотря на то что меня только что ткнули лицом в собственную глупость, от смеха я не удержался. Ну правда же забавно. Да и потом — на толковый урок не обижаются, а я только что получил именно его.

А еще мне стало ясно, что этот дедок из высшей лиги. Не знаю, кто он такой, но что с фигурами такого масштаба мне до того сталкиваться не приходилось — факт. Да, я много с кем общался, много у кого брал заказы и даже дорогу кое-кому из серьезных игроков переходил, но среди них не было никого, кто бы Великого Полоза рискнул назвать «золотым червяком». Да еще и склизким.

И еще — надо узнать, кто такие зарянники. Про таких даже не слышал.

— Предлагаю вот что, — миролюбиво улыбнулся мой собеседник. — Сделаем вид, что вы цену мне еще не называли. Мы все начнем сначала. Или, как у вас сейчас говорят, обнулимся. Итак, что вы, Максим, желаете получить от меня за свои услуги?

— Мне надо попасть в Навь, — твердо сказал я — Живым. Там мне нужно отыскать одну тень, что бродит среди туманов, остаться ней на пару минут наедине, а после живым же вернуться обратно, в свой мир.

— Ну да, волкодлаки вам не помогли бы, — причмокнул Шлюндт. — И мары тоже. Пара-тройка минут нынче их предел, потом Навь непременно попробует оставить их у себя. Жадна она стала с тех пор, как Кромка сомкнулась навсегда.

— С марами не общался, — признался я. — Даже не видел их ни разу, хотя и слышал про то, что они есть. А волкодлаки — да, именно это мне и говорили. Да и не суется никто из них сейчас туда. Незачем.

— Велика цена, — побарабанил пальцами по столу антиквар. — Прямо скажу — велика. Н-да.

— Торга не будет, — качнул головой я. — Или так — или никак.

— Молодость, молодость, — закинул ногу на ногу старик. — Категоричность, цельность, уверенность в себе… Завидую я вам, Максим. Все в этом мире с годами можно обрести, кроме двух вещей — ушедшей любви и ушедшей молодости. Ладно, будь по-вашему, но с двумя оговорками.

— Какими? — снова уловив в речи собеседника специально оставленную паузу для моего ответа, уточнил я.

— Первое, — Карл Августович показал мне сухенький кулачок, а после отогнул большой палец. — Вы прямо сейчас даете мне слово, что до того, как мы ударим по рукам или, напротив, разойдемся в разные стороны, вы не заключите ни с кем ни одного контракта. Полное деловое молчание.

— Хм, — озадачился я. — Признаться, странное условие. И для меня не слишком выгодное, не сказать — убыточное. Я не знаю, насколько долго будут идти наши с вами переговоры, верно? Они могут и затянуться, а жить на что-то надо. И не только жить. Мне же еще зарплату сотрудникам нужно платить, арендную плату и так далее.

— Даю слово, что все разрешится достаточно быстро, — кивнул антиквар. — В течение следующей недели, а именно такой срок я поставлю предельным, мы или ударим по рукам, или разойдемся в разные стороны. Как мне думается, за семь дней убытка особого вы не понесете. Ну и… Давайте так — даже если мы не сойдемся в наших интересах, то в качестве компенсации вы получите от меня некоторую сумму.