Чтение онлайн

Епископ был возвращён на место. И аудитор коснулся одного из коней, стоявшего на левом фланге.

– …А может не шевалье, а рыцаря задействовать? – теперь он обратил внимание на правофлангового коня.

Это партию он начал разыгрывать, по привычке играя сам с собой, как только вернулся от Советника двенадцатого уровня. К нему он ходил доложить результаты предварительного расследования и рассказать о своих версиях происходящих событий. А так же получить дальнейшие инструкции.

Советник двенадцатого уровня был совершенно нечеловеческим существом. Нет, выглядел он как человек, и, возможно в невероятно далёком прошлом им и был, но теперь Советник являся чем-то вроде божественного существа. С его непостижимой логикой. А ещё он мог одновременно видеть множественный Унивёрсум сразу в нескольких временах. После того, как аудитор изложил добытую им информацию и свою версию происходящего – заговор, саботаж и тому подобное, Советник, мужчина лет шестидесяти, с красивым лицом, седовласый, одетый в костюм, сделал знак ему помолчать и подождать. После чего «погрузился в раздумья».

На самом деле, как знал Игнасио, Советник в это момент рассматривал все вероятностные линии событий и их развитие. Через десять минут молчанияСоветник принял решение.

– Аудитор третьего уровня Отдела Внутреннего Контроля Департамента Исследования Миров! Вам поручается завершить расследование вашего дела. Для этого вы получаете полномочия Консула…

Голос Советника словно звучал из множества ртов со всех сторон кабинета.

И вот теперь, Игнасио сидел в своём кабинете и раздумывал над своими дальнейшими действиями. А чтобы думалось полегче, стал сам с собой играть в шахматы.

Левофланговая пешка, символизирующая собой Исследователя Арсения и его компаньонок уже «уперлась» в черного епископа. Также на неё были готовы нацелиться и «вражеские» рыцари.

«Пешка»-Харальд уже вышла с центра, готовясь «указать» на Арсения. Северянину была поставлена конкретная задача – помочь определённым лицам выйти на группу Исследователя.

По большому счёту, Игнасио была довольно безразлична судьба «пешек». Ине потому что он был жестоким. Нет, дело в том, что если он «проиграет» эту партию, то пешки(а также другие фигуры) будут гибнуть миллионами. И здесь он разыгрывал гамбит, что бы, как в старину, когда он сотнями отправлял на костёр врагов рода людского, избежать массовой гибели поданных короля, от войны или мора…

Аудитор принял решение.

– Итак, шевалье будет демонстрировать заинтересованность в охране Исследователя, но лишь демонстрировать. Настоящую охрану поручим рыцарю. Прикрывать рыцаря будет епископ.

Он продумал партию и сделал свой ход за белых. Теперь осталось ждать ответа от «чёрных»…

Эпилог.

Над Дорогой Миров неслась песня…

– Па-а-а ваенной дароге шёл козёл кривоногий!

– А за ним восемнадцать козлят!

– Он зашёл в ресторанчик, чекалдыкнул стаканчик…

– А козля-атам купил шоколад!...

По Дороге Миров шагала необычная пара – впереди шёл мужчина-шатен, лет тридцати-тридцати пяти, в походной одежде горчичного цвета, в клетчатой кепке-дисталкере, на которой, над козырьком были защитные очки. В руке он держал альпеншток. За спиной был рюкзак. На его поясе висела кобура с револьвером и большой нож в ножнах.

За ним ,примерно в пяти шагах шла очень высокая(больше двух метров !) девушка, с выдающимися формами, весьма вызывающе одетая – в чёрных кожаных обтягивающих штанах, сапогах на каблуке, в кожаной куртке, перетянутой портупей и перевязью. На этих ремнях у неё висела большая рапира-папенхаймер и кинжал. За спиной у неё тоже был рюкзак, а ещё у неё на боку висел странный полуцилиндрический футляр. На голове этой девушке был широкий малиновый берет. У неё была короткая рыжеволосая шевелюра с седыми прядями, из под которой, в стороны, торчали необычные остроконечные уши. А ещё у неё были очень необычные глаза – с вертикальными зрачками.

И при всём этом у неё было лицо восторженного щенка – она вдохновенно пела и обожающим взглядом смотрела на мужчину, который шёл перед ним.

В этот момент над ними раздалось тихое жужжание и на рюкзак мужчины сел маленький робот. Мужчина остановился.

– Хозяин! Я слетала на разведку – у перекрёстка никого нет!

– Это хорошо.

– А вы громко поёте – даже там слышно!

– Так для этого и пели – если бы там кто-то был, пусть знают что люди идут, а не чудовища! – сказал мужчина.

В этот момент их догнала девушка.

– Хозяин! А можно, я сыграю? – смущённо спросила она.

Мужчина посмотрел на солнце, что клонилось к закату. До захода было ещё больше полутора часов.

– А… А давай! Только что-нибудь весёлоё!

Девушка достала из странного футляра не менее странный музыкальный инструмент, в виде сложной металлической детали, на которую натянули струны, приложила его к подбородку на манер альта и провела смычком по струнам.

И над дорогой раздались звуки «Марша авиаторов» - «Всё выше, и выше, и выше…»

Я аккуратно приложил кусочек пластика. Но не успел его прижать, как Инка дёрнулась и он снова упал.

– Инка! – не выдержал я. – Сиди смирно! А то я тебя сейчас зафиксирую!

– Больно!... – захныкала роботесса.

«Вот как у неё получается – вместо «лица» - щиток «шлема», мимики – нет. Зато может менять интонации так, что начинаешь переживать!...»

– Тебе не может быть больно!

– Может… Я же чувствую!

Я вздохнул и отложил инструменты. Посмотрел в её «честные»(нарисованные моим воображением) «глаза». Точнее, на чёрный прямоугольник на лицевой стороне головы в виде шлема.

– Значит так. Или ты сидишь смирно и терпишь или я фиксирую тебя и продолжаю чинить! И выброси из головы эти мысли о «боли»!

Роботесса кивнула головой.

– Я буду сидеть смирно… - грустно сказала она.

– Вот и хорошо. – я снова взял вырезанный по форме дырки кусочек самовосстанавливающегося покрытия и аккуратно приложил его на плечевой сустав. Прижал специальным «паяльником». Пластинка расплылась и «залепила» дырку. Инка зашипела но «терпела».

– Вот и всё пока. – я убрал «паяльник» в футляр к остальным ремонтным принадлежностям.– Иди, садись к своей забинтованной подруге.

Я сложил футляр с ремнабором роботессы в свою сумку и сел за стол – надо было почистить револьвер.

На кровати произошла короткая возня и негромкое болезненное шипение – Инка постаралась устроиться на подушке в своём ложементе-зарядке, рядом с забинтованной головой демоницы и видимо задела её рожки.

– Инка! Пожалуйста… - простонала Ангиррайя. – Мне и так больно…

– А вот нечего было под пули лезть! – не выдержал я. – Одной сказал – сиди, отстреляемся, нет, надо было выглянуть и посмотреть! Словить картечь, разозлиться и кинуться с рапирой наголо на стрелков! Как ещё башку не отстрелили…

Я сердился. Точнее злился. На всё и на всех, в том числе и на себя. Забинтованная демоница в ответ на мои слова начала скулить – от боли и обиды.

– …А ты, Инка, ты чем думала, когда за ней под огонь полезла? Что бессмертная? Да, но до определённого момента. Ведь тебе пулей ручку чудом только не отстрелили!