Чтение онлайн

А еще меня приятно удивили овации, которыми нас встретил стадион. Болельщики приветствовали нашу сборную куда как громче чем всех, кто появился до нас.

— Слышишь? — спросил я Илью Бякина, который шёл рядом со мной, — интересно почему канадцы нас так громко встречают? Мы же вроде как им идеологические противники.

— Ну Саш, что ты как маленький, — ответил он, — понятное дело что это они нас так приветствуют. Я про хоккеистов, — никакой скромности, даже и ложной в голосе Ильи не было даже близко, — и уверен что большая часть этих аплодисментов адресована лично тебе. Ты что не видел местные газеты?

Что правда то правда. В канадской прессе хоккейной сборной советского союза уделяли очень много внимания. В олимпийской деревне мне попался номер американского «Sports Illustrated» чуть-ли не целиком посвященный советским спортсменам. И там огромное внимание было уделено хоккейной сборной вообще и моей скромной персоне в частности.

Например, в журнале были собраны комментарии о моей игре сразу от нескольких очень видных персон в НХЛ. Начиная от её президента, мистера Циглера, тренеров и генеральных менеджеров сразу нескольких клубов и заканчивая Уэйном Гретцки.

Будущий «Great One» не скупился на лестные эпитеты о моей игре и говорил, что если ему представится возможность, он будет очень рад проверить так ли хорош в реальности Александр Семенов, как о нем говорят.

Гретцки, конечно же, еще и не преминул вставить шпильку о том, что настоящий хоккей есть только в НХЛ, и что только в играх с лучшими, на его взгляд, конечно, можно понять истинный уровень хоккеиста.

Я с ним был и согласен и несогласен в оценках как советских клубов, так и сборной. Он, прав, насчёт лучшей лиги мира. Но вот насчёт сильнейших команд, как клубной, так и сборной, он очень сильно заблуждается.

И, учитывая, что слухи о летнем турне Автомобилиста по Северной Америке перестали быть только слухами, уже летом у меня лично, как и у всей нашей команды, появится отличный шанс не только заработать вожделенную валюту и прибарахлиться шмотками и бытовой техникой, но и показать Who is who в хоккее сейчас.

И Гретцки тоже сможет в этом воочию убедиться. Потому что Эдмонтон называли одним из возможных соперников «Автомобилиста» в этом турне.

Я, честно сказать, не помнил точно, когда он перейдет из своего родного клуба в Лос-Анджелес Кингз. Помню только, что это произойдет как раз в этом году.

Но это не важно, потому что и короли из города ангелов были в планах «Автомобилиста».

Так что мы в любом случае пересечемся с Уэйном на льду еще до старта моей карьеры в НХЛ.

Когда мы, сборная Советского Союза, во главе с нашим знаменосцем Андреем Букиным, заняли свое место на стадионе, до конца парада оставалось всего ничего. Жалко всё таки, что Букин нёс флаг, а не, допустим, я.

Уж я бы постарался соблюсти советские традиции и нёс бы флаг как Юрий Власов на олимпиаде шестьдесят четвертого года в Токио. На одной вытянутой руке, да еще и успевая приветственно махать зрителям второй! Пусть и не полчаса как Власов, но на стадионе я бы точно появился именно так.

Силы во мне немеряно, я это знал, и это уже успели на себе испытать не только вратари из чемпионата страны, но и, например, Тай Доми. Интересно, как на его карьере скажется тот поединок со мной. Но в любом случае я это скоро узнаю.

И я уверен, что однажды дойдет дело и до триколора в моей руке. На олимпиады в Альбервилле и Лиллехаммере игроков НХЛ не отпустят, я это знаю. Но в Нагано мне будет всего 27, так что я успею еще показать класс. Да и Солт-Лейк Сити с Турином тоже не надо сбрасывать со счетов.

После нас на песке появилась самая многочисленная делегация, американская. Они в отличие от нас были разодеты как франты.

Но меня это ничуть не задело. Что одежда? Это так, шелуха. Главное не она, а те люди, мужчины и женщины, которые её носят.

А американцы против нас, советских спортсменов, были слабоваты в коленках. И на этой олимпиаде, и в Корее через полгода, мы поставим их на место.

Задумавшись об американцах я вспомнил о двух бойкотах. О том как они, вместе с целой кучей своих союзников, не поехали в Москву, и то как мы бойкотировали Лос-Анджелес.

И я сразу вспомнил о том, что читал про баскетбольную сборную Советского Союза и ее тренере, Александре Гомельском.

Если прочитанное мной правда, то Гомельский настаивал на том, что её сборная должна была поехать в США несмотря ни на что. Было бы феерично если бы в восемьдесят четвёртом году в Лос-Анджелес отправились бы только баскетболисты и там надрали бы задницу американцам в их чуть-ли не народном спорте.

Но не срослось. Впрочем летом этого года наши так и так обуют американцев в полуфинале олимпиады.

Эх, жаль, что в Союзе нет букмекерских контор!

Я бы, со своим знанием спортивного будущего мог бы грести миллионы в любой валюте. Куда там Биффу Таннену из «Назад в Будущее»! Впрочем, ничто не мешает мне заняться ставками через три года. На одних результатах чемпионатов мира и Европы по футболу можно сколотить состояние.

Из-за мыслей о деньгах я, честно сказать, витал в облаках и оставшаяся часть парада стран участников прошла для меня фоном.

И вот она наконец, завершилась и началась заключительная часть церемонии открытия.

Главным в ней была речь мадам Сове, которая объявила Олимпиаду открытой и зажжение олимпийского огня. Никаких технических излишеств, просто совсем маленькая девчушка, двенадцатилетняя начинающая фигуристка Робин Перри в ярко красной форме сборной Канады взбежала по ступенькам с факелом в руке и поднесла его к огромной чаше и через секунду огонь зажёгся.

Была еще и олимпийская клятва, которую от лица всех спортсменов, которые должны были принять участие в соревнованиях принёс канадец Пьер Харви, первый в истории этой страны участник как летних игр, в качестве велосипедиста, так и в зимних, в роли лыжника.

Если бы не статус нашего первого соперника, сборной Норвегии, то фиг бы хоккеисты поучаствовали в церемонии открытия.

Но расписание было для нас милостиво, так что мы смогли принять участие в этом празднике.

Для меня это было небольшим подарком. Как-никак, сегодня, тринадцатого февраля у Саши Семенова день рождения. И так совпало, что, когда благодаря Робин Перри, в небе Калгари зажегся олимпийский огонь на часах было, с учетом часовых поясов, конечно, именно то время, когда я, а теперь это именно так, появился на свет.