Чтение онлайн

— Кто такой? — последовал грубый окрик.

— Тот самый, из-за кого тут все и случилось, — ответил Лук.

— Чего же ты хочешь, смельчак? — спросил один из вольных, натягивая тетиву до уха. — Или ты сумасшедший?

— Хочу убить Далугаеша, — ответил Лук. — Убить и отрезать ему уши.

— В таком случае ты не там его ищешь, — пошли к земле луки.

— Если он в Хилане, то я знаю, где его искать, — сказал Лук. — Но один я не справлюсь. Мне нужна помощь.

— Всех вольных не хватит, чтобы осадить город, — скрипнул зубами вольный.

— Осаждать не нужно, — заметил Лук. — Достаточно перебить дозорных. Мне нужно человек пять хороших лучников, которые могут бесшумно ставить ноги и не остановятся, если придется пустить стрелу в человека, не испугаются грязи, крови, может быть, боли.

— И смерти в том числе, — добавил вольный. — Это за тебя сулят тысячу золотых монет?

— За меня, — кивнул Лук.

— Тебе повезло, — стиснул зубы вольный. — Появись ты тут не так давно, много нашлось бы охотников заработать. Но за этот месяц оказалось, что голова самого Далугаеша стоит много дороже тысячи золотых. Когда тебе будет нужна помощь?

— В течение недели, — ответил Лук. — Я все разузнаю и в первую же удачную ночь выйду на рыбалку с фонарем.

— Хорошо. — Вольный вовсе опустил лук. — Но с одним условием. Далугаеша ты отдашь нам. Живым. Уши можешь оставить себе.

Как раз сегодня ночь должна была оказаться темной. Облака шли сплошной пеленой, накрывали Хилан мокрым и тяжелым ковром. Судя по всему, должен был пойти дождь. Фонарь помаргивал на носу лодки.

— А если они не придут? — спросил Харк.

— Тогда я пойду один, — пожал плечами Лук.

— Один? — с сомнением вздохнул Харк и нащупал ногой спрятанный среди снастей меч воина клана Смерти. — Я, конечно, понимаю, что от меня толку мало, но…

— Тебе нечего бояться и не нужно суетиться, — прошептал Лук. — Будешь ждать нас у стены. Теперь мои планы поменялись. Пару дней назад я был готов убить Далугаеша, а потом добраться и до воеводы, но теперь и за Далугаешем иду только затем, чтобы охотники помогли мне. Надо спасать Хасми. Однажды она спасла меня.

— Эх, — вздохнул Харк. — Если там хоть что-то осталось от Хасми. Ты уверен, что у тебя получится?

Он чуть заметно мотнул подбородком в сторону стены. Там, среди позеленевших от воды и времени блоков, на уровне воды на фоне черноты арки днем поблескивала толстыми, толщиной в руку, прутьями решетка. Замок, который был размером с голову Лука, висел под самым сводом. Весной вода поднималась почти до него. Сейчас опустилась на четыре локтя вниз, но решетка по-прежнему оставалась основанием в воде.

— Должно получиться, — кивнул Лук. — Каждую весну замок проверяют и заново заливают маслом. Я его, как говорил, уже открывал. Дорогу знаю. Мне уже приходилось входить в город этим путем. К тому же я немного вижу в темноте.

— Осталось только научиться дышать в духоте, — поморщился Харк. — Подумать только, весь город гадит в этот тоннель.

— Не весь, — не согласился Лук. — Только дворцы и богатые дома. Но мы туда и не пролезем, там отверстия узковаты. Нам нужны ливневые стоки, а они выходят на главные улицы и площади.

— И ты думаешь, что тебя там не ждут? — вздохнул Харк.

— Ждут, — усмехнулся Лук. — Ты же сам слышал, о чем говорят ловчие, которые приходят полакомиться копчеными сомами. Днем Далугаеш спит, а ночами не отходит от клетки. А клетка стоит возле Храма Пустоты. А я там бывал. Только ждут они меня одного.

— Вот и пойдешь один, — зло плюнул в воду Харк.

— Тихо, рыбу спугнешь, — заметил Лук и поднял голову к небу, которое темнело с каждой минутой. — Лучше скажи, крепкое вино, чистый нож, мех чистой воды, чистые тряпки, снадобья, одежду для Хасми приготовил?

— Да, — зашуршал корзиной Харк. — А ты? Все-таки решил заняться и воеводой?

— Подождет воевода, — проговорил Лук. — И загадывать не буду ничего. Если что, знаешь, что делать. Поможешь девчонке, спускаешься по реке к Зене и идешь с нею по тому адресу, что я сказал. Ждешь меня там неделю. Если не приду, считай, что все. Дальше уж будешь смотреть сам. Захочешь — останешься жить в том доме, не захочешь… Только будь осторожен, помнишь ведь Намешу? Но об этом доме знала только Нега…

— Думаешь, что предал тебя брат? — спросил Харк.

— Не думаю, — ответил Лук. — Но если и предал, я ему не судья. Ты видел девчонку в клетке? Предай она меня тысячу раз, не осудил бы ее ни разу.

С каждой минутой все тонуло в кромешной мгле, теперь уже Харк, если бы не фонарь, с трудом мог разглядеть Лука, сидевшего в четырех локтях от него.

— Ты все-таки пойдешь на площадь? Для этого взял огниво? А если он тебя почувствует? Это все равно что лезть в будку к свирепому сторожевому псу!

— Но ты же сам сказал, что стражи там нет? — усмехнулся Лук. — А почуять он меня не должен. Впрочем, дай сначала сделать одно дело, а там посмотрим. Готовься. Вольные близко.

Внезапно пошел мелкий дождь. Теперь уже стражники не смогли бы не только увидеть, но и услышать злоумышленников. Харк натянул на голову капюшон и принялся пялиться в темноту, но разглядел вольных, только когда они уже были на расстоянии двух локтей. Темнота вдруг сгустилась, и у борта намешской лодки появилась узкая длинная ладья.

— Смотри-ка, ждешь, — раздался удивленный шепот вольного. — Задувай фонарь, парень. Правда, у меня не одна ладья, а две. Зато те самые — узкие, с мелкой осадкой. Лучников вместе со мной пятнадцать. Все-таки пять — маловато для такого большого города и такого длинного старшины ловчих. Только какие луки в такую погоду? Да и темно…

— Тетиву цеплять будем под крышей, — ответил Лук. — В городе горят фонари. Остальное скажу на месте. Теперь тихо за мной.

Лук и в самом деле бывал в Хилане, правда, тогда им с Харасом пришлось подниматься по стене, благо охрана была не так напряжена, как в нынешние времена, но и путь через ливневые стоки отрабатывался. Выходили они как раз через них. Тогда Лук еще не понимал, что видит в темноте. Думал, что маячивший перед ним серым силуэтом Харас, который не решался зажечь факел, просто так размахивает перед собой руками, пока тот не обернулся и не предупредил, что над головой висит ступень лестницы. «Вижу», — тогда буркнул ему Лук, на что Харас обозлился: «Что ты можешь видеть? Пощупай, сосунок. Руками ощупай, а то лоб рассадишь».