Чтение онлайн

— Мне показать? — угрожающе прошелестела Рич.

— Нет. — Зиди махнул рукой. — А свои сапожки и плащ убери ко мне в мешок. Да не в тот, где бочонок, — вымажешь! Положи в тот, где лежит твой узелок. И доставай лепешки и мех с вином. Сделаем короткий привал.

Рич несколько мгновений стояла не шевелясь, с трудом сдерживая ярость, но, увидев, что баль заковылял со шлемом одного из стражников к топи, яростно переломила попавшую под руки сухую ветку, присела на замшелый корень столетнего дерева и принялась стаскивать сапоги.

— Главное, оставаться в тепле и сухости, — пробурчал Зиди, поднося лошадям воду. — На втором месте по важности — не забывать о лошадях. А уж на третьем — набить живот и самим утолить жажду.

— Ты считаешь, что воду из топи можно пить? — Рич поморщилась, затягивая на поясе тесьму широких штанов.

— Можно, — кивнул баль. — Лошадям можно, осенью топь уже спит. А вот нам придется обойтись вином. Но оно легкое, не бойся.

— Я ничего не боюсь! — резко бросила девушка.

— Не сомневаюсь, — серьезно кивнул Зиди. — Я, правда, подобной смелостью похвастаться не могу. Мудрец, который учил меня, говорил, что ничего не боится или дурак или…

— Или? — угрожающе прищурилась Рич.

— … или тот, кто не чувствует опасности.

— То есть все равно дурак, — кивнула Рич и брезгливо скривила губы, вытаскивая из мешка ладонь, выпачканную чем-то липким. — Что это?

— Рич! — поморщился баль. — Я же сказал, твои вещи в другом мешке. Здесь только бочонок.

— Это мед? — Рич принюхалась. — Запах… странный.

— Это муравьиный мед, — объяснил Зиди.

— Муравьиный?! — Девушка лизнула пальцы. — Действительно… горький. Как баль удается заставить муравьев собирать нектар с цветов?

— Баль договариваются с муравьями, — проворчал старый воин. — Заставляют их собирать мед. Но те все равно делают это не слишком охотно. Муравьи тоже порой ведут себя как люди: служат тому, кто сильнее, но вредят ему при малейшей возможности. Каждый муравей, доставляя к плошке бальского колдуна каплю нектара, оставляет в ней частицу яда. Отсюда и горечь.

— Но ведь именно это делает муравьиный мед ценным снадобьем! — воскликнула Рич.

Глаза девчонки загорелись, она смотрела на Зиди с неподдельным интересом.

— Я гляжу, ты разбираешься в снадобьях? — прищурился баль.

— Как и всякая сайдка! — Рич гордо выпрямилась.

— И держала в руках меч?

— Приходилось, — задрала подбородок девчонка.

— Держи! — Зиди бросил ей рукоятью вперед один из мечей.

Рич поймала его правой рукой и тут же сделала шаг назад, согнула колени и замерла, положив клинок на предплечье.

— Эти сайдские фокусы нам не пригодятся, — усмехнулся Зиди. — Но рукоять ты держишь верно. Надеюсь, что хвататься тебе за нее в пути не придется. Хотя, должен признать, удар стилета был неплох.

— Я дочь Скира! — сдвинула брови Рич.

— А эти стражники были сыновьями Скира. И довольно отвратительными сыновьями, смею заметить! — усмехнулся старый воин и примиряюще кивнул, увидев вспыхнувший на щеках девушки румянец. — Ладно, еще не один сын Скира нам встретится, и кто-то из них, возможно, окажется достойнее этих троих. Меч пока оставь себе. Он тяжеловат, но все же легче остальных. А так-то все три не слишком хороши. Подожди, я собью с ножен знак дома Рейду и помогу подогнать перевязь. Все остальное придется отдать топи… Послушай, ты собираешь хворост для костра или нет?

— Зиди. — Сайдка впервые назвала баль по имени. — Зачем тебе столько меда? Зачем тебе муравьиный мед, если ты возвращаешься домой?

— Тебе что за дело? — нахмурился тот.

— Маги из башни Аруха еще позавчера бродили по городу и трясли торговцев снадобьями. — Рич уставилась на баль. — Они искали того, кто скупил муравьиный мед! Зачем тебе столько меда?

— Тонкий расчет! — поднял палец Зиди. — Я истратил на этот мед все сбережения. Уж не меньше десяти золотых, поверь мне! Я же не колдун, сам и одного муравья не заставлю отправиться за нектаром, а весной конг двинет скирские рати на мою землю. Они убьют всех, и колдунов в первую очередь. До тех, кого они не убьют, доберутся воинства Суррары. Моя земля обезлюдеет. Когда распустятся цветы, некому будет заняться муравьиным медом. Цена на него вырастет в несколько раз! А в войске конга будет много раненых и больных, потому что без боя мой народ не сдастся. Вот тогда я с лихвой верну потраченные денежки!

— Удивительно! — покачала головой девушка. — Отчего думаешь, что сам выживешь?

— А как же иначе? — не понял Зиди. — Даже твои пятьдесят золотых не заставят меня забыть о десяти монетах, собранных за годы рабской доли! Или ты хочешь, чтобы они были потрачены зря?

— Пока я хочу только одного, — отрезала Рич. — Добраться до Дешты. Правда, я нанимала воина, а получила, кажется, купца?

— Доберешься, — уверенно сказал Зиди и опустил связанные вместе оружие, упряжь и лишнюю одежду в топь. — И купцы могут быть воинами, и воину не зазорно при случае поторговать. Эй, не торопись вытирать липкие пальцы! Так и быть, в этот раз костром займусь я. Намажь-ка муравьиным медом лицо. Да не бойся, не обожжешься! Разве ты не знаешь, что скирские красавицы, из тех, что побогаче, выводят этим снадобьем веснушки? Впрочем, откуда тебе знать? С такой-то кожей… Мажь! Я не знаю другого способа остаться в живых, если стражник на ласском мосту сдернет с твоего лица платок! Неплохо бы и волосы смазать медом…

— Не понимаю, — насторожилась девушка.

— Что тебе непонятно? — удивился баль, разгребая листву под кострище. — Муравьиный мед на пару недель придаст твоим бровям и ресницам светло-рыжий оттенок. Да и на коже появится что-то вроде загара. Если не показывать никому твои руки, которые скорее всего незнакомы с землей, иглой, нитью, щелоком и горячей водой, ты сойдешь за юную корептку. За очень красивую юную рабыню-корептку. По-моему, все ясно.

— Я не об этом. — Рич не сводила с седого воина взгляда. — Зачем оставаться в живых, если ты готов к тому, что твой народ погибнет?

Зиди переломил крепкими руками пук хвороста, бросил его на расчищенную от сухой листвы землю, пробурчал недовольно:

— Пока я жив, мой народ тоже жив. Когда степной пожар уничтожает хлебное поле, крестьянин достает неприкосновенный мешок семян. Но если голод вынудит его смолоть и эти семена, он все равно найдет хоть одно зерно, чтобы бросить его в землю. И все вернется.

— Если только птица не выклюет зерно из борозды, — чуть слышно прошептала Рич. — Нам будет очень непросто перейти мост у Ласса, баль.

— До Ласса надо еще добраться, — отмахнулся он. — И до Омасса и до Борки. И до Дешты. Мы пройдем, Рич. Или погибнем, что вряд ли, Знаешь, что внушает мне веру в нашу удачу?

— Деньги? — презрительно хмыкнула девушка.

— Нет! — поморщился Зиди. — У меня слишком много врагов. И вряд ли они смогут договориться!

— Слишком много врагов не бывает, — не согласилась Рич и медленно стянула с пальцев перчатки. — Ты не провидец, баль. Посмотри на мои руки: я не успела их изуродовать, но они очень хорошо знают, что такое земля, камень, уголь, игла, нить, щелок и многое такое, о чем ты даже и не слышал.