Чтение онлайн

— Что происходит?! — завопил Католик, делая шаг к человеку. Но тот исчез и оказался в двух шагах дальше.

— Не нужны нам телячьи нежности и грубое насилие, любезный друг. Мы здесь не для этого, — улыбнулся господин.

Что-то мне казалось совсем несуразным и особо тревожным в нем — гораздо более вызывающее, чем его старомодная внешность и неожиданное появление… Точно! Господин с тростью не отражался в зеркалах! Мы с Католиком отражались, хоть и неправильно. А он — не отражался вообще.

— Я здесь, чтобы сообщить вам радостную новость, — продолжил он.

— Какую, к собачьим чертям, новость? — прохрипел яростно Католик.

— Кластер замкнут, — господин сделал круговое движение тростью.

И перед нами возникла большая распахнутая книга. Она напоминала церковный фолиант, только не лежала на подставке, а висела в воздухе. И ее открытые страницы слабо колыхались.

В книге были сотни, если не тысячи, листов. Я не сдержался, шагнул вперед и осторожно коснулся пальцем одного. Мое сознание захлестнули картинки. Незнакомые города, океаны, причудливые морские корабли и люди, люди, люди. Возникла уверенность, что это наша Земля. Но какая-то далекая. Которую я не помню.

Коснулся другой страницы. Водопад визуальных эффектов и чувств. А вот эту Землю я помнил. И я был на ней недавно.

Я начал, как одержимый, листать страницы, всем существом погружаясь в появляющиеся передо мной картины. Эти миры были Землей. И отличались друг от друга, прежде всего, плодами деятельности человека, общественным устройством, историей. Они все были немного другие.

Католик стоял в стороне, заворожено глядя на книгу и, как показалось, боясь коснуться ее. А человек с тростью, между тем, профессорским уверенным голосом вещал:

— Кластер — это книга близких миров. Эдакий обособленный конгломерат со взаимным влиянием элементов и частично общим течением энергий. Ну что же, майор Казанцев. Мое почтение. Вам удалось стабилизировать кластер, находившийся на грани распада. Вы, существенный игрок, уберегли его от скатывания в Инферно. И теперь все будет лучше, чем было.

— Эта сволочь выиграла? — прищурился Католик. — Эта отрыжка вечности изменила ход вещей?

— Тебе, разрушитель, тоже грех обижаться и кривить губы. Ты смог удержать кластер от ухода по Вектору Света. Этот вектор, конечно, предпочтительнее Инферно, однако запирает развивающийся Разум, не дает ему двигаться к совершенству.

— То есть, хорошего не должно быть много, — кивнул я, с неохотой отступая от фолианта кластеров. — А вообще, как могут двое человек распоряжаться судьбами тысяч миров? В этом видится вопиющее несоответствие масштабов проблем и ничтожности индивидуума.

— Существенный игрок — не просто отдельный разумный индивидуум, — наставительно произнес человек с тростью. — Он вобрал импульс миллионов и миллиардов разумных, которые стоят за его спиной. Он острие удара.

— А сам-то ты кто такой? И чего ты тут разглагольствуешь?! — терпение сейчас уже не почиталось Католикам за добродетель, раз в кои веки он решил дать волю своим нервам. — Ты что, местный божок?! Демон, меняющий мир?!

— Нет, — вздохнул человек с тростью. — Я не творец. И свой мир меняете только вы сами. Я всего лишь наблюдатель.

На носу человека появились старомодные массивные роговые очки с дымчатыми стеклами.

— И карающий меч.

Трость в его руках преобразилась в короткую шпагу с выразительными бурыми пятнами, скорее всего, крови.

— Но я могу быть и тем, кто щедро оплачивает труды.

У его ног образовалась груда золотых монет.

— А ваша дорога закончена, — сказал господин, возвращая свой прежний вид и поигрывая тростью.

— И что дальше? — спросил я.

— Дальше? — он внимательно оглядел нас, будто прицениваясь. — Майор может уйти наверх, как заслужил. Для Католика открыты изнаночные миры, где, думаю, ему будет лучше. Там все его безумные страсти найдут достойное воплощение.

— Огласите весь список, — усмехнулся я.

— Или новый кластер, — выразительно постучал тростью о пол господин. — Новая борьба. Новая неопределенность…

Тут мы почти хором ответили:

— Кластер!

Католик посмотрел на меня с прищуром:

— Сколько буду тебя встречать, столько буду тебя убивать!

— Да, думаю, мы хорошо развлечемся в новой игре, — улыбнулся я…

И пол ушел из-под ног. Мы умирали в этой цепочке миров. Чтобы возродиться в полной неизвестности и чуждости. Но такова наша дорога. Помнящие. Существенные игроки…

У наблюдавшего за саванной человека исчезли последние сомнения в том, что группа из десяти бойцов, приближавшаяся к селению с запада, представляет собой остатки какого-то из отрядов уара-сура — бывших воинов государства Униоро.

Добрый десяток лет Униоро, под руководством мудрого тирана Каба-Реги, подчиняло себе племена в окрестностях озера Альберта. Государство настолько окрепло при его правлении, что англичане встревожились и решили разобраться с намечающейся проблемой самым кардинальным и в то же время простым способом — вразумить непокорного тирана силами экспедиционно-карательного корпуса.

После шести лет почти непрерывных сражений британцам наконец удалось сломить отчаянное сопротивление. В прошлом месяце Каба-Реги получил два ранения, попал в плен и отправился в ссылку на Сейшельские острова. На трон Униоро британцы посадили его наследника — Китахимбва. Однако сын того влияния, что отец, ни на народ, ни на войска не имел, и многие уара-сура разбрелись по саваннам заниматься наиболее привычным для них делом — грабежом окрестных деревень, принадлежавших в основном племенам вахумо.

Вахумо — скотоводы, и все их богатство — стада быков. Уара-сура, превратившись из солдат в разбойников, разгоняли вахумо, угоняли скот и уносили все, что привлекало их жадный взгляд. Образ жизни скотовода, вынужденного оберегать свои стада и от дикого зверя, и от жадного соседа, далек от миролюбия, однако собственных сил для противостояния закаленным в десятилетиях непрерывных сражений воинам вахумо не хватало.

Пока Униоро правил Каба-Реги, набеги его армии подчинялись его воле, и насилие в какой-то мере контролировалось и дозировалось. Ныне же их нападения на села превратились в кровавые безумства.