Чтение онлайн

— Так точно, товарищ полковник. Если вы уверены, что ошибка исключена, приготовиться успеем. Но я все равно не понимаю…

— И не надо. Приказы Родины нужно исполнять, а не понимать. Круглов, проводи товарища капитана, дежурного я насчет тебя извещу.

Домой капитан госбезопасности Путин вернулся уже затемно. Весь день он пробегал по "Большому дому". Сначала его переодели в форму, потом вооружили табельным ТТ, потом усадили за изучение должностных инструкций, потом секретка, где пришлось расписаться в десятке подписок о неразглашении, а в завершении этого безумного дня, его принял лично начальник управления МГБ по Ленинграду и области, генерал-лейтенант, Николай Дмитриевич Ермолаев. Но даже это не до конца убедило Владимира Спиридоновича в том, что на самом деле его назначили не по ошибке. Он весь день ждал, что кто-то эту ошибку обнаружит, и все вернется на круги своя, но никто ничего так и не обнаружил.

В прихожей завозился. Портупея необмятая, да еще и без привычки, пока снимал шинель из кухни-салона вышли на шум возни женщины. Увидев его в форме, Мария лишилась дара речи, а сам Владимир Спиридонович смог только молча развести руками. Выручила Софья Андреевна.

— На фронт, Володенька?

— Нет, Софья Андреевна. Назначен ротным в суворовское военное училище. Сам ничего не понимаю, если честно.

19 января 1953 года, Кабинет Сталина

Присутствовали: секретарь ЦК КПСС, Рокоссовский Константин Константинович; председатель Совета министров, Маленков Георгий Максимиллианович; председатель Госплана, Сабуров Максим Захарович; заместитель председателя Совета министров, Косыгин Алексей Николаевич; министр Госбезопасности, Судоплатов Павел Анатольевич; министр Электронной промышленности, Лебедев Сергей Алексеевич; главный конструктор ОКБ-1, Королёв Сергей Павлович.

Минутой молчания почтили память маршала Жукова, павшего от руки украинского националиста, молчание прервал Сталин.

— Вечная память! К делу, товарищи. Перед нами поставлена историческая задача — первыми выйти в Космос. По имеющимся у нас данным, в США активно ведутся исследования в этой области, и мы ни в коем случае не должны уступить им первенство. Товарищ Королёв, нам известно, что вы в своё личное время ведёте работу над двухступенчатой ракетой, способной выходить на космическую орбиту. Мы считаем, что пора придать вашей самодеятельности статус чрезвычайной государственной важности, а также отблагодарить за уже проделанную в ЛИЧНОЕ время работу. Сроки следующие — до конца текущей пятилетки вывести на орбиту первый искусственный спутник Земли, а в пятьдесят шестом — пятьдесят седьмом совершить пилотируемый полёт по космической орбите. Товарищ Королёв?

Пока Сталин говорил, лицо Сергея Павловича поменяло выражение с угрюмого до вдохновлённого, услышав вопрос он порывисто вскочил.

— Товарищи, это очень сжатые сроки, но я со своей стороны приложу все усилия. Проект Р-7 почти готов, и за два года ракету мы обязательно до ума доведём. Но как можно планировать пилотируемый полёт, если мы до сих пор не знаем, выживет ли человек в Космосе?

Сталин мягким жестом усадил Сергея Павловича на место и пресёк все дальнейшие разговоры на эту тему.

— Мы это знаем, товарищ Королёв, но не спрашивайте откуда, это не ваш уровень допуска. С ракетой понятно, от имени Партии благодарю вас за проявленную разумную инициативу и проделанную работу. Я напишу ваше представление к Сталинской премии Первой Степени, надеюсь, товарищи в Комитете его поддержат. Вопросы к товарищу Королёву? Нет вопросов. Со сроками будем считать определились, нам всем предстоит очень напряжённая работа. На ближайшем пленуме Президиума ЦК мы утвердим создание Государственного Космического Комитета с чрезвычайными полномочиями. Война за Космос — это возможно последняя война в истории человечества, захватив его, мы получим возможность раз и навсегда прекратить все войны на Земле.

Иосиф Виссарионович сделал паузу и обвёл взглядом присутствующих. В лице Королёва читался вопрос.

— Вы хотите что-то спросить, товарищ Королёв?

— Да, товарищ Сталин. Откуда мы будем производить запуски? Дело в том, что чем ближе к экватору, тем выше угловая скорость вращения Земли, тем больший груз мы сможем теми же самыми ракетами поднять на орбиту. С этой точки зрения, Капустин Яр очень невыгодное место, южней бы…

Про космодром "Байконур" в записке медиума было упомянуто, координаты Сталин знал.

— Экватор, к сожалению, нам пока не доступен. Для своих расчётов берите точку с координатами 45,86 градусов северной широты и 63,32 градуса восточной долготы, первый космодром будем строить именно там. Ещё вопросы?

Королёв был обескуражен. Пока он тайком мечтал о полётах в Космос, Сталин их оказывается вполне реально планировал.

— Нет, товарищ Сталин.

Остальные просто промолчали. Что и не удивительно, ибо до сего дня они о Космосе ни разу не задумывались.

— Товарищ Рокоссовский, ведите товарищей к себе, начинайте составлять планы и делить ответственность, вы все члены будущего ГКК. Оставьте мне Судоплатова, он отвечает за безопасность, я его сначала сам проинструктирую.

Дождавшись, пока все выйдут, Сталин достал из стола свежий выпуск Правды с некрологом маршала Жукова.

— Гордиться этим не стоит, поэтому благодарить не буду, хоть работа и исполнена безупречно. На что выйдет следствие?

Дело, как и ожидалось, вызвалась расследовать прокуратура Одесского военного округа, препятствовать им, разумеется, никто не стал.

— Выйдет на отчётливый британский след. Выведем, товарищ Сталин.

Сталин только слегка кивнул, навсегда закрывая тему.

— Что по операции "Куба либре"?

Такое кодовое название носила первая операция тайно возрождаемого Коминтерна, в вожди которого, с подсказки того же медиума, сейчас готовили аргентинца Эрнесто Гевару по прозвищу Че.

— Аргентинского доктора я отправил в госпиталь, астма у него, лучше не запускать. Приказом отправил, добром не удалось уговорить. Пусть подлечится и заодно теорию подтянет, литературу мы ему подобрали. А братья кубинцы готовятся по распорядку, за полгода поднимем их на приемлемый уровень. К лету управимся, товарищ Сталин. Боевики готовы, даже гаванский акцент уже имитируют, их только вожди тормозят.

Судоплатов тонко намекнул, что с него спрашивать за навязанных людей не очень правильно, Сталин понимающе усмехнулся.

— Не понравились вам латиноамериканские товарищи?

Павел Анатольевич пожал плечами.

— Товарищ там только Че, кубинцы слишком скользкие, за ними глаз да глаз нужен будет.

— За всеми глаз да глаз нужен, ничего нового в этом нет, присмотрим. Какими силами предполагается проводить операцию "Куба либре"?

— Ориентировочно пятьсот человек, товарищ Сталин. Детали операции до сих пор находятся в процессе доработки.