Чтение онлайн

— Товарищ Гранаткин, а я как президент Федерации Футбола СССР могу прямо сейчас сменить главного тренера сборной?

— Это — ваше право, товарищ Сталин. Такого ещё не бывало, чтобы тренера меняли в перерыве матча, но запретов на это нет, я точно помню.

— Очень хорошо, что нет запретов. Тогда я прямо сейчас смещаю Боброва и назначаю тренером себя. Пусть меня кто-нибудь проводит в раздевалку.

Иосиф Виссарионович Сталин ещё не успел дойти от ложи ФИФА до раздевалки сборной СССР, а эту новость уже обсуждали в прямом эфире, в студии «Эй Эн Би Си» в Олешев-Сити. Когда Сталин вошёл, её обсуждали уже и игроки Советской команды.

— Сколько у нас времени, товарищ Бобров? — спросил новый главный тренер сборной СССР по футболу, первым делом выключая телевизор.

— Около пяти минут, товарищ Сталин.

— Этого хватит, не Берлинскую операцию планируем. Нам просто нужно забить на три гола больше, чем забьют уругвайцы. У вас уже возникли идеи, как это можно сделать?

— Возникли, товарищ Сталин, но ведь…

— Я подставил вам плечо, товарищ Бобров, но замещать вас я не собираюсь. Посижу на скамейке, вдруг уругвайцев напугаю — уже польза. Делайте то, что задумали.

Появление Сталина-старшего, на скамейке запасных сборной СССР, во втором тайме, буквально взорвало стадион в Берне. Приунывшие было, болельщики-коммунары взревели в предвкушении чуда и развернули транспарант — «За Родину, за Сталина!», а следом взревел и весь стадион. Результат последовал незамедлительно. На сорок восьмой минуте, Ди Стефано реализовал пенальти. Бесспорный пенальти, защитник уругвайцев рукой отбил летящий в ворота мяч. На пятьдесят второй минуте, Стрельцов сравнял счёт, забив самый красивый гол Чемпионата — прорвался по правому флангу атаки и перебросил вратаря с почти нулевого угла. На шестьдесят первой, Симонян уже вывел Советскую сборную вперёд, замкнув головой передачу Ди Стефано, и уругвайцы откровенно поплыли.

Всё это время, Иосиф Виссарионович Сталин даже не смотрел на поле, он что-то увлечённо писал в своём блокноте и, по этой причине, постоянно попадал в камеры «Эй Эн Би Си» крупными планами. На семьдесят третьей минуте Стрельцов забил свой третий мяч, став лучшим бомбардиром турнира в общем зачёте, а на восемьдесят второй, Валентин Иванов оформил разгром уругвайцев — шесть-три.

«Это был настоящий футбольный Сталинград, товарищи» — произнёс сразу после финального свистка комментатор Вадим Синявский, — «Потрясающий матч, блистательная победа. Ура! За Родину, за Сталина!»

Сбежать с церемонии награждения, товарищу Сталину не позволили футболисты, сразу после свистка бросившиеся его качать, а потом на руках отнесли его к уже приготовившимся функционерам ФИФА. Не принять награду, без скандала, было уже невозможно, чёртовы телекамеры делали этот мир насквозь прозрачным, именно заметки о телевидении и его роли в мире, писал Иосиф Виссарионович во время второго тайма. Этой дурацкой забавы — футбол.

«Увлёкся, сам виноват, раньше нужно было уходить». — подумал Сталин, когда мсье Жюль Риме подвешивал ему золотую медаль чемпиона мира по футболу 1954 года.

Пятого июля 1954 года, в СССР стартовал прокат картины «Уолт Дисней Компани» — «Война и мир. Битва за космос.», а шестого, к вечеру, по инициативе Маленкова и Игнатьева собралось внеочередное заседание Бюро Президиума ЦК КПСС.

Кто такие Джо и Джуниор, гадать было не нужно, для советского проката их озвучивали Иосиф и Василий Сталины, а вот старый и хитрый попугай Чилли, советник Джо в начале фильма, выглядел очень провокационным персонажем. В Чилли легко угадывался Ильич. Владимир Ильич. Сам Ленин! Святой Ленин! Он характерно грассировал, сыпал узнаваемыми фразами и был, в целом, положительным персонажем. В целом положительным, но при этом комичным. Над ним смеялись.

Собрались в неполном составе. Кузнецов, Брежнев и Шелепин находились в Швейцарии, Королёв на Байконуре, Курчатов в Олешев-Сити, а Лебедев в Лос-Анжелесе. Присутствовали: председатель ГКТО, первый секретарь Бюро Президиума ЦК КПСС, председатель Президиума Верховного Совета СССР, Верховный Главнокомандующий вооружённых сил Социалистического Содружества, генералиссимус — Рокоссовский Константин Константинович; председатель Совета Министров — Косыгин Алексей Николаевич; заместитель председателя ГКТО, секретарь Бюро Президиума ЦК, министр Государственной Безопасности, председатель комиссии Высшего Партийного Контроля, маршал ГБ — Судоплатов Павел Анатольевич; первый заместитель председателя Совета Министров, председатель ГКК — Маленков Георгий Максимилианович; министр Иностранных Дел — Громыко Андрей Андреевич; министр Внутренних Дел, генерал-полковник — Меркулов Всеволод Николаевич; Военный министр, заместитель Командующего ВС Социалистического Содружества, верховный маршал — Василевский Александр Михайлович; министр Государственного Контроля, генерал-полковник — Абакумов Виктор Семёнович; заместитель председателя Совета Министров, председатель Спецкомитета при Совмине — Игнатьев Семён Денисович; председатель Госплана — Сабуров Максим Захарович.

— Ну и смеялись. — пожал плечами Абакумов, — Над Джо тоже смеялись и даже больше. Вы к чему ведёте-то Георгий Максимилианович? Нашу страну этот фильм прославляет, и всем даёт понять, что на реванш у крыс шансов нет. Космос наш. Вы уж постарайтесь, чтобы Джуниор из него живым вернулся. Очень хочется продолжение посмотреть.

Все присутствующие, кроме Маленкова и Игнатьева дружно улыбнулись. Полуторачасовой фильм «Война и мир. Битва за Космос», заканчивался запуском пилотируемого Джуниором космолёта. И посмотреть продолжение действительно хотелось.

— Вы что, правда не понимаете, что это глумление над Святынями? — угрюмо буркнул Маленков.

— Правда не понимаем. — кивнул Павел Анатольевич Судоплатов, который обсуждал этот вопрос со Сталиным-старшим, ещё во время работы того над озвучиванием роли Джо, — Это мультфильм. Сказка. В рамках жанра всё очень даже корректно. Никакой враждебной пропаганды экспертиза в этом фильме не обнаружила. Да, попугай узнаваем, но он ведь хороший. Положительный персонаж, который только повысит в мире интерес к реальной исторической личности Владимира Ильича. Великого человека, что бесспорно, но отнюдь не Святого. Мы никого на канонизировали и не планируем. «Коммунизм — это цель, а не религия».

Цитата Сталина из его статьи с инициативой о захоронении тела Ленина, немного сбила пафос с вопроса Маленкова. Иосиф Виссарионович призвал прекратить издеваться над останками основателя первого в мире Социалистического государства, и предать их земле, как завещал покойный, и в соответствии с традиционными общественными нормами. Сталин тоже говорил о глумлении, но не над святынями, а над останками, и попытками сделать из них религиозную святыню.

— Не религия, но образ попугая всё равно оскорбителен для Великого Человека. Основателя нашей Партии, основателя нашей Страны.

— Чем же он оскорбительнее образа кота? — изобразил искреннее удивление Рокоссовский, — Последний житель сказочной планеты, который умел летать сам, без помощи самолёта. Выдающийся и уникальный. Аналогия вполне уместная.

— Но попугай!

— У вас что-то личное против попугаев, Георгий Максимилианович. — вздохнул Рокоссовский, — Но как видите, никто вашего негодования здесь не разделяет.

— Я разделяю. — голос Игнатьева был негромким, но уверенным, — Образ Ленина специально порочится, чтобы оправдать отход от ленинских принципов.