Чтение онлайн

Семидесятидвухлетний председатель Конституционного Правительственного Совета Уругвая, Андрес Мартинес Труэба, уже провозглашённый в Республике Национальным Героем, победитель Бразилии, вернувший Уругваю северные территории (Рио-Гранде-ду-Сул), личный друг самого богатого человека на планете Майкла О Лири и сам теперь самый богатый в Латинской Америке, таковым стал благодаря именно этой компании молодых хищников.

— Сеньоры! Я не силён в риторике и не буду вам рассказывать про агрессивные устремления фашиствующей военной хунты генерала Перона, мы здесь не на митинг собрались. Вы и сами всё отлично знаете. Что будем делать-то?

— Знаем, сеньор Труэба, — кивнул «Че» Гевара, — и про фашистов знаем, в том числе и немецких, которые там прячутся. Бить их будем, пусть только повод дадут. Рамон?

— Побьём, Че, не сомневайся. Нужна база напротив Буэнос-Айреса, где-то в районе Колонии дель Сакраменто. А кто потом будет Аргентиной управлять, чтобы её на путь истинный наставить?

— Начо [108] .

— Он же галисиец.

— А ты каталонец, Рамон, — встрял Фидель и вздохнул, — Аргентину нам грабить не с руки, свои ведь люди, а война стоит дорого. Подумай, «Че», как нам в эту войну остальных фашистов втянуть. Чили, Перу и Парагвай, там тоже беглых нацистов навалом, всё равно их когда-нибудь освобождать придётся, так уж лучше сразу это сделать. Помнишь, как Эйтингон говорил?

— И, заодно, за баб, чтоб два раза не вставать? — улыбнулся Генеральный секретарь ООН.

— Заодно и за баб, — кивнул Фидель, — Ты не против, Рамон?

— Я — нет, но это нужно согласовать.

— Разумеется, — кивнул Че Гевара, — но я уверен, что согласую. Фидель, свяжись с Раулем и отзови Начо. Ему командовать — так что пусть сам всё считает. Начнётся уже довольно скоро.

— Есть, Команданте!

Султан Мохаммед Али Шир свой визит в Российскую Советскую Социалистическую Республику начал в Москве, с посещения ассамблеи Организации Объединённых Наций. Огромный современный город, со средневековой крепостью в самом центре, миллионы людей и автомобилей, настоящие дворцы станций метро, самое высокое в мире здание ООН и стройки, стройки, стройки… Али Шир однажды посещал Бомбей, тоже огромный город, может быть даже больше, чем Москва, но никаких положительных впечатлений у него тогда не возникло, а сейчас… Такое не выразить словами. Он испытывал какой-то детский восторг, несмотря на холодную пасмурную погоду.

Ленинград, ещё одна бывшая столица России, восхитительная архитектура и промышленная мощь, снова метро со станциями-дворцами и снова погода-дрянь, с затянутым тучами небом, совсем без солнца.

Новая столица — Сталинград. Знакомство с Рокоссовским и высшим руководством этой великой страны. Совсем молодые люди, радушные и приветливые — никакого чванства, никакого снобизма — очень сильно русские отличаются от британцев, хотя с виду одинаковые.

Поговорили откровенно. Сомали им нужен в качестве ворот в Африку. Кроме удачного расположения, других козырей у страны нет. Бесплатно вам помогать никто не собирается, каждый вложенный рубль придётся отрабатывать. В общем, русским нужен партнёр, но партнёр вменяемый — понимающий, что он младший и не незаменимый. Цинично, но зато честно. И выгодно, стоит признать, очень даже выгодно, это вам не коз пасти. Русским нужна армия. Их, русская, армия в Африке, в которой служат африканцы. Сомалийцы для этого отлично подходят. Естественно, султан Али Шир согласился этим младшим партнёром стать. Сам он уже пожилой, но русские не возражают, если ему наследует один из сыновей — самый толковый. Сыновей у султана двенадцать, так что один из них русских наверняка устроит.

Куратором проекта Сомали стал первый заместитель министра Государственной Безопасности, начальник ПГУ МГБ, генерал-полковник, Сергей Романович Савченко, а не какой-то чиновник-заместитель из МИДа, что уже говорило Али Ширу о многом. Нет, совсем никчёмных людей у русских на таком уровне вообще нет, но МГБ есть МГБ, об этом даже в Африке знают.

— С чего начнём, господин генерал [109] ?

— С формирования правительства национального единства, ваше величество. Все шесть племён должны получить представительство во власти.

— Вряд-ли это возможно. Они терпеть друг друга не могут.

— И, тем не менее, начнём мы именно с этого — терпеть мы их научим и заставим. А ещё начнём с поддержки Северного Йемена, воюющего сейчас на два фронта.

Договорились обо всём, план у русских имелся и неплохой план, к тому-же, его можно было корректировать, при поступлении новых вводных. На этом программа визита исчерпалась, но Али Шир решил задержаться и принять участие в историческом событии. Как писали о нём русские — «первом шаге человечества из колыбели». Все главы значимых государств собираются, значит, и ему это нужно. Пусть все видят новое место Сомали в этом мире. Видят и завидуют.

После запуска космолёта, генерал Савченко познакомил Али Шира с команданте Социнтерна. Молодой совсем, а взгляд уже как у матёрого волка. Пожали друг другу руки — у русских принято знакомиться именно так.

— Команданте Сьенфуэгос поможет вам в войне с Аденом [110] . Можете это сейчас обсудить, время есть.

Председатель Верховного Совета Республики Аляска, сэр Эрнест Генри Гриннинг, предоставленное время использовал для общения с автором очень понравившегося ему романа «Бесконечность», русским писателем Иваном Ефремовым; премьер-министр Израиля (Моше Даян) с председателем Совета Министров РССР Алексеем Николаевичем Косыгиным; президенты Ирландии (Эндрю Конвей) и ГДР (Вильгельм Пик) с председателем Госплана Максимом Захаровичем Сабуровым; председатель Кабинета министров Кореи (Ким Ир Сен), президент Вьетнама (Хо Ши Мин) и король Таиланда (Рама Девятый — Пхумипон Адульядет) с Военным министром, верховным маршалом, Александром Михайловичем Василевским; главы КССР и САССР (Игорь Васильевич Сиденко и Илья Леонидович Воскобойников) с министрами Внутренних дел и Госконтроля, генерал-полковниками Всеволодом Николаевичем Меркуловым и Виктором Семёновичем Абакумовым; североамериканские президенты (Марк Уэйн Кларк, Алан Шиверс и Эрл Уоррен) устроили междусобойчик по вопросу миграции мексиканцев (границ-то нет, только линии на карте) — в общем, никто не терял времени зря. В этот день мировая политика вершилась на Байконуре, в перерыве между запуском космического корабля и приземлением спускаемого модуля.

В семнадцать ноль шесть корабль «Мир-1» пошёл на последний, шестой орбитальный виток и высокие гости начали возвращаться на свои места. Как бы ни были важны обсуждаемые ими темы, пропускать историческое событие не хотелось никому. Вернулся и Старый Джо. Елизавета Георгиевна пила чай. Предложила шефу.

— Не нужно, не хлопочи. Так и сидишь?

— Нет. Прогулялась. Со Светланой поговорила. Она меня с Артёмом познакомила. Я и не знала, что у вас ещё один сын есть.

— Есть. И внуков одиннадцать, старшему уже девятнадцать лет исполнилось, тоже на космонавта учится.

— Нужно вам мемуары написать, Иосиф Виссарионович.

— Делать мне больше нечего, кроме как себя расхваливать. — усмехнулся товарищ Сталин и неожиданно сменил тему, — За Ваську замуж пойдёшь?

— Он меня не звал. — покраснела Елизавета. «А этот поросёнок ирландский так ушами и водит…»

— Это потому, что он не намного умнее той ящерицы, что перед ним в космос летала. Я — глава семьи. Я решаю. Просто, не до того мне раньше было. Тебя ведь тоже замуж отец выдавал.

— У вас всё по-другому.

— По-другому, — согласился Старый Джо, — но мы и поступим по-другому. Держи. Подаришь космонавту, и он будет твой на веки.

Перед Елизаветой Георгиевной Виндзор лежала золотая медаль Чемпиона мира по футболу 1954 года. «Ну, теперь держись, Принц Аллилуев!»

Спускаемый модуль корабля «Мир-1» приземлился в девятнадцать двадцать четыре по сталинградскому времени, в расчётном районе, в восьмидесяти километрах севернее Байконура.

Майкл О Лири направил в район сразу шесть съёмочных бригад «Эй Эн Би Си» на вертолётах, поэтому неудивительно, что одной из них удалось запечатлеть исторический момент возвращения на Землю первого космонавта человечества, его счастливую улыбку и первые слова — «Привет, земляне! Я по вам уже соскучился».

В двадцать ноль восемь, полковник Сталин рапортовал главкому ВКС, генерал-полковнику Кожедубу об успешном завершении полёта и полностью выполненной программе, а в двадцать два двенадцать, в конференц-зале космодрома Байконур, Сталин и Кожедуб рапортовали уже Верховному Главнокомандующему, председателю Президиума Верховного Совета РССР, генералиссимусу, Константину Константиновичу Рокоссовскому. В прямом эфире на весь мир, разумеется.

Сразу после доклада состоялось награждение. Полковнику ВКС Василию Иосифовичу Сталину вручили четвёртую звезду Героя Советского Союза, орден Ленина и нагрудный знак «Космонавт» за номером один; председателю Государственного Космического Комитета, генеральному конструктор ОКБ-1, Королёву Сергею Павловичу и заместителю председателя ГКК, министру Электронной промышленности, Лебедеву Сергею Алексеевичу по звезде Героев Социалистического Труда и ордену Ленина; главкому Военно-Космических Сил, генерал-полковнику, Ивану Никитовичу Кожедубу орден Ленина; дублёру первого космонавта, майору ВКС, Александру Ивановичу Щетинину и заместителю генерального Конструктора Вернеру фон Брауну ордена Красного знамени.