Чтение онлайн

Хотя, я не особо и соврал — вампирша и впрямь на него глазеет. Сожрать хочет или поцеловать — пес ее разберет. Но понять ее можно, — родись Гена в нормальном мире, непременно бы красовался на обложках журналов. С лица можно воду пить. Да и стройный, хоть и тощий. Девкам такие нравятся.

Но завязочки гомосятиной отдают, конечно…

— Не ведаю, что такое «гомосятина», однако же с радостью удовлетворю ваше любопытство… — он взялся показывать фенечки в своих волосах — Это цвет герба первых королей-рыболовов… А этот сплетен из высушенного щупальца китоеда, а этот, согласно древней традиции…

Ага, знаю я эти древние традиции… От балды придумывают. Типа лучей на кокарде или полос на гюйсе.

Праздная болтовня позволила отвлечься от тяжелых мыслей, но едва не стала фатальной. На полпути к городским воротам я встал как вкопанный, ошарашено вращая глазами и пытаясь понять, какого черта каждая клетка тела вопит об опасности. Как это часто бывает, инстинкты обогнали сознание.

Река журчит, трава зеленится, деревья растут, а птицы… Стоп, а где птицы? Какого черта стайка пернатых жмется к реке, будто держась подальше от кустов?

Щелчок арбалета все расставил на свои места. Пройдясь по щеке, стальной болт тихо шмякнулся в речной песок, заставляя радоваться примитивности местного оружия и его низкой начальной скорости.

На пулю бы не среагировал…

Попытка ухватится за кобуру окончилась резью в пальцах и окровавленной чесалкой в руке. Вовремя ее Киара вернула, ничего не скажешь…

Рванувшая из кустов изящная тень блестела сталью и кошачьими ушами. Звонко ругаясь на всю округу, Гена рванул меч Аллерии, но красивое лезвие замерло в воздухе, оказываясь в плену раздвоенного клинка. Поймав рыцарский клинок мечеломом в одной руке, кошатина сходу полоснула пацана кинжалом по лбу, добавив носком сапога в промежность.

Стремясь как можно скорее добраться до меня, она не утруждалась смертельным ударом. Поглядев на ее окровавленный кинжал и свою такую же алую чесалку, я невольно сглотнул.

К счастью, кошатина восприняла мой ступор по-своему, — остановившись на расстоянии вытянутой руки, она принялась ловко кружить вокруг, подбирая момент для выпада. Вот они, проблемы здоровых людей, у которых нормальная память! Помнит фонтан, засранка!

Черт, а ведь я думал Киара просто брюзжит, когда про безопасность затирает… Хотя мог бы догадаться, — одно дело в городе при народе прирезать, а другое… Да тоже самое, в общем-то — вон, возле ворот города фигурки дровосеков замерли, за представлением наблюдают.

Убедившись, что Гена хоть и корчится от боли, но хотя бы живой, я переключился обратно на осторожную кошатину. Как и в прошлый раз, она восприняла мою тормознутость за ложный маневр.

Мечелом еще этот… Я, конечно, слышал будто есть фехтовальщики и впрямь способные им пользоваться, но думал это красивые байки кузнецов. Чтобы эти сувениры охотнее покупали да на стенку вешали. А эта ничего, обеими руками как одной работает…

Сообразив, что мечелом бесполезен против ржавого ножика, кошатина швырнула им в меня и тут же накинулась, метя кинжалом в ногу. Решила сперва подранить, чтобы сподручнее убить.

Раз за разом огребая рогатиной по ноге от капитана я неплохо наловчился уворачиваться, но лезвие время равно вспороло шерстяную ткань, бесповоротно испортив любимые штаны.

От последующей серии ударов уберегла лишь собственная неловкость — скача на одной ноге, я быстро запнулся, растягиваясь на земле. Триумфальная ухмылка испарилась под напором берца — огребя каблуком под колено, ушастая едва не завалилась на меня сверху, но все же сумела упереться на руки и прокатиться надо мной колесом.

Быстрая сволочь… Такое чувство, что ее собственная тень потеет, пытаясь угнаться.

— Циркачка, мать твою… — ворчал я, спешно поднимаясь. — Хоть знаешь, как тяжело в вашем мирке купить брюки с карманами?! Выж, сволочи, все с поясами ходите…

С ушибленной ногой хвостатая действовала куда медленнее, но быстрее нужного. Как я не пытался ухватить ее за запястье или порезать чесалкой, она играючи парировала, продолжая планомерно теснить меня к реке.

Речной ил под берцами и свежий порез на ноге не внушали ничего хорошего, но близость воды подсказала идею. Идиотскую, но других у меня не водится. Ценой двух порезов и оторванного рукава, я все же сумел заставить хвостатую сменить позицию и присоединится к купанию. Там где мне было по щиколотку, ей доходило до колена.

Как же хорошо, что они такие карлики!

Чуя подвох, ушастая начала отступать к берегу. Наверное хотела выманить меня, взяв в заложники оруженосца и устроив типично-киношное противостояние. Но лимит театральности за сегодня исчерпал еще Грисби.

Вспомнив, что рефлексы есть не только у лейтенантов, я рванул к кошатине, как и прежде пытаясь ухватить ее за что придется. Оставив широкий разрез на моей руке, кинжал так и не достиг желаемого, принуждая кошатину прибегнуть к своему любимому трюку.

Крутанув колесо, она замерла в центре узкой и неглубокой речки. Там где вода касалась ее груди, мне доходило до пояса. Стиснутые зубы и дрожащие уши свидетельствовали, что она и сама осознала свою ошибку.

Но осознать не значит сделать выводы — сдаваться она не собиралась.

Брызжа в меня водой, словно ребенок в бассейне, она отчаянно метила в сердце, но разница в росте оказалась непреодолимой. Ржавое лезвие разорвало кожу на бледной шее, без труда пройдя сквозь жесткий воротник.

Все слабее становились выпады, все отчаяннее глаза… Как бы она не зажимала рану, кровь было не остановить. Она пыталась что-то сказать, но до меня доносилось лишь гортанное бульканье. Попытки вытащить ее на берег и попытаться остановить кровь, дабы после допросить, окончились вырванным из ослабевших рук кинжалом и всплеском воды. Лишившись оружия и осознав положение, кошатина отпустила рану на шее и рухнула в воду.

— Эй! Ты че удумала, идиотка?! Эй?! — поднятый нами ил превратил кристальную воду в непроглядный туман, сквозь которые виднелись алые разводы.

Ни через минуту, ни через две, кошатину я так и не выловил. Всплывшее в сотне метрах тело сделало поиски бессмысленными.

— Вот это преданность, блин… — зажимая уродливую рану на руке, я вылез на берег, к пострадавшему Гене.

— Ч-ч-что случилось, с-сир? П-почему она… Она…

— Чтобы хозяина своего не подставлять, вот почему. Допроса боялась. Или обмена пленными, хрен разберешь.

Нет, таких агентов за деньги не наймешь… Такие за идею работают. Знать бы только, за какую.