Чтение онлайн

— В другой раз. — не обращая внимания на ее надутые губы, мужчина обратился к гремящей кастрюлями пожилой даме.

— Мне сказали — вы хотели меня видеть.

— Я много чего хотела бы увидеть, но точно не твою подлую рожу. — отложив поварешку, она уставилась на мужчину пустыми серыми глазами. — Ты меня поиметь вздумал?

Такую старую каргу? Лучше мясорубке присунуть!

— По поводу оплаты… — он положил на стол две блестящие монеты. — Здесь долг и еще на два…

— Я спросила: ты меня в сраку и насухую?! Подсунул клейменное барахло и думал, что не замечу?! — деревянная поварешка ткнулась ему в физиономию, заляпав горячей овсянкой.

— Слушайте, я не…

— Это ты слушай и очень внимательно! Больше никаких железяк, книг и остального дерьма, что ты тащишь вместо монет. Только «розы» и «перья»! А если еще хоть раз удумаешь меня отыметь — сам Святейший отвернется от того, что я сделаю с твоей грешной задницей! Понятно?!

— Кристально.

— Чудно. — женщина отвернулась к печи. — Мариска, что за там монеты?

— «Розы», матушка — две, как и сказал… — девушка виновато посмотрела на Четвертого.

— Больше никаких просрочек, не то вылетишь. — она попробовала варево и довольно кивнула. — И на ужин можешь не рассчитывать.

Кивнув, он поднялся к себе в каморку. Злополучная лопата лежала прямо на циновке. В полумраке блестело клеймо: «Гильдии авантюристов округа Грисби».

Откинув инструмент к стене, Четвертый без сил опустился на солому думая лишь о том, как уснуть прежде, чем Мэри отыщет клиента.

Едва глаза стали закрываться, как в дверь постучали. Не дожидаясь отклика, в каморку просочилась девушка.

Надоела.

— Не спишь? — она поставила на ящик хлебную коврижку наполненную овсянкой. — Ты внимания не обращай, это она от слепоты бесится.

— Ладно… — мужчина сел и без аппетита взялся за хлеб.

— Раньше она совсем другая была. Книжки мне читала. Вернее одну, но самую лучшую! Там тоже про героя с громовым посохом было. А твоя мама тебе читала?

Овсянка встала поперек горла.

— Не знаю.

— Это как? Папа читал?

— Не знаю…

— Так ты сирота, что ли?

— Не знаю!

— Ага-ага, заливай! Не бывает так, чтоб…

— Достала! Папы, мамы, книжки — Не знаю я нихрена! Ясно тебе или на лбу написать?!

— Да я просто…

— Задолбала вусмерть! То сказку расскажи, то рассмеши! Завтра еще и спляши! Я, мать твою, последние деньги отдаю за жилье, а не компанию какой-то писюхи, что будет меня допрашивать и лезть не в свое шлюшье дело!

Дверь захлопнулась быстрее чем он успел ощутить тепло овсянки на лице. Прямо в рожу швырнула, скотина. Чуть успокоившись, он вытер щеки ладонью и удивленно принюхался. Надо же, меда добавила…

За стеной раздался хорошо знакомый инструктаж:

— Устами любить, — розочка, женою быть, — две, а коли в седалище ужалить захочешь, так готовь все пять!

Ушат говна в душу, — бесплатно.

Вздохнув, он задул огарок и свернулся на циновке под линялой простыней. Во сне к нему снова явились дряхлые фигуры и ослепительное солнце под каменным сводом. Первый, второй и третий неодобрительно качали головами.

Извержение супервулкана в Америке. Крупный астероид-убийца, подбирающийся к Земле и намеревающийся безжалостно смести с ее поверхности все человечество, как в свое время дальний его родственник поставил крест на динозаврах. Мировая война и террористические атаки. Крах финансовой системы и исчерпание нефти. Страшный вирус, не знающий милосердия.

Да, несть числа бедам, которые призывают на голову человечества безумные кликуши, предприимчивые деятели культуры и истеричные представители средств массовой информации.

Реки крови на фоне апокалипсических картин. Красивый фейерверк, после которого малым никому не покажется. Все громко и ярко. Катастрофы на загляденье! Мечта современников! Давно ожидаемый, будоражащий кровь простого обывателя глобальный ужас!

Но только так не бывает. Это всего лишь лубочная картинка для масс, которые ничего не знают и совершенно не понимают суть вещей.

Ведь по-настоящему страшные Катастрофы происходят совсем иначе. Они приходят интеллигентно, тихо и незаметно.

Просто однажды мой Поиск дает сбой. И очень важный Предмет оказывается не в тех руках.

И в этот момент ад перестает быть мифологическим понятием. Он переходит в разряд безысходной привычной обыденности…

Глава 1

Я точно помнил, что умер. Мне вогнали бритвенно-острый тесак в живот. И это было то немногое, что сохранила моя память. Еще мне смутно вспоминалось, что перед этим был бой – полноценный, с взрывами и стрельбой.

Ну а всякие мелочи, типа, кто я, зачем и почему? Все это осталось лежать под пластом обрушившейся на мой разум горной породы, такой неподъемной базальтовой массы. И пробиться сквозь нее в моем плачевном состоянии пока не представлялось возможным. Мое сознание и так едва состыковывалось с нынешней реальностью. А мысли закручивались совсем уж в причудливые узоры.

Постепенно в голове стали всплывать другие картинки. Величественные негостеприимные горы со снежными пиками и хроническим недостатком кислорода. Опасные тропы, на которых срываются вниз вьючные лошади. Ночевки под усыпанным яркими звездами небом, укутанным одеялом Млечного пути. Развалины культовых строений и серые древние камни. Гладкая, как зеркало, скала. Что это? Наверное, это мой роковой путь.

Где это было? Зачем? И кто, черт возьми, я сам?!

Глаза мои были закрыты. Шевелиться я не мог. Руки-ноги как чужие. Разлепить веки и визуально сойтись с этим миром я тоже был не в силах.

Вместе с тем постепенно я осознал, что лежу в кровати под плотным одеялом. Справа едва слышно раздавались щелчки и механическое гудение.

Итак, я жив. И, наверняка, болен. Вот только самой боли почти не было. Лишь слегка покалывало в груди, да еще нервировало неприятное зудящее беспокойство в предплечье.

Но в целом состояние у меня было воздушное. Мягкая кровать, будто сотканная из потоков воздуха. Прозрачная легкость эфира вокруг, в течениях которого зависло мое тело. И время струится мимо.

Сколько прошло с того момента, как я вынырнул из вязкой тьмы? Минута? Час? Сутки?..

Я судорожно вздохнул. Толчок воли поднялся из солнечного сплетения. Пальцы на правой руке сжались в кулак. Казалось, мои колоссальные усилия могут сдвинуть горы. Но горы мне без надобности. Мне нужно всего лишь поднять веки.