Чтение онлайн

– И все равно, я не понима… – забрав бумажку, я вчиталась в текст и оторопела. – Серьезно? «Любовное влечение»? Для кого?

– Для Шереметьева, конечно! Что так смотришь? Я лучше знаю друга и, если сделал правильные выводы о Кочетковой, она не подведет. Вжарит коварному соблазнителю, как следует. А тут и Варфоломей подоспеет, доказательства будут на лицо.

– Не находишь, что это жестоко по отношению к Ирине? Можно ее предупредить, хотя бы? – возмутилась, представив себя на месте девушки. Я не только вжарю, на лоскутки порежу!

– Сама ситуация неприятная, – Иван поморщился, – но лучше, если реакция Кочетковой будет искренней. Преподаватели обязательно начнут задавать вопросы, если пострадает студент. Но девушка предъявит им записку, а словам Шереметьева, что он этого не писал, никто не поверит. И разбираться особо не станут!

– Хм, вроде все логично звучит, но все равно как-то не по-человечески поступаем. А вдруг ошибаемся насчет парня? Его же за нарушение дисциплины могут исключить из академии, – засомневалась в правильности поступков.

– Нисколько! Не переживай, – с усмешкой заверил Иван. – Я тут навел справки об этом студенте. Ромка этого не замечает, но с другими однокурсниками Евгений ведет себя высокомерно, особенно с простолюдинами. Мелочный и вспыльчивый, ревнив к чужим успехам, амбициозный. Однако же с Варфоломеем скрывает эмоции, изображает друга и всячески втирается в доверие.

– Странно! Я ведь общалась с ним однажды, мне он показался любознательным молодым человеком. Неужели притворялся?

– А вот и проверим! – Иван хитро прищурился. – Если добавим краткосрочное зелье правды, Шереметьев сам расскажет об истинных намерениях. У Ирины ведь записывающие кристаллы при себе?

– Да, Варфоломей сразу обеспечил девушку амулетами. А каким образом ты собираешься подлить зелье? Нельзя, чтобы нас поймали!

В целом, Иван меня убедил. Если хоть на половину наши предположения верны, то щадить графа я не собиралась. Ирину жалко, но она согласилась на роль приманки, и это как раз тот случай, когда противник на нее клюнет.

– Так, за ужином и подольем. Рассчитываю на твою помощь как мага воздуха и приглашаю на ужин в столовую для преподавателей.

– Полагаешь, никто не заметит магических манипуляций? – скептически вскинула бровь. – А как же друзья? Артемий? Я же не могу их проигнорировать? Это неуважение с моей стороны.

– Хм, я бы не особенно им доверял в свете открывшихся обстоятельств, – задумчиво протянул молодой человек, но, натолкнувшись на мой насупленный взгляд, тут же добавил. – Не возражаю против большой компании.

Зелье мы сварили за пару часов, выдерживая рецептуру. Готовый эликсир я разлила по фиалам. Специальную добавку, развязывающую язык, подумав, решила подсыпать отдельно. На пробу смешали в одном флакончике два средства, и вышло на вид нечто очень ядреное и пахучее. Такое не подсунешь незаметно! Вернувшись к себе, предупредила Ольгу, что идем ужинать в другую столовую, и что Ирине об этом знать не стоит.

– Не доверяешь? – догадалась подруга.

– Можно и так сказать. Мы же обсуждали вариант, при котором используем девушку, как приманку? – намекнула на недавний разговор. – Вот и посмотрим, сработает ли?

Орлову такое объяснение удовлетворило, а Артемию было достаточно сказать, что собираемся поужинать, он задавать лишних вопросов не стал. В целом, эта часть вечера прошла неплохо. Покушали вкусно, обсудили учебу и предстоящие экзамены. Шереметьеву я подлила «любовное влечение» в суп с острыми приправами прямо на раздаче, когда он отвернулся. А «зельем правды» сдобрила компот, который тот выпил как раз перед уходом из столовой. Я подала Ивану знак, что свою часть плана привела в исполнение. Осталось дождаться результата и посмотреть, что из этого получится.

После ужина я предупредила, что переночую дома, и уехала из академии через центральный вход. Ясно же, что это не послужит доказательством в случае, если заподозрят мое участие, ведь умение перемещаться тропами уже ни для кого не секрет. Однако я нарочно держалась на виду и по дороге посетила цветочный магазинчик, прикупив букетик красных гвоздик. Впереди предстоял разговор с Алимом и, возможно, еще один визит в Гороховец. Цветы я припрятала в потайное хранилище, где они сохранятся в первозданном виде до той поры, пока не понадобятся.

– По твоему хитрому взгляду вижу, что-то задумала, – моментально догадался Алим.

Что тут поделаешь? Он знал обо мне все. Охотно пересказала события этого дня, оттягивая момент, ради которого приехала на самом деле. Обсудив возможные последствия встречи Ирины и графа Шереметьева, я притихла.

– Есть новости по Садовому переулку? Ты ведь не оставишь убийство Лиды без ответа? – начала непростой разговор.

– Не думаю, что даже с привлечением Тайной канцелярии или видоков из жандармерии мы разыщем убийцу. На то и расчет был, чтобы раздуть из трагедии скандал. Мы вовремя убрались из квартиры! Туда через час после нашего ухода вломились жандармы и перевернули все вверх дном.

– Вот как? И какую причину для этого придумали? – ничуть не удивилась такому развитию событий.

– Соседи якобы слышали крики о помощи, – Алим натянуто улыбнулся и поджал губы. – Хоть бы одна мразь пошевелилась, когда Лиду убивали.

– Ты же знаешь, если в деле участвовал маг и поставил полог тишины, кричать бесполезно, – я подошла к брату, сидящему на привычном рабочем месте, присела на край стола.

– Да. Знаю, – ашкеназец уставился в окно, покрытое снаружи морозным инеем. – Спрашивай уже, чего медлишь?

– Отношения с Лидой неслучайны? В том смысле, обратил бы ты на нее внимание, если бы не внешнее сходство?

– Нет! Не обратил бы, – Алим закусил нижнюю губу и посмотрел тревожным взглядом, в котором так и читалось: это все или еще будут вопросы?

– Я-я-а… – замялась, подбирая нужные слова. – Я люблю тебя, как брата, и не давала повода думать, что между нами возможны иные отношения. Прежде ты вел себя безупречно. Я ни разу не усомнилась в искренности братских чувств. Но, если вы с Лидой встречались, значит ли это?..

– Что люблю тебя иначе? – закончил фразу и горько усмехнулся. – Действительно хочешь знать?

– Алим, мне же не пятнадцать!

– Нина, – мужчина взял мою ладонь и поднес к губам, – именно потому, что знаю, какая ты на самом деле, меня и влечет к тебе с безумной силой. Пока ты была маленькой, я просто любил само твое существование и довольствовался верной службой. Сейчас все иначе. Ты превращаешься в привлекательную девушку. Я бы жизнь отдал, если бы это помогло тебя завоевать. Проблема в том, что моя жизнь и так принадлежит тебе, а я не вижу в твоем сердце той же всепоглощающей страсти, которую испытываю сам. Я мог бы побороться за любовь, мог бы даже ее внушить, но слишком сильно тебя люблю, чтобы так поступить.