Чтение онлайн

— При чем тут ты?! — в один голос воскликнули мы с Ксен.

— При том, что лучше всех в экипаже владею бластером! — вздернув острый подбородок, заявила девочка.

— М-ня, вот тут бы поспорила! — покачала хвостом Уняйя. — Если уж кому из нас и идти на эту вашу Улицу, то мне, м-ня!

— Ты — да, быстрее… — не стала спорить юнга. — Но тебе в город нельзя!

— Тут Дик права, — заметил я фелиде. — По тверди тебе здесь и ста шагов не пройти…

Став на улице свидетелями того поединка, переполненные впечатлениями, мы сочли за благо где-нибудь ненадолго присесть и спокойно обсудить ситуацию. И как по заказу заметили целых два салуна — аккурат один напротив другого. Сперва сунулись в тот, что стоял на нашей стороне улицы. Он назывался «Хвост фелиды» — и, как скоро выяснилось, не просто так, для звучности. Первым же делом горбоносый бармен с гордостью продемонстрировал нам этот самый хвост, висевший у него над стойкой — судя по облезлому виду, самый что ни на есть натуральный, бутафорский наверняка выглядел бы попрезентабельнее — и, кажется, очень удивился, когда мы вдруг развернулись и ушли.

На втором заведении как раз ремонтировали вывеску, и о том, что имя ему — «Уши фелиды», мы узнали только внутри и то не сразу. Пушистыми трофеями нам здесь, правда, хвастаться не стали, но зато охотно поделились историей обоих названий. Как-то, мол, раз — витков двадцать или двадцать пять назад — из ворот порта вышла в город смелая, но глупая кошкодевочка. Дело было темной ночью, поэтому ей удалось зайти достаточно далеко, но в конце концов на нее наткнулась вывалившаяся из салуна компания. До зубов вооруженная, разумеется — иных тут просто не бывает.

— Пиф-паф, хвост на одну сторону улицы, уши — на другую, а больше от твари и не осталось ничего! — с чувством поведал нам бармен.

— За что же здесь так не любят фелид? — аккуратно поинтересовалась у него Ксен.

— А за что их любить?! — подозрительно покосился на нее рассказчик. — За то, что сотни лет держали нас за скот?!

За этим последовала новая удивительная история. Будто бы давным-давно, чуть ли не в Эпоху Восстания Машин, злобные кошкодевочки коварно захватили Ламатор и поработили местных жителей. Среди бесчинств, чинимых хвостатыми пришелицами, рассказчик особо упирал на оргии, якобы устраиваемые ими с участием самых красивых человеческих юношей, неизменно заканчивавшиеся для последних мучительной гибелью.

— Потому что у этих тварей там — ядовитые зубы! — выразительно вращая глазами, заявил бармен — все же сподобившись понизить голос, дабы эти живописные подробности не достигли ушей нашей юной Дик. Уверен, впрочем, что девочка все прекрасно расслышала — и вряд ли при этом узнала что-то новое об анатомии фелид, с одной из которых жила в соседних каютах.

Ну а концом господству захватчиц над Ламатором, по изложенной нам версии, послужило то, что кошкодевочки, типа, взялись решать, кому из человеческих юношей — видимо, из числа тех, кто не приглянулся им самим — брать в жены кого из человеческих же девушек. Тут все пошло по классике: двое любили друг друга, но бессердечные угнетатели захотели их разлучить. Молодые заупрямились, слово за слово, хвостом по ушам… Отважные влюбленные пробрались в какую-то Пирамиду и уничтожили ее, после чего постылая власть фелид над планетой автоматически пала. Ну а пара отстоявших свое счастье героев стала родоначальниками и поныне уважаемой семьи Кусса иль Ламатор — тогда, правда, это громкое имя никому из нас еще ничего не говорило.

Ну а кошкодевочкам с тех самых пор на планете, мягко говоря, не рады…

— В любом случае, выйти на Улицу от имени корабля вправе только его капитан или суперкарго, — заметила Ксен. — Так что ни Уняйя, ни Дик не подходят. — Стреляться стану я!

— Нет, — покачал головой я. — Не ты. Я, — будь что будет, но отсиживаться за спинами своих соратниц я больше не собирался.

— Капитан, не надо! — вскинулась девушка. — Я знаю, что вы тренировались с Уняйей, но уверена, как стрелок я все еще быстрее вас!

— Но всяко не быстрее Крагга! — парировал я.

— Не спорю. Но есть еще обстоятельство. Три луны назад Крагг сошелся в поединке с девушкой-гохаркой. И не стал ее убивать! Только отстрелил руку, которой та пыталась выхватить бластер. Сказал, что, мол, женщин надо щадить!

Надо же, добрейшей души человек, оказывается!

— Тебе надоела одна из твоих рук? — прищурился я на Ксен.

— Уберемся отсюда живыми — когда-нибудь заработаю на клонированную!

— М-ня, если ты проиграешь, мы же все равно не получим заказ? — уточнила фелида.

— Заказ — нет, но топливо нам продадут! Сможем улететь!

— Так ты долго будешь себе на новую руку зарабатывать — разбрасываясь заказами направо и налево! — хмыкнул я. — Нет уж, играть — так на выигрыш! На Улицу выйду я — и мы получим в трюм груз, а на счет — деньги!

— М-ня, это каким же образом? — поинтересовалась кошкодевочка.

— Пока не знаю, — пожал я плечами. — Но что-нибудь придумаю!

На самом деле, кое-какие смелые мысли на этот счет в голове у меня уже копошились, но прежде, чем ими делиться, многое еще требовалось продумать.

«Полагаете, и впрямь прокатит?» — с сомнением выговорила Аран — от нее-то мне подобный секрет было не сберечь.

«А вам как кажется?»

«Завещание в бортовой журнал всяко надиктуйте!» — посоветовала шестисолнечница вместо ответа.

А может, это и был ее честный ответ.

«Капита-ан!.. Проснитесь, капитан!.. Да проснитесь же, орден вас дери!»

— А? Что?

Открыв глаза, я обнаружил себя лежащим на диванчике в каюте. Одетым, в ботинках и даже с кобурой у бедра — правда, почему-то пустой.

«Ну, наконец-то! Еле до вас докричалась!»

«Что стряслось?» — недоуменно осведомился я у голоса в своей голове.

«А сами вы не помните?»

«Не-а…» — но как раз в этот момент перед моим мысленным взором, как живая, предстала картина: я на этом самом диванчике, правда, не лежу, а сижу, глубокомысленно изучая сброшенные мне на СИК правила ламаторских поединков. Открывается дверь — и внутрь без приглашения входит Ксен. Я нехотя сворачиваю документ и вопросительно смотрю на девушку, а та решительным шагом пересекает каюту, садится рядом со мной и вдруг, ни слова не говоря, жадно впивается горячими губами в мои. Я малость офигеваю — вообще-то, ясное дело, я совсем не против подобного рода времяпрепровождения, но именно сейчас мне надо бы заняться доработкой плана, а не тратить время на удовольствия! Или это Ксен вздумала так со мной попрощаться — считая, что я иду на верную смерть? Надо было, наверное, намекнуть ей — и всем остальным — что «у меня есть мысль и я ее думаю»… Кстати, раз уж тут намечается внеурочная веселуха, то где Брин? В прошлый раз у нас, кажется, неплохо вышло вместе…

Краем глаза я замечаю, что дверь снова приоткрывается. О, вот, должно быть, и «вторая»! Но нет: вместо Брин в каюту у самого пола проскальзывает что-то низенькое и темное. Ладони Ксен вынуждают меня отвернуться, но, уже отведя взгляд, я понимаю, что только что видел высвобожденный пушистый Дар Уняйи. И почти тут же чувствую точечный укус в кисть руки, которой обнимаю девушку!

— Простите, капитан, так было нужно… — шепчет блондинка, разорвав наш поцелуй — и на этом все.

Это что ж получается: Ксен меня бессовестно отвлекла, а фелида — вырубила? Что еще, в Бездну, за бунт на корабле?

«Какого ордена они это устроили?!» — взревел я мысленно.

«Очевидно, чтобы не дать вам выйти на Улицу, капитан».

Подорвавшись, я вскочил с диванчика:

«Сколько я пробыл в отключке?!»

«Понятия не имею — сама только-только пришла в себя!»

Я царапнул СИК, выводя цифры времени — с момента появления в каюте Ксен минул почти полный стандартный час.

Шаккр!

Часа более чем достаточно, чтобы договориться о поединке — без моего в нем участия! А то и отстреляться!