Чтение онлайн

Я совершенно замёрзла, пока мы дошли до моего дома. Перед калиткой Алекс положил свои руки на мои щёки, отогревая их. Его руки были потрясающе тёплыми, даже горячими, словно никакой холод на них не действовал.

А его глаза согревали меня своим светом, хоть и было темно, они светились в темноте желтоватым огнём, словно отражая свет фонаря поодаль.

Решив, что от холода у меня начались галлюцинации, ведь у людей глаза не светятся, я отвела свой взгляд в сторону. Ужасно не хотелось расставаться! Просто невозможно было оторваться от него.

Похоже, я была по уши влюблена! И очень хотела продлить минуты рядом с ним.

— Зайдёшь? — спросила.

— Уже поздно, — ответил он.

— Совсем ещё не поздно! Видишь, свет горит, значит, родители ещё не спят. Я угощу тебя чаем. Мама испекла очень вкусный пирог, — словно маленькая девочка, стала убеждать, пока он не согласился.

Когда мы вошли, родители и Ваня сидели в зале. Алекс поздоровался.

— Что-то вы рано с дискотеки, — сказал мой отец.

— Там собрался весь посёлок, — сказала я. — Столько пьяных!

— А, понятно, моя дочь не выносит алкашей! — засмеялся отец.

— Вы вовремя, — сказала мама. — Мы как раз собирались пить чай с пирогом.

— Чай это хорошо, а то Анюта совсем замёрзла, её надо срочно отогревать, — улыбнулся Алекс.

Он говорил так, словно был моим старшим братом, и совсем не подозревал, что я испытываю к нему совершенно не сестринские чувства, словно между нами ни разу не пробегала искра, и не было того танца, во время которого я летала, расправив крылья.

Мы сели пить чай. Мама поставила на стол пирог, который испекла недавно. От горячего чая я отогрелась и перестала дрожать.

— Ну, мне пора. Спасибо за чай и пирог. Всё было очень вкусно, — поблагодарил Алекс, когда чаепитие было закончено. — Не буду злоупотреблять вашим гостеприимством.

— Мам, пап, пусть Алекс у нас останется, — предложила я, глядя то на отца, то на мать. — Как он пойдёт через лес в такой темноте? Да ещё и снег повалил.

— Да, Саня, оставайся, — немного поразмыслив, сказал мой отец.

— Мы тебя положим на Ванину кровать, а Ваня пока поспит вместе с Анютой. Оставайся, — поддержала мама.

— Не стоит беспокоиться. Я как-нибудь доберусь, — сказал парень, но с моим отцом спорить было бесполезно. Если он что-то решил, то уже не мог выбросить это из своей головы.

Пришлось Алексу оставаться у нас. Своему отцу он позвонил, чтобы предупредить, что не придёт ночевать. Мама постелила ему чистую постель в Ваниной комнате, и мы все засобирались ложиться.

Я пошла в свою комнату, которая была смежной с Ваниной, закрыла двери и переоделась во фланелевую пижаму, в которой всегда спала зимой, а потом позвала Ваню. Всё это время братец прыгал по кровати, которая была временно предоставлена Алексу.

Когда я вошла, Алекс ещё не раздевался, так как Ваня не давал ему такой возможности, да и Алекс был ему под стать — словно маленький, затрагивал Ванюшу, подзадоривая его. Тот был только рад, что ему предоставлялась полная свобода, и веселился от души.

— Ваня, пора спать, — сказала я строго, но мальчик не унимался.

— Ваня, слушай сестру, — улыбнулся Алекс, — Она у тебя такая строгая, задаст нам трёпки.

— Анечка! Ну, ещё немного, — закапризничал братишка.

— Всё, я выключаю свет, — сказала я. — Будешь баловаться в темноте. Спокойной ночи.

Вернувшись в свою комнату, я расплела косу, взяла расчёску и принялась причёсывать волосы. Ваня не заставил себя долго ждать — через некоторое время примчался в мою комнату и плюхнулся в постель.

Я потушила лампу и тоже легла, обняв его маленькое тельце. Не прошло ещё и десяти минут, как братишка мерно засопел, это означало, что он уснул. А я всё лежала и лежала в постели, не смыкая глаз.

Прошёл час, а сон всё не шёл. Я смотрела в окно на пролетающий мимо фонаря снег, наблюдала, как кружатся разные по размеру и форме снежинки, даже пыталась их сосчитать, но, наверное, крепкий чай, который я выпила перед сном, не давал мне уснуть.

Или это был не чай вовсе. Может быть, меня волновала близость Александра, находящегося в соседней комнате. Скорее всего, это соседство было столь волнующим, необычным для меня, что сон совершенно не шёл.

Тихонько, чтобы не потревожить Ванечку, я поднялась с постели и на цыпочках прокралась к двери.

Слегка приоткрыв её, прислушалась, но в ночной тишине расслышала только спокойное дыхание парня.

Мне вдруг страстно захотелось взглянуть на него, подойти поближе и увидеть его лицо во время сна.

Ещё немного приоткрыв дверь, только чтобы суметь протиснуться в небольшой проём, пробралась в соседнюю комнату, осторожно ступая, чтобы ненароком не оступиться и не разбудить парня.

Остановившись у кровати, пыталась разглядеть в темноте любимое лицо.

Он спал на спине, закинув руки за голову. Его чёрные волосы в беспорядке разметались по лбу, оттеняя белизну лица, которое даже в кромешной тьме будто светилось изнутри неярким светом.

Залюбовавшись им, не в силах оторвать своих глаз от правильных черт, я была просто околдована, и не могла пошевелиться.

Когда вдруг заметила, что парень открыл глаза, то не сразу осознала, что он не спит, а с интересом смотрит на меня.

Мне показалось, что я случайно разбудила его. Чтобы как-то оправдаться, тихим шёпотом пробормотала:

— Ой, прости… Я тебя разбудила? Мне захотелось пить, и… в общем… я шла на кухню…

— Не волнуйся, я не спал… — тихо проговорил он, не сводя с меня своих чудесных отсвечивающих жёлто-зелёным сиянием глаз.

— А… ну… тогда… может, тебе чего-нибудь принести? Ну… раз я всё равно иду на кухню… — Мысленно я обозвала себя последней дурой, потому что неведомо сколько стояла у кровати парня, не в силах оторвать от него своих глаз, и томно вздыхала.

— Да, если можно, стакан воды.

— Хорошо, — прошептала я и тихонько потопала на кухню.

Вернувшись обратно со стаканом, наполненным чистой водой, я подала его Алексу.

Он поднялся и сел, спустив ноги с постели, взял стакан из моих рук, легко коснувшись моих пальцев своими и, сделав несколько глотков, поставил стакан на столик, рядом с кроватью.

Всё это время он не спускал с меня своих светящихся во тьме глаз, отчего я не могла пошевелиться, словно застыв на одном месте.