Чтение онлайн

Вдруг я почуял запах дичи, замедлил бег и перешёл на медленный шаг, подкрадываясь к добыче. Через сотню метров я заметил самца косули, вполне взрослого, с острыми рожками, странно, но на косуль мне всякий раз везло. Подкравшись, насколько можно было, пока самец не услышал меня и рванул прочь, я стремительно нагнал его и прыгнул сверху, свалив его наземь. Навалившись всем телом, удерживал его, придавив одной лапой рога к земле, предоставляя вожаку право порвать горло животного своими острыми клыками. Ратмир обошёл вокруг, но даже не приблизился, а сел напротив. Мне надоело удерживать косулю, поднявшись, я освободил животное. Самец, не веря своему счастью, вскочил и, озираясь по сторонам, поскакал, шатаясь, словно пьяный.

Я подошёл к вожаку и посмотрел в его глаза, стараясь рассмотреть в них, долго ли он собирается ещё тянуть. Он вдруг вскочил и побежал в обратном направлении в сторону моего дома. Мне ничего не оставалось, как только следовать за ним. Найдя свою одежду, он и я приняли человеческий облик и молча, оделись. Потом он сказал удивлённо:

— Никогда ещё не видел, чтобы кто-то добровольно отказался от добычи. Просвети меня, почему же ты не стал убивать этого несчастного козла.

— На голодный желудок умирать легче, — не придумал я сказать ничего лучше. Ратмир расхохотался и направился к хутору, я не понимал, что его так рассмешило и почему он уходит.

— Постойте! — крикнул я. — Я не понимаю, чего вы тянете!

— Ты о чём? — обернулся он ко мне.

— Я о моей участи…

— Ты всерьёз подумал, что я смогу убить тебя? — проговорил вожак, вперив в меня свой тяжёлый взгляд.

Я кивнул, но он продолжал грозно:

— А ты подумал, что будет с твоим бедным отцом?

— Нет, — дрожащим голосом проговорил я.

— Вот в этом-то и вся проблема — ты думаешь только о себе. Зациклился на каких-то своих проблемах! — хлестал жёсткими обвинениями меня вожак. — Упёрся, не желаешь слышать, что тебе говорят. Я тебя переубеждать не стану, скажу только один раз — ты никакое не чудовище, ты волк. Тебе дано оружие против врагов — так сражайся! Что ты сопли распустил? Движения твои быстры, клыки остры — что только нужно для войны — всё есть.

— Значит, Вы не убьёте меня? — спросил я срывающимся голосом.

— Нет! — прорычал он, — Волка я никогда не убью! Я убиваю только вампиров, мальчик. На самом деле, всё не так, как думает твой отец. Никто не собирался тебя убивать, твой отец поспешил оставить стаю. Вот в чём предательство. Но он уже достаточно наказан. Мой тебе совет — возвращайтесь с отцом в стаю. Среди оборотней подобных себе ты пройдёшь путь воина и поймёшь, что жизнь дана на благие дела и поверишь, что она не так уж и плоха. А если повезёт — найдёшь истинную, и совсем перестанешь думать о всяких глупостях.

— Я уже нашёл пару.

— Нашёл? Тогда я ничего не понимаю. Ты весь состоишь из противоречий. Ты нашёл смысл жизни, но не принимаешь? Такого я никогда не встречал.

— Я не смог защитить её от вампиров…

— Она погибла?

— Нет, я решил отказаться от неё.

— Молодёжь! Чего вы только не придумаете! Отказаться. Как ты себе это представляешь?

— Уехать. Пусть забудет меня. Пусть живёт человеческую жизнь.

— А ты-то забудешь? — вопрос явно был риторическим.

Ратмир направился к дому. Я остался под сенью сплетённых ветвей, лёг наземь и вперил глаза в небо, рассматривая проплывающие в переплетении ветвей облака. Лучи солнца пробивались сквозь них, отчего облака казались сказочными островами, на которых были построены замки невиданной красоты, с водопадами и диковинными садами, с фонтанами и невиданными живыми существами: единорогами и драконами, грифонами и жар-птицами. Глаза мои стали мокрыми от слёз, и я не сдерживал горячие капли, стекающие по моим щекам, потому что здесь их никто не мог увидеть.

Я никогда не забуду.

Вдруг раздался треск, словно сквозь кустарник прорывался огромный монстр. Я уже знал, кто это. Через несколько секунд увидел отца, выглядящего словно безумец. Всклокоченные волосы, красные безумные глаза. Он бросился ко мне и очень крепко обнял.

И до меня, наконец, дошло то, что за своими проблемами я не замечал.

Отец любил меня.

Из-за меня он оставил своих родных, свою стаю, потерял всё, что было ему когда-то дорого, всё, что было его смыслом жизни.

Но я же никогда не ценил его, как он того заслуживал. Я осознал, что был эгоистом, думал только о себе, не внимал отцу, не следовал его наставлениям, делал всё наперекор. От стыда я готов был провалиться сквозь землю. Только и мог повторять срывающимся от слёз голосом:

— Прости, отец.… Прости…

Заканчивался учебный год. Приближались экзамены. Приходилось уделять внимание подготовке в не зависимости от того, хотела я этого или нет. Сидя за учебниками день и ночь, я всё же не могла отвлечься от мысли о том, что теряю нечто важное в своей жизни. Александр не покидал моих мыслей, ведь единственное, что мне оставалось — это грезить. Всё остальное было под запретом. Никто не должен был догадываться, что я всё ещё люблю его. Это было словно наваждение, от которого я не могла освободиться, даже если б очень этого хотела.

Моя душа давно принадлежала только ему, но он обошёлся с ней очень жестоко. Умом я ещё могла понимать, для чего это было нужно, но сердце рвалось из груди при каждом взгляде на это родное лицо, не понимало оно, трепетное, что больше не будет счастья, и что каждый взгляд на него принесёт только боль и разочарование. Но моё глупое сердечко надеялось ещё на что — то, всякий раз пытаясь выпрыгнуть из моей груди только при одном упоминании имени моего возлюбленного.

Я не хотела его терять, я не могла его потерять, но он был другого мнения об этом и решил всё за меня, не выслушав моего мнения. Как он заставил меня согласиться с этим? Не понимаю до сих пор. Как я могла согласиться? Надо было настоять на своём. Не поддаваться уговорам. Я и не предполагала, что разлучиться с ним будет так тяжело. Но это ещё не всё. Впереди меня ждало ещё более тяжкое испытание. Настанет день, когда он исчезнет навсегда…

Последняя четверть, тянувшаяся слишком долго, всё же закончилась, пора экзаменов тоже пролетела. Последним ярким воспоминанием о школе должен был стать выпускной.

На выпускной бал собрались все: родители, учителя и, конечно, выпускники. В торжественной обстановке нам вручили аттестаты, поздравили, сказали все те напутственные слова, которые принято говорить выпускникам. Все были счастливы, и слёзы радости появлялись на глазах родителей, наконец-то доучивших своих чад, и выпускниц, которым было жаль расставаться с родными стенами. Всё было так мило, оказалось, что для всех одиннадцать лет пролетели совсем незаметно, а мы из очаровательных малышей вдруг превратились во вполне себе взрослых юношей и девушек. Некоторым уже исполнилось восемнадцать, остальным исполнится вот-вот.

Внезапно я поймала себя на мысли, что сегодня последний день.

Больше я никогда не увижу Александра.

Мне и так было невыносимо тяжело, но теперь, на выпускном, я была готова разрыдаться от отчаяния.

Я должна поговорить с ним последний раз.

Летом мне исполнится восемнадцать, и я собиралась убедить его, что могу поехать с ним, считая, что родители не смогли бы меня удержать. Какой же дурой я тогда была! Думала только о себе. Эгоистка!

Но его нигде не было. Почему я не заметила, когда он ушёл?