Чтение онлайн

За окном разлилась щелкающая трель ночной птицы. Эрик улыбнулся, накинул на Брюн краешек одеяла.

— У них тоже любовь, — заметил он и улыбнулся: — Вот и все, госпожа Шульц. Теперь вы моя и никуда от меня не денетесь.

— Я и не собираюсь никуда деваться, — рассмеялась Брюн. — Но и вы, господин Эверхарт, должны…

Снаружи что-то хлопнуло — звук был подозрительно похож на выстрел. Отец частенько хаживал пострелять уток у речки, Брюн и сестры иногда ходили с ним, так что ошибиться было трудно. Эрик поднялся с кровати, выглянул в окно и спустя несколько мгновений растерянно произнес:

— Дьявольщина… Там Берт.

Брюн бросилась к нему. Неужели это кто-то стрелял в Альберта? И когда он успел вернуться?

Но, высунувшись из-за Эрика, Брюн увидела, что Альберт стоит на дороге, опустив руку с пистолетом, и весь его вид говорит о том, что он только что потерпел сокрушительное поражение. Самоходный экипаж, который выехал за ворота поместья, почти исчез во мраке. Мелькнули звездочки задних огней и растаяли в ночи.

— Берт! — окликнул Эрик. — Что случилось?

Альберт только рукой махнул.

— Это Тобби! — сказал он. — Угнал мой экипаж и был таков!

Он вздохнул и устало добавил:

— Угадай, куда он сейчас направляется…

Тут и угадывать не надо было. Тобби ехал в столицу — мстить королеве Аврении даже из-за края смерти. И не остановят его ни люди Альберта, ни инквизиция, никто. Брюн вспомнила опустошенное лицо принца Патриса, и ее пробрало могильным холодом.

— Господи Боже… — опешив, пробормотал Эрик и спросил уже громче: — Как он смог тебя обойти?

Альберт обернулся, и Брюн увидела на его лице обиду на грани ярости.

— Как смог? Братишка, он обчистил твою лабораторию! — проорал Альберт и гневно топнул ногой. — Спер лучшие артефакты! И Быстрохода тоже!

Это было, как пощечина. Брюн не знала, что такое Быстроход — ей хватило выражения лица Эрика, который отошел от окна и медленно принялся одеваться.

— Прости, — сказал он каким-то чужим, мертвым голосом. — Прости, мне надо вернуться в лабораторию.

— Я с тобой, — с готовностью сказала Брюн. Платье лежало на спинке кресла и чуть ли не само прыгнуло в руки. Эрик посмотрел на нее, и в его взгляде была печаль и признательность.

— Тебе лучше отдохнуть, — тепло промолвил он. Брюн отрицательно качнула головой.

— Я твоя, господин Эверхарт, — сказала она. — А ты мой. Мы теперь всегда вместе, разве ты еще не понял?

Улыбка, озарившая лицо Эрика, была теплой и светлой. Он взял Брюн за руки и легонько прикоснулся губами к ее губам.

— Вот и хорошо, — промолвил он. — Ты не представляешь, насколько я этому рад.

— Сапсан ушел. Да, ушел… — Альберт скривился, словно у него резко заболели все зубы, нервно щелкнул пальцами. Впрочем, это было единственным, что выдало его волнение: он держался вполне спокойно и уверенно. — При нем большой набор артефактов, включая боевые.

Зеленый огонек на корпусе магофонического аппарата почти погас, чтобы спустя мгновение вновь начать наливаться пронзительно ярким светом. Жидкость в колбах деловито булькала, то поднимаясь почти до края, то снова опускаясь. Связь была хорошей.

Эрик смотрел на Альберта так, будто до сих пор не мог поверить в то, что его брат является одним из сотрудников на верхушке секретной службы. Брюн прекрасно понимала это чувство странного удивления. Так, должно быть, родители смотрят на выросших детей, которые вдруг начинают жить своей жизнью.

— Разрешаете брать? — подчеркнуто уважительно спросил невидимый собеседник. Альберт задумчиво дотронулся до кончика носа и ответил:

— Ни в коем случае! Тобби в совершенстве владеет техникой боя асассинов, он перережет вас за секунду и не ахнет. Даже не суйтесь к нему. Не лезьте на рожон! Берите его в плотное кольцо, но так, чтоб он ничего не заподозрил. Как только окопается в столице, сразу же сообщайте мне.

— Слушаюсь, ваше превосходительство! Разрешите выполнять? — откликнулся собеседник, и Эрик удивленно поднял левую бровь. Родной брат, бабник, кутила и повеса — и «ваше превосходительство»?

Брюн подумала, что им еще многому придется удивиться. Она всеми силами старалась сохранять серьезный вид, и это было тяжело — ей с трудом удавалось изгнать из памяти картину двух обнаженных тел, сплетенных опаляющей страстью. Но, вопреки желаниям Брюн, она возвращалась снова и снова, и Брюн понимала, что сейчас и здесь у нее довольно глупый вид с этим лихорадочным румянцем и блеском в глазах.

— Выполняйте, — устало сказал Альберт и надавил на кнопку, разрывая связь. Магофонический аппарат издал легкий треск, и огонек погас. Некоторое время никто не произносил ни слова.

— Что теперь будет? — спросил Эрик, когда тишина стала давить на уши. Альберт встрепенулся, стряхивая с себя оцепенение, и ответил:

— Для начала его надо найти. Я пока ничего не говорил королеве… знаешь, почему?

Брюн догадывалась, но предпочла промолчать.

— Ты хочешь использовать их всех в качестве наживки, — ответил Эрик. — Чтоб настоящий злоумышленник, если он есть, выдал бы себя так или иначе. А Дереку ты ничего не позволишь сделать в любом случае.

Альберт кивнул. Наклонил голову к плечу, показывая шею — сейчас ее украшал едва заметный розовый шрам, длинная-длинная царапина. Лицо Эрика приобрело тяжелое мертвое выражение. Он поднялся со стула, подошел к брату и встревоженно всмотрелся в шрам.

— Ты пытался задержать его, да? — поинтересовался он. Альберт горько рассмеялся. Посмотрел на Брюн и вдруг подмигнул ей так, словно отлично знал, что именно произошло в ее спальне. Словно он наблюдал за ней и Эриком.

— Конечно! — воскликнул он. — Почему Тобби меня не убил, вот вопрос. И почему он так резко сорвался с места? — Альберт сделал паузу и твердо произнес: — Здесь что-то произошло, братишка. Что именно?

Эрик пожал плечами. Еще раз дотронулся до шрама на шее брата и вернулся на свое место.

— Похоже, я навел Тобби на мрачные мысли, — признался он. — Видишь ли, у него есть близкий приятель, господин Маркус Хелленберт. Тот самый, который привез в Геренхаус гроб.

— Я его помню, — нетерпеливо промолвил Альберт. — Заместитель Тобби. И что?

— Я решил, что у него был мотив для покушения, — сказал Эрик. Альберт удивленно посмотрел на брата, и Эрик поспешил объяснить: — Видишь ли, я предположил, что убить хотели не Аурику. Убить хотели именно Дерека. Ну кто мог знать, что министр вдруг возьмет и уступит свой самоходный экипаж жене? А от гибели Тобби больше всех выигрывал именно Хелленберт. Королева Аврения об этом до поры до времени и не помышляла. Ее все устраивало.