Чтение онлайн

— До чего красиво, — восхищенно прошептала Варя, и Птенчиков согласно покивал головой. Лишь Егору было некогда любоваться пейзажем.

— Антипов модифицировал свою машину в огромный валун и оставил на берегу… — Он поспешно вычислял координаты. — … На берегу Мраморного моря. А та земля на горизонте — уже Азия, по крайней мере такое географическое деление евразийского материка принято в наше время.

— Ты думаешь, у них, — Варя мотнула головой в сторону городских стен, — было иное мнение по этому поводу?

— Понятия не имею, — честно признался Егор. — Если тебе любопытно, спроси у Сапожкова. А сейчас нам нужно переместиться поближе к объекту.

— Интересно, а кто это копошился в кустах у скалы? — пробормотала Варя, ни к кому не обращаясь. — Наверное, местный рыбак собирается выйти в море…

— А может, бродячая собака устраивалась на ночлег, — выдвинул встречную версию Иван.

— Оба раза мимо, — небрежно бросил Егор.

— Можно подумать, ты успел разглядеть того, кто там был, — возмутилась Варя.

— Это были мы.

— Кто? — в один голос изумились друзья.

— Мы маскировали свою машину времени в зарослях. А когда я нас увидел, то решил, что и впрямь было бы лучше переместиться в расположение машины Антипова не в режиме реального времени, а минут на двадцать пораньше, чтобы успеть закончить наши манипуляции до рассвета. Не привлекая внимания «местных рыбаков» и прочих жителей славного города Истанбула.

Стайка воробьев-биороботов послушно спряталась в коробке, монитор погас, и мужчины направились к машине времени. Только Варя, похоже, никуда не собиралась перемещаться.

— Дорогая, поторопись! — окликнул ее Егор.

— Мне кажется, ты кое-что забыл, — строго произнесла Сыроежкина, не двигаясь с места.

Егор метнулся обратно на поляну, упал на колени и принялся шарить руками в пожухлой траве. Девушка вздохнула:

— Встань, дорогой, ты меня неправильно понял. Искать следует не в траве, а в собственном сердце.

— О-о, — протянул Егор, поднимая глаза на свою излишне интеллектуальную супругу.

— Ты ведь был против моей идеи приближения внешнего вида сканеров-разведчиков к биологически реальному? — невозмутимо продолжала Варвара. — Говорил, что твои бездушные железяки более надежны, чем предложенные мной биороботы?

— Ну?

— Как видишь, они прекрасно справились с задачей, не привлекая к себе лишнего внимания. Что, если бы на берегу и впрямь оказался какой-то человек и увидел бы твоего цельнометаллического воробья, бодро машущего титановыми крылышками?

— На Буяне металлический комар никого не шокировал, — набычился Егор.

— Он был крошечный, не разглядеть, — не сдавалась Варя.

— Ребята, мы летим или как? — напомнил о своем присутствии Иван.

— Да-да, — заверил Егор учителя и сдавленно прошипел: — Варвара, чего ты добиваешься?

— Хочу, чтобы ты извинился и признал мою правоту, — вздернула подбородок Сыроежкина и небрежно добавила: — При Иване Ивановиче.

— Это все?

— Ну… — Девушка кокетливо потупилась. — Еще ты можешь меня поцеловать.

— Тоже при Иване Ивановиче? — уточнил Егор. — Ладно, не заводись. — Он звонко чмокнул надувающуюся для достойного ответа жену и поспешил к машине времени, выкрикивая на ходу: — Иван Иванович, извините за задержку — Варвару внезапно одолели профессиональные амбиции вперемешку с эротическими фантазиями.

— И это мой муж? — поинтересовалась Варя у растущего неподалеку чахлого кустика. Тот лишь устало тряхнул тоненькими ветками, смахивая с них пожухшую листву.

Девушка покачала головой, собираясь шагнуть в отсек перемещения. Но тут странный звук привлек ее внимание — высокий мужской голос вырвался из туманной тишины и поплыл над берегом, заманивая, точно браконьер в свои сети, трепещущие души всех оказавшихся поблизости. Девушка замерла, не в силах сдвинуться с места, однако высунувшийся из машины времени Егор вернул ее с небес на землю:

— Если хочешь совершить намаз, повернись лицом к Мекке и падай ниц.

— Что? — растерялась Варя.

— Это поет муэдзин, призывая мусульман к молитве, — пояснил Птенчиков.

— Вы ничего не понимаете, — благоговейно прошептала девушка. — Это он приветствует нас на своей земле!

— Не завышай самооценку, — фыркнул Егор и втащил Варю в отсек перемещений. — Кстати, ты в курсе, что муэдзины напоминают правоверным о необходимости совершить намаз по пять раз в сутки?

Кабина привычно завибрировала. Последним, что Варя успела разглядеть, был тусклый луч рассветного солнца, растворяющийся в клубах пространственно-временного вихря. Спустя несколько мгновений машина отважных детективов материализовалась на берегу Мраморного моря. Солнце послушно опустилось за холм, отсрочив свой выход на двадцать минут.

— Наверное, я никогда не смогу привыкнуть к парадоксам путешествий во времени, — смущенно улыбнулась Сыроежкина. — Как осознать, что в эту минуту, в этот отрезок на бесконечной шкале истории я существую одновременно и у стены Феодосия, и здесь, на берегу? Звенящий голос муэдзина — для меня уже прошлое, но в объективном сейчас — все еще будущее…

певуче продекламировал Егор.

Варя вздрогнула и испуганно уставилась на мужа:

— Егор, неужели опять началось? Признавайся, ты провел курс стабилизирующих уколов?

— О чем это вы? — заинтересовался Птенчиков.

— Варвару утомили мои творческие порывы, и она решила излечить меня от осложнений после давней прививки, — вздохнул Гвидонов.

— Мозги бы ампутировала этим экспериментаторам, задумавшим привить детишкам любовь к литературе!

— Э… — закашлялся учитель, — ты не права, Варенька, сама по себе идея-то хорошая. Просто не стоило делать это медикаментозным путем. Кстати, строки, прочитанные сейчас Егором, — это уже не рифмоплетство, а настоящая поэзия. Тут нужно не лечить, а стенографировать!

Он с восторгом уставился на своего ученика.

— Я здесь ни при чем, это рубаи Омара Хайяма, — с сожалением признался Егор.

— Хайям? — ахнул учитель литературы. — Как же я не догадался!

— Хайям писал о путешествиях во времени? — недоверчиво уточнила Сыроежкина.

— Нет, он писал об отношении к жизни. Как я мог не узнать его рубаи!

— Не переживайте, Иван Иванович, — вскочила с места воспрянувшая духом Варвара. — Сейчас нужно думать не о поэзии, а о расследовании.