Чтение онлайн

– Роман Васильевич, ну почему ты всегда прав оказываешься? – с показным гневом спросил глава Синклита. – Что ж нам делать?

Вопрос походил на подсказку. Похоже, Гавриил только и ждал последовавшего затем совета:

– Пойдем, поглядим, что на соседних участках творится, – сказал Роман.

Они вернулись на дорогу и направились к ближайшему участку.

Почерневшая от времени хибара был одним из немногих старых домов, что уцелели на Ведьминской. Щербатый забор едва держался на гнилых столбах. Калитка, правда, была заперта на хилый замочек, но его даже не пришлось распылять – сам лязгнул и открылся.

Хозяйский пес, почуяв чужих, залился лаем, но почти сразу же захлебнулся и смолк, повинуясь Гавриилову запрету. В окне мигнул свет – вспыхнул и погас, натужно скрипнула на старой раме форточка, отворяясь.

– Эй, вон отсюда! – раздался старческий голос. – А то как пальну из ружа.

– Э, дед, погоди! – окликнул его Гавриил. – Дед Емельян, кажись?

– Он самый! – подтвердил дребезжащий голос из-за форточки. – А ты-то кто?

– Гавриил Черный. Я тут дворы обхожу, проверяю, нет ли где порчи, – заявил глава Синклита. – У тебя в доме никто не захворал?

– Вот еще! Кому хворать-то! Мне да бабке! Мы уж лет десять хвораем, но все скрипим, на кладбище не торопимся. Деток давно схоронили, внуков не заимели. Так что нам порча твоя не страшна. У нас святая вода да образа в красном углу.

– Тогда не боись, дед, ложись спать, – посоветовал Емельяну Гавриил.

Дом с другой стороны от запретного участка был окружен кирпичным забором со стальными пиками по верху. Стальные ворота поражали высотой. Даже без магического кристалла Гавриила Роман почувствовал: здесь что-то не так. Кольцо-оберег сдавило палец, дернулось водное ожерелье на шее, как только водный колдун толкнул ворота.

– Ого! – только и выдохнул Роман и отступил.

Гавриил на всякий случай тронул магическим кристаллом стальную створку. Мягкий синий свет тут же сменился на пронзительный, красный…

– Здесь все запретными заклинаниями закрыто, – шепнул он.

– Точно, – подтвердил Большерук. – Тут заклинаний, как заплаток на старых трениках – повсюду натыкано. Но заплатки жиденькие. Колдованы работали.

– Проверим? – спросил Гавриил и спрятал кристалл в тубус.

– Чей дворец-то? – поинтересовался Огневик.

– Заместителя мэра, господина Жилкова, – поведал глава Синклита.

– Стоит ли лезть напролом? – Данила Иванович засомневался.

– Власть нашу магию не использует! Или забыл устав Синклита? – прошипел Гавриил. – А тут неведомо что наверчено! Надо проверить.

Ярость его была неподдельна. Даже кожистые крылья хлопнули за спиной. Большерук отступил на всякий случай.

У Синклита с властями было что-то вроде соглашения о нейтралитете. Власть в дела колдунов не вмешивалась, но Синклит мэру в колеса палки не ставил и в политику не лез. Это и понятно: если кто-нибудь из колдунов захочет одного из жаждущих власти поддержать, население охмурять и всякие козни строить конкурентам, его противники других чародеев, равных по силе, под свои знамена созовут, и начнется вместо политических игр колдовская война. Политики для себя из этой драки выгоду извлечь сумеют, но колдуны только лбы друг дружке порасшибают, и все дела.

– Колдованов кто угодно может нанять в качестве охранников, – напомнил Большерук.

– Они нового мэра и всю его кодлу обсели, как навозные мухи, – огрызнулся Гавриил. – Гукин уже просил самых любимых в Синклит принять.

– Он вроде бы друг твой, этот Гукин, – Агрикола не упускал случая уязвить даже Гавриила.

– Как же! С каких это пор! – огрызнулся Гавриил.

– Конец Синклиту! – вздохнул Большерук. – Мы и так всяких придурков к себе напринимали. Сашку Веретено да Петрушу Смерча – это не колдуны, а ничтожества полные.

И Петро, и Сашка были воздушными колдунами, зачисленными в Синклит «для равновесия», практиковать пока еще не могли из-за проблем с кейсом, но Большерук обоих терпеть не мог.

– Проверим этот дом, – решил Роман. – Скажем, ищем порчу. Нам отворят. Быть может.

Он приложил ладонь к замку, развеял сталь ржавой пылью и вступил в сад. Гавриил последовал за ним. Большерук остался за воротами – караулить. Огневик пообещал участок обойти и подобраться с тыла.

Солидный трехэтажный особняк походил на крепость: стальные решетки на окнах всех этажей, стальные двери. Аура – нежилая, будто мертвый покров на дом накинули.

– Точно: колдованов внутри полно, – усмехнулся Роман.

Ничего больше он сказать не успел, почти одновременно вспыхнули лучи прожекторов, и грохнул выстрел. Оба колдуна растянулись на земле. С громким хлопком раскрылись черные крылья Гавриила. И вовремя – иначе бы пуля угодила Роману в плечо.

– Не зацепило? – шепнул Гавриил.

– Вроде как живой…

Вспыхнул прожектор.

– Суки, бля! – взревел из-за стены света голос.

– Мы тут с медицинским обходом! – крикнул Гавриил. – По предписанию Минздрава. У нас удостоверение…

– А ну вали! – заревел в ответ все тот же голос.

– У вас больных нет? – поинтересовался господин Вернон.

– Убью! – услышали «медики» в ответ.

– Судя по всему, все здоровы, – шепотом сказал Роман.

И оба колдуна принялись отступать к калитке.

Незваные гости выползли по-пластунски и кинулись бежать. Однако так легко колдуны сдаваться не собирались. И засевшие в доме колдованы – тоже. Из калитки следом за беглецами выскочил человек, принял стойку, как в тире. Вновь хлопнули крылья Гавриила, прикрывая обоих от пуль.

– Большерук! – рявкнул глава Синклита.

Но воздушный колдун уже и без призыва все понял. Поднялся вихрь, сгребая мусор, песок, ветки, обломанные недавними ураганами, пустые пакеты и даже пластиковые бутылки, и все это швырнул стрелку в лицо. Тот нелепо взмахнул руками – глаза ему запорошило. А вихрь уже собрался в мини-торнадо, закрутился вокруг охранника.

Гавриил и Роман остановились, не сговариваясь, обернулись, любуясь происходящим.

– Поднимет его наш Данила или не сдюжит? – спросил Роман.

– Не сдюжит! – фыркнул Гавриил.

Но Данила сдюжил: приподнял стрелка и швырнул его на сломанные ворота. Лязгнули створки, клацнули стальные челюсти, закрываясь.

– Пошли! – заорал водный колдун и устремился в пролом.

А за ним понеслась, поднимаясь и закручиваясь спиралью, вода из канав и колодцев, из прудиков и прудов, из речки Темной, собираясь во вращающийся водный столб, идущий к дому. Два пролета кирпичного забора снесло, кирпичи полетели снарядами. А водный смерч, сдирая с участка песок и траву, устремился к дому.