Чтение онлайн

— Думаю, в ваших интересах побыстрее найти девочке достойного жениха, — лицо разведчика стало очень серьезным. — Член боевой пятерки не должен быть чем-то подавлен или расстроен, это влияет на силу всей группы. Когда девочка выйдет замуж, её запах изменится, а когда родит, станет совершенно другим. Только тогда ваш друг избавится от зависимости. Или ещё вариант — если он найдёт другую девушку с более привлекательным запахом.

??????????????????????????

— Я пытался, — проворчал Дан. — Только он слышать ничего не хочет о других девчонках.

— Я его понимаю, — Данери прикрыл глаза. — Когда находишь одну, самую прекрасную и замечательную, другие не нужны.

— Вам-то откуда знать? Вряд ли за прошедшие годы у вас никого не было? — ехидно поинтересовался Дан.

— Были, конечно, — тихо ответил Данери, не открывая глаз. — Во-первых, я хотел забыть Мадлен, во-вторых, у разведчика должна быть ясная и трезвая голова, которая бывает только у здорового человека. Но лучше и красивее Мадлен я не встретил.

— Теперь придётся поискать, — пробормотал Анатоль, все ещё «колдуя» над Двойником.

— Зачем? — сощурился тот, открывая глаза. — Я уже нашёл. Она свободна. И я буду её добиваться.

Парни удивлённо переглянулись.

— После того, как она покромсала вас? — глаза Дана полезли на лоб. Май бросил на дядю любопытный взгляд, а Анатоль на мгновение тоже удивлённо замер.

— Господин Данери специально позволил сделать это, чтобы ровена смогла выплеснуть своё разочарование и боль, — со знаем дела произнёс Мик.

— Ты-то откуда знаешь? — удивлённо уставился на друга Дан.

— Я столько людей «прочитал», что здесь напрашивается одна причина покладистости такого сильного мага, — спокойно ответил менталист.

— Но она может снова… — начал Анатоль.

— Я же не идиот какой, — поморщился Данери, вздохнув и со скепсисом посмотрев на целителя, — чтобы снова дать возможность убить себя. Вы за кого меня принимаете? — он цепким внимательным оглядел парней. — Мне почти сто лет и, поверьте, я знаю, что делать, чтобы завоевать понравившуюся женщину и заслужить её прощение.

— И что вы собираетесь делать? — с любопытством поинтересовался Анатоль. Остальные молодые маги тоже с интересом уставились на Данери.

— Я тоже хотела бы послушать ваш занимательный план, господин Данери, — резкий голос гневной Фурии заставил вздрогнуть от неожиданности всех мужчин в комнате, кроме самого Данери. — Желательно, с подробностями, — процедила Мадлен.

Она стояла в дверном проеме зала. Уже искупанная, переодевшаяся в чистый брючный костюм, принесённый Двойником, очень красивая и очень злая. Или скорее — взбешённая донельзя. И снова причиной стал тот же субъект.

Эдвард Данери встретился взглядом с гневными фиалковыми глазами Фурии. Лицо мужчины стало непроницаемым, а глаза спокойными.

— План я оставлю при себе, — ровно ответил он. — А для начала хотел признаться при свидетелях, что действительно понимаю, каким выгляжу в твоих глазах уродом и скотиной.

Мадлен выразительно изогнула бровь и сложила руки на груди. Парни-маги стали топтаться у выхода из комнаты, только Мадлен загородила проход, никого не пропуская, и никто из них не осмелился её потревожить и даже близко подойти.

— Куда же вы… э… свидетели? Послушаем старого дядю, — прошипела Фурия. — Пока он не издох и в состоянии строить… планы, — последнее слово она будто выплюнула.

Эдвард Данери еле сдержался от неуместной улыбки. Маленький шажок вперёд сделан — Мадлен уже не кидается на него и даже готова послушать. Безумно хотелось, чтобы она перестала злиться и позволила приблизиться к себе, но разведчик понимал, что он только в начале сложного пути по завоеванию сердца прекрасной Мадлен Роннигус.

— Внешность Мартина более симпатичная, — неожиданно язвительно процедила Мадлен, специально очень внимательно осматривая скептическим взглядом израненное и помятое тело Данери, вытянувшееся на диване, куда перенесли его парни, а затем презрительным взглядом уставилась ему в глаза. — Этот новый образ… как-то староват и потаскан.

Эдвард понял, что Фурия услышала про его возраст и теперь будет пользоваться этой информацией. Внутренне он взмолился Богам, чтобы ему хватило терпения и выдержки в завоевании Мадлен. Одно дело быть сдержанным и осторожным разведчиком, и совершенно другое — выдерживать бешенство оскорбленной женщины, к которой ты неравнодушен, и которая к тому же умна и остра на язык.

Великий мудрец «невидимок» осматривал предстоящее «поле деятельности».

Роланд явился в образе одного из придворных императора, ровена Тира Ронуса, легкомысленного и безумно богатого кутилы. На нем был серый балахон с вышитой молнией на груди, капюшон которого он сейчас откинул, чтобы не мешал наслаждаться вкусом красного вина. Вместо него на лице мужчины была аккуратная маска из тонкой дорогой серой кожи. Он с наслаждением смаковал дорогое редкое Ровенское из бокала, услужливо предложенное одним из Учеников, и незаметно наблюдал за Головами в ожидании Старцев южных доменов.

Роланд стоял в тени на балюстраде, которая изнутри по всему периметру здания украшала огромный особняк «невидимок», и наблюдал за многочисленными не так давно завербованными «невидимками». Они стояли внизу в огромном прямоугольном зале, многочисленные колонны которого поддерживали высокий свод, перекрывающий огромное пространство, и Роланд решил, что этот роскошный и величественный особняк ему нравится, — показывает вновь вступающим в ряды организации насколько Невидимая Ровении богата и сильна, а зал внизу удобен для проведения собраний.

Казна Невидимой Ровении, конечно, значительно опустела после начала «южной операции». Необходимо было покупать дома и особняки на Юге империи, печатать листовки, покупать газетных владельцев, полицейских, преподавателей университетов, создавать «сыворотку вервольфов»… перечислять расходы можно ещё долго, но Роланд никогда не скупился — он вкладывался в своё будущее, причём радовало, что казна пополнялась не только из его кармана, но и из карманов всех членов Невидимой Ровении, которые вносили в казну достаточно приличные по размеру ежемесячные взносы. Да и обычные спонсоры не скупились, такие, как герцог Дэнир Йоргус, например. Он хоть и не был непосредственным участником Невидимой Ровении, но Оксия требовала от него огромной материальной поддержки для организации, а герцог не мог ей отказать.