Чтение онлайн

Фишур ухмыльнулся.

– Меня еще не окончательно развезло, друг мой Рангар. И что пьяный, что трезвый, я тебе скажу одно: решай сам.

– То есть ты тоже… сомневаешься в чем-то?

– Ни в чем я не сомневаюсь. Тазор не предаст и поможет, чем сможет, но…

– Что – "но"?

– Просто я предпочел бы в компанию еще одного бойца, как Тангор… а еще лучше, как ты, Рангар. Но, сам понимаешь, это почти нереально. Так что… повторяю, решай сам.

Рангар надолго задумался. Фишур хлебнул еще вина и начал подремывать, откинувшись в кресле. Тангор сидел, напряженно глядя в стол прямо перед собой. Тазор держал в одной руке стило, а другой комкал салфетку, отчего та давно превратилась в лохмотья. Впрочем, рыцарь этого не замечал.

А Рангар, как ни тасовал факты, связанные с ним, никак не мог прийти к какому-то определенному выводу. Пасьянс упорно не складывался. Одно было ясно: если не верить Тазору, надо не верить и Тангору. А этого Рангар не мог даже в мыслях допустить. И еще он чувствовал, что не надо сейчас давить ни на рыцаря, ни на необычно скованного и серьезного тиберийца. Словно держал он в руках флакон необычайно тонкого хрусталя с драгоценным содержимым, и пробка никак не желала поддаваться его осторожным усилиям; конечно, он мог поднажать… но тогда флакон неминуемо бы рассыпался в прах, и его содержимое пролилось в грязь…

– Добро, – сказал он наконец. – Тазор, если желаешь, можешь и дальше путешествовать с нами. А теперь идем спать, мы все устали… Фишур уж вовсю дремлет.

Он встал и первым направился к выходу. Но и не оглядываясь, ощутил, как ослабело повисшее было напряжение. Будто незримый великан перевел дух.

На следующее утро к ним зашел Ольгерн Орнет и сообщил, что через два дня из форта Алфар к восточным границам с Красной пустошью передислоцируется отдельный кавалерийский полк под командованием адъюнкт-генерала Карлехара ла Фор-Рокса, человека весьма известного и популярного не только среди воинов. Славу он снискал еще пять лет назад, отражая набег воинственного племени варов на город Врокс. Позднее, в знаменитом Орхском походе, он вновь продемонстрировал личную отвагу и незаурядный полководческий талант. Сейчас его переводили вместе с тремя тысячами закаленных в боях солдат и офицеров на самые опасные восточные рубежи и поговаривали, что Император прочит его в генерал-коменданты форта Дарлиф, откуда прямая дорога к золотому маршальскому жезлу и должности командующего Особым восточным округом.

– До Орнофа вы можете ехать с полком, – сказал гранд-маг. – По-моему, это большая удача, с точки зрения вашей безопасности, которая, не скрою, внушает мне большие опасения. С Карлехаром я уже говорил, он не возражает, более того, обещает вам особую опеку, в том числе и магическую. Полк сопровождает сильный маг, и все его умение, мастерство и могущество будут защищать вас. Так что завтра вечером вы присоединитесь к полку на перекрестке Алфарской дороги и Западного тракта, где полк станет на первый привал.

– Замечательное известие! – с энтузиазмом воскликнул Фишур. – Полторы тысячи лиг мы сможем проехать, почти не опасаясь всяких там разбойничьих шаек и прочего сброда.

– Неплохо, – согласился Рангар. – Но это не означает, что мы должны расслабляться и терять бдительность.

– Чей бы берх лаял… – проворчал Тангор, деланно хмурясь, но во взгляде его читались облегчение и надежда.

– Вопрос: не будет ли это слишком долго? – поднял указательный палец Рангар. – Я уверен, что в нашем путешествии фактор времени играет далеко не последнюю роль.

– Это так, но вам не придется тащиться с обозами тылового хозяйства, вы поскачете с авангардом. Карлехар уверил меня, что дорога до Орнофа займет не более двадцати дней.

– Тогда все в порядке. Примерно на это время рассчитывал и я, – кивнул Рангар. – Лично я согласен. Остальные, кажется, тоже… Тангор, ты чего насупился? У тебя есть возражения?

– Да нет, – вздохнул тибериец. – Просто я уже почти было решился смотаться к своим на денек-другой… рядом все-таки. Да ладно, не судьба, видать. Может, в другой раз…

– Смотри, брат, а то давай… Навести родню.

Тангор глубоко вздохнул и отрицательно покачал головой. Золотистые глаза его казались грустными, но взгляд был тверд.

– Нет, Рангар. Я и сам, ты знаешь, не особо рвался… хоть что-то и ныло вот тут (он постучал себе по мощной груди)… а теперь и ладно, судьбе виднее…

– Значит, послезавтра выступаем?

– Выступаем.

– Тазор?

Рыцарь кивнул.

– Добро. На том и порешим. Идем завтракать?

Фишур моментально вскочил на ноги и мечтательно провел себя ладонью от подбородка вниз по горлу.

– Я жажду перед прощанием с Валкаром насладиться шедеврами местной кухни и особенно – местных погребов.

– Ладно уж тебе, – засмеялся Рангар. – Великий маг, вы присоединитесь к нам?

– Благодарю за приглашение, – произнес гранд-маг с полупоклоном. – Но я уже позавтракал, к тому же у меня много дел. А вы отдыхайте, набирайтесь сил. Сказать, что вам предстоит нелегкий путь, – значит ничего не сказать.

Будто тучка набежала на солнце – так потемнел взгляд Рангара. И внезапным прорывом в его сознании встала перед его мысленным взором не залитая ярким солнцем и усыпанная цветами и звездами дорога, а увидел он мрачный ужас бесконечных затхлых коридоров, туннелей, переходов, и бег – надсадный, из последних сил, – и стерегущий кошмар, который нельзя выразить словами, и последний бой в конце пути, отчаянный и безнадежный, и победа… победа, которую у него на родине давным-давно назвали пирровой…

После завтрака друзья вынуждены были разделиться. Фишур быстро нашел общий язык с ресторанным виночерпием, и тот имел неосторожность пригласить новоиспеченного приятеля на экскурсию в местные погреба. Появились они примерно через два тэна, вдрызг пьяные, причем виночерпий постоянно падал и при этом ржал, как тарх, а Фишур столь же регулярно спотыкался о него и, пытаясь удержаться на ногах, цеплялся за стены и при этом бодал их головой, да так ловко, что сбил несколько лепных украшений. Говорить он не мог и только молодецки ухал, когда очередной шедевр зодчества с хрустом отлетал от стены в непредсказуемом направлении. Немногочисленные утренние посетители ресторана быстренько ретировались – видимо, зрелище было не по их нервам, официанты бестолково носились туда-сюда, не рискуя, однако, приближаться к живописной парочке, а ошарашенный метрдотель лишь трагически воздевал очи горе, что-то шептал (наверное, заклинания) и горестно качал головой (когда очередное заклинание не помогало).

Рангар, Тангор и Тазор вскочили из-за стола и некоторое время молча наблюдали, как веселится их блистательный и благородный друг. Потом Рангар пробормотал несколько слов на языке, никому неизвестном на всем Коарме, подошел к Фишуру и, мрачно бросив Тангору и Тазору: "Подождите меня на улице", взвалил в очередной раз крепко ухнувшего Фишура на плечо и порысил из ресторана.

Через пол-итта Рангар вышел из гостиницы к ожидавшим его друзьям.

– И смех, и грех, демон его дери, – буркнул он. На лице Рангара хмурь отчаянно сражалась с гомерическим хохотом.

– Куда ты его дел? – спросил Тангор, кусая губы.

– Занес в свой номер, сунул в ванну и открыл холодную воду, – и в этот момент хохот победил.

…Смеялись они долго. У Рангара текли слезы и болели мышцы живота, тибериец осип, но продолжал извергать отрывистые сипло-хриплые звуки, более приличествующие пожилому берху, да и у рыцаря тряслись плечи и отлетела какая-то пряжка на доспехах.

Отсмеявшись, они уже хотели взглянуть, как там Фишур, но сзади неслышно приблизился метрдотель и деликатно кашлянул.