Чтение онлайн

— Значит, на княгиню напали в парке….

Чем больше я узнавала о событиях, предшествовавших убийствам в Марикарде, тем меньше понимала их суть. Там — все четко и продуманно. Здесь….

— Да, — Северов передвинул кресло, поставив его напротив моего. — Охрана сторожевой будки отметила, что Ангелина вошла в четверть десятого. Пять-семь минут, чтобы дойти до следующего поста, но она до него так и не дошла. Подняли тревогу, тут же начав поиски. Нашли на половине пути, там как раз короткий участок между двумя поворотами. Удар был нанесен по затылку сзади. Судя по силе, убивать не собирались, только оглушить.

Кивнув — заключение лекаря я уже прочитала, задумчиво прикусила губу.

Если следовать хронологии, то история развивалась следующим образом…. Два с половиной месяца назад бдительность старого слуги спасла если не жизнь императора, то его здоровье — точно. Среди главных подозреваемых — лекарь, готовивший эликсир; поставлявший травы аптекарь и графиня Ланская.

Расследование, проведенное Службой охраны первых лиц, ничего не дало. Каждый из них мог подсыпать что-нибудь во флакон с укрепляющим средством, но этого не делал.

Настоящий виновник так и не был найден. Словно его и не было.

Прошло еще несколько дней и графиня Ланская, вернувшись домой после очередного допроса, отправила императору служивший ей пропуском перстень. Стoлицу она покинула в тот же вечер. По свидетельству мужа, предпочла тишину их загородного имения городской суете.

Князь утверждал, что слова графа тщательно проверили. Да, Эмилия Ланская находилась в имении. Затворницей не жила, но на большинство приглашений отвечала отказом, предпочитая одиночество.

Единственными, ктo ее навещал, были сам граф Ланской и мать… Екатерина Стужева.

— О чем задумалась? — Сашка решительно устроился на подлокотнике моего кресла, едва не уронив лежавшую на коленях папку.

— О несправедливоcти, — фыркнула я и, плечом, попыталась его столкнуть.

Не получилось, но и к лучшему. Это было удивительно ощущение — чувствовать рядом родного человека. Острое… щемящее….

— После известия о беременности графини, служба Охраны возобновила расследование, — вовремя придя мне на помощь — удержать слезы удавалось с трудом, продолжил князь. Когда я, сглотнув вставший в горле ком, посмотрела на него вопросительно — в списке осведомленных лиц Шуйских не было, добавил, не ошибившись с причиной моего интереса: — Его Императорское Величество сочло правильным привлечь к расследованию графа и его сына.

— Мы ведь говорим о каком-то другом расследовании? — тут же насторожился Александр Игоревич.

— Мы говорим о покушении на императора Ровелина, — не изменив интонаций, произнес Северов.

Шуйский-старший витиевато выругался, извинившись за несдержанность, поднялся. Двигался вроде и легко, но некоторая внутренняя скованность все ещё присутствовала, намекая, что тело не забыло «смерти», которую ему пришлось пережить.

— И на этот раз служба Охраны справилась? — граф подошел к висевшей на стене картине. Художника, из-под руки которого вышел этот шедевр, я не узнала, но сюжет оценила.

?громное ложе, скомканная простынь, на белоснежной ткани которой можно различить вышитый вензель, два влажных, сплетенных страстью тела. На полу — опрокинутый бокал… вино, как кровью, залило лежавшую у кровати шкуру. Выдававшая нетерпение разбросанная одежда и… чуть приоткрытая дверь в мрачном, затемненном углу.

Картина называлась «Любовники». Впрочем, это было понятно и так.

— Помощник аптекаря, — ответил на вопроc Шуйского Северов. Проследил за моим взглядом… хмыкнул. — Задержать не уcпели. Он предпочел смерть от яда.

— Весьма своевременно… — так и не обернувшись, заметил граф.

— А кто у нас глава службы Охраны? — уточнила я, ?е пропустив раздражения в голосе Шуйского.

— Граф Чичерин, — встрял в разговор Сашка. — Премерзский тип.

— Император о нем другого мнения, — недовольно буркнул Александр Игоревич. — Умен, этого у него не отнять. Прекрасно разбирается в людях, что не раз помогало ему добиваться своего. В своем деле тоже хорош. — Он повернулся лишь теперь: — Не хотел бы я иметь такого врага, тaк что…

— … если он замешан, то у нас будут серьезные проблемы, — продолжила я за него. Закрыла дело — мельком просмотрела, все остальное — после обеда, подала его Сашке, чтобы переложил на стол. — Есть возможность получить экспертное заключение по яду, которым травили императора?

— Тебя что-то смущает? — взгляд графа выдал его заинтересованность.

— То, что императора не собирались убить, и так понятно, а вот….

Не закончив, встала с кресла, подошла к Шуйскому. Сам граф волновал меня мало, а вот картина….

Сплетенные страстью тела. Капельки пота….

Художник был мастером. Казалось, еще мгновение, и мужчина шевельнется, его ягодицы чуть приподнимутся, чтобы он вновь мог начать движение вперед, подводя свою любовницу к вершине наслаждения….

— Эта история закончилась не так страшно, как может показаться.

— Что? — я так задумалась, что не сразу поняла смысл сказанного Шуйским.

— Моя мать была влюблена в графа Шуйского, но дед сосватал ее за князя Суздалева. Титул, богатство, близость ко двору…. Ей только исполнилось семнадцать, ему — шестьдесят пять.

— Маг? — не без изумления посмотрела я на старшего Шуйс?ого.

— Нет, — качнул он головой. — Пойти против воли отца она не смогла, стала княгиней, но отец был настойчив, не сумев отказаться от возлюбленной. Подкупил служанку, которая проводила егo в мамину спальню. Уговаривал ее бросить все и сбежать….

— А потом князь узнал об измене жены, — броcила я взгляд на приоткрытую на картине дверь.

Нет, не приоткрытую… открываемую дверь.

— Дуэль состоялась по всем правилам. С одной стороны секундантом князь Федор Северов, с другой — отец нынешнегo графа Чичерина. Удача благоволила возлюбленным, после первого обмена выстрелами моя мама стала вдовой. Отца отправили на год в ссылку, она — ждала.

— А художник? — уже несколько иначе посмотрела я на картину.

— Мама увлекалась живописью, — улыбнулся он. — Надеюсь, вас не смущает подобная откровенность?

— В ней нет вульгарности, — качнула я головой. — И я им завидую.

— Предлагаете вызвать на дуэль господина Соула? — как-то… недобро, поинтересовался граф.

Я вздрогнула, но ответить не успела:

— Не рассчитывай, что стану твоим секундантом, — подошел к нам Северов.

— Этой болезнью я уже переболел, — на лице Шуйского мелькнула вдруг довольная улыбка. — Так что там по поводу экспертного заключения? — спросил он уже другим тоном. Спокойно. Деловито.