ЖАНРЫ

"Фантастика 2024-71". Компиляция. Книги 1-29
Шрифт:

– Угу, – насмешливо отозвался Чизман, встал на ноги, прошёлся кругом, – а что потом? Церковь здесь правит. Она местная полиция, что наводит порядок. Она организовывает досуг. Она основа морали и законов. Её нельзя выбить отсюда или вовсе уничтожить. Её надо заменить. Но на что? У тебя есть предложения? Есть продуманная новая система ценностей и законов? Есть куча людей, готовых следовать этой системе и помогать обустраивать её? Пока что ты хочешь лишь разрушить устоявшийся порядок, превратить всё в руины, – он покачал головой, – от этого будет лишь хуже, потому что тогда придет анархия и тёмные века. Но скорее всего, церковь просто вернётся обратно на свое место. Вот и всё.

– Но…

– Нет. Не бывает так, что ты прибежал, помог кому-то сломать систему, а потом ушёл в закат и всё хорошо. Это игры и фильмы промывают мозги, поставляя зрителю такие сюжеты об одиноком герое, спасающем королевство от тирана. Но всё это глупые сказочки, в которые верят только идиоты, – с горечью заявил программист, – убьешь Лорда Инквизитора – они выберут нового. Убьешь Артаниса и появится другой такой же фанатик. Вот только от этого никому лучше не станет. Наоборот, получив удар, инквизиция станет ещё более озлобленной.

– И что нам делать?

– Ждать, – развёл руками Чизман, – ждать, пока не появиться какой-нибудь способ свалить отсюда, – он глянул вниз, – и один из них только что развеялся по ветру.

– И сколько мы будем ждать? – парень упёр руки в бока, – уже темнеет, а Рэндала всё нет. Его могли поймать. А еды, еды у нас не осталось! – отчаянно воскликнул он. Последние булочки они доели ещё утром. И воды осталось всего на пару глотков.

– Я схожу за едой, – программист сжал кулаки, – девушки слишком приметные, а ты слишком много паникуешь, – принялся рассуждать он, – а у меня получится затеряться в толпе. Найду нам чего-нибудь…

– Ты ничего здесь не знаешь! – воскликнула Теллари, – как ты…

– Я справлюсь, – решительно заявил тот.

– А деньги? Если попадешься на краже… – она покачала головой.

– Я не стану воровать. Я займу.

– У кого?

– У нашего друга, Пьера. Он ещё в городе. Живёт в гостинице, которая называется Золотой Кувшин, – Чизман принялся разгружать рюкзак, раскладывая вещи из него по остальным сумкам, – этой ночью уйду, спрячусь в канализации. Днём, отыщу алхимика. Наберу еды. И следующей ночью уже вернусь. Всё будет хорошо, не переживайте, – пробормотал он, будто бы успокаивая сам себя.

– Это опасно, – Валера глянул на девушек, – нельзя так рисковать.

– Ну, в конце концов, я во всём этом виноват, – программист пожал плечами, – мне и разгребать.

– Это глупая идея, – парень отмахнулся, – давай лучше вытащим Рэндала. Найдём его, освободим…

– Нет, – Чизман покачал головой, – его, скорее всего, поймали на краже еды. Наверное, сидит сейчас в карцере этом, – он тяжко вздохнул, – но если мы попытаемся освободить его, то сделаем только хуже. Ты понимаешь? Его тоже обвинят в ереси из-за помощи нам. Да и хватит уже, – программист опустил взгляд, – хватит, пора самим разбираться уже.

– Ты уверен, что всё получится? – Теллари взглянула на него.

– Да, – ответил он, – другого выхода у нас всё равно нет.

Это здесь все понимали. Рэндал пропал, еды нет. Оставалось только надеяться, что всё получится.

Наступил вечер, солнце скрылось за горизонтом. Прислужники Святой Церкви оставили собор. А Чизман начал собираться в путь. Он взял пустой рюкзак, бросил туда пистолет с парой магазинов и накинул на плечи. Сухо попрощался со всеми и принялся спускаться вниз. Звук его шагов затих где-то в недрах башни. Лишь немного погодя, они смогли разглядеть его, крадущегося по крыше собора.

И поскольку каких-то дел у них не было, а разговаривать не хотелось, оставшиеся на башне беглецы улеглись спать.

Глава двенадцатая. Крыша собора.

Он возвращался домой. Шёл в ту таверну под названием «Золотой Кувшин». Чего вот там золотого? Даже простого серебра не было, зато за комнату требовали втридорога.

Пьер Галлери поморщился и опёрся на перила крыльца. Вспомнилось ему его поместье в Каменоре. Туда бы сейчас. Подальше от всего этого…

Там большой и красивый дом, обставленный множеством удобной и роскошной мебели. Дивный сад с фруктовыми деревьями, собственная оранжерея. Король совсем не скупился для него. Одарил золотом с ног до головы. И всё якобы за победу над чумой.

Только на самом деле Пьеру платили за то, что помогал искать таинственного человека по имени Чизман. Сначала королевский алхимик только рад был этому, однако теперь начал задумываться. Что конкретно этот человек сделал ему? Что такого, за что следовало предавать его?

Конечно, он был жутким и жестоким. Но ведь именно благодаря ему Пьер смог найти желанный цветок и спастись от волколаков. Если бы не его помощь, то чума до сих пор терзала бы окрестности Каменора. Собственно говоря, если б не Чизман, то и поместья и магазинчиков не было бы.

Ну, а теперь этот странный человек ещё и спас ему жизнь. Ведь тогда эта безумная толпа могла просто разорвать несчастного алхимика. Но чужестранец защитил Пьера. Спас. А потом отпустил.

От этих мыслей несчастный чувствовал себя просто ужасно. С трудом переставляя ноги, он поднялся по ступеням крыльца и вошёл в двери гостинцы.

Там, в глубине, прилавок. За ним трактирщик. Пойло у него мерзкое, но сейчас алхимику жутко хотелось напиться.

Вот только едва он уселся на табурет, как его кто-то хлопнул по плечу.

– Привет! – раздался знакомый до боли голос. Чизман. Пьер машинально вздрогнул и втянул голову в плечи, – не бойся, – продолжал тот, – я с дружеским визитом. Хотел бы занять у тебя деньжат.

У этого чужестранца за плечами здоровый рюкзак. Сам он сделал расслабленный вид, но заметно, что сильно нервничает. То и дело озирается по сторонам, чуть ли не вздрагивает от любого шума. И тянется к сумке, где у него было оружие.

– Знаю, у нас были разногласия, – снова осторожно начал он.

– Господин Чизман, – алхимик склонил голову, прикрыл глаза. Тяжко выдохнул, так будто бы хотел выгнать весь воздух из легких. Он никогда не считал себя плохим. Просто думал, что делает всё, ради спасения своей жизни. И ему казалось, что это правильно. Но сейчас инстинкт выживания словно забился в угол. Видимо, задавленный тяжким грузом вины.

Поделиться с друзьями: