Чтение онлайн

Эмиль обернулся, рука, которой он застегивал манжеты, дрожала, но это последствия физической боли, не внутренней. И он по-прежнему выглядел изможденным.

А с чего я вообще взяла, что он будет страдать, если я уйду?

– Что с тобой? Ты испугана? – он непонимающе прищурился. – Что там с доноршей? Нашлась?

– Нет, – пробормотала я, недоумевая, при чем здесь она.

– Ну и хрен с ней… Не уходи сегодня.

До меня дошло, какой лапши Феликс навешал брату: что я искала девчонку.

Наверное, Эмиль проспал весь день, как и я, и недавно встал – выглядит сонным и каким-то помятым, но по-прежнему разбитым. Он серьезно искалечен, хотя глаза начали восстанавливаться – уже не слезятся.

– Как шея?

– Все нормально, – я не знала, как начать разговор. – Андрей кое-что показал… Видео из дома.

– А где ты видела Андрея? – насторожился он. – Дай руку, Яна.

Он подошел и схватил меня за запястья. Чувствуя себя глупо, я дала осмотреть кожу без новых проколов. Андрей вчера сказал, что раз на мне незаживший чужой укус, то он не будет меня трогать.

– Эмиль, это важно. Ты говорил, что не знаешь, как выжил... Но ты его укусил, правильно? Ты пил при этом его кровь?

Он скривился так, словно я предположила что-то гадкое.

– Я кое-что раскопала, – призналась я. – Про Андрея. Хочешь послушать?

Мы вышли на балкон, я облокотилась на перила, рассматривая огни – внизу, как на ладони лежал центр. Чертовски здесь красиво. Мне даже перехотелось говорить, так и стояла бы, дышала ночным летним воздухом. В центре он только ночью и бывает свежим.

Эмиль тоже положил руку на перила – рядом с моей, но не поверх.

Мне сильно не хватало его присутствия рядом. И, наверное, даже не его самого, а той неосуществимой мечты, к которой я привязалась. Жизнь вообще жестока – мечты, если и сбываются, то не так, как мечталось.

Но таким, как я хочу, Эмиль не станет. И лучше похоронить эту надежду вместе с неосуществимыми желаниями. Он не изменится, а я уже поняла, что неважно, люблю я его или нет. Даже если люблю больше жизни, видеть его в своей квартире не хочу. Это прекрасная любовь, но не на каждый день. Эмиль как лимон – вкусно, когда чуть-чуть.

– Андрей когда-то убил пожирателя, – сказала я. – Он не признался, но, думаю, пил его кровь. Потому что сила и живучесть у него появились потом. После того случая он перестал стареть.

– Стареть? – Эмиль прищурился и наклонился, заглядывая в глаза.

Я ведь так и не рассказала о ячейке… После того, как я все объяснила, лучше не стало – Эмиль смотрел так, словно я его разыгрываю.

– Ты ведь его укусил, и кровь попала в рот, правильно?

Он же должен был что-то сглотнуть, черт возьми. Ил он всю дорогу от нее отплевывался?

– У меня нет никакой силы, Яна, – отрезал Эмиль.

– Ты выжил, – надавила я, видя, что он не верит. – Как так получилось? Видимо, ее было слишком мало…

– Или ты ошиблась, – огрызнулся он, ему не нравилась моя идея. – Я не слышал, чтобы кровь пожирателей обладала эффектом. То, что ты рассказала про Андрея, бред.

– Бред? – возмутилась я. – А как ты объяснишь остальное?

Мне казалось, он поверит: все выглядело логично, но только с моей точки зрения. Опять вампирские интриги или я перемудрила с версией?

– Разве Андрей не сильнее остальных? – спросила я.

Эмиль промолчал, задумчиво глядя вниз. Он оперся на перила локтями, и рукав рубашки натянулся на бицепсе и плече.

– Не знаю, – наконец признался он.

Вдалеке хлопнула дверь, и я рефлекторно вжалась в стену, словно к нам ломится что-то угрожающее. Хорошо, пистолет не вытащила – это был всего лишь Феликс. Он заглянул в комнату, увидел меня на балконе вместе с Эмилем и удивленно приоткрыл рот.

– Это Феликс, – сказала я, заметив, что Эмиль напрягся. Не знаю, нормально ли он видит или зрение еще не восстановилось.

– Если ты за «винторезом», – глухо сказал он, – пока порадовать нечем.

Феликс ушел на кухню, оставив нас одних. Тон, взгляды – все говорило, что я ему не нравлюсь после признаний о другом мужчине.

– Ты просила у него «винторез»? – мрачно поинтересовался Эмиль, будто я сделала что-то плохое.

Я промолчала, лихорадочно подыскивая повод сменить тему. Но все, что я хотела сказать – уже сказала, мне лучше уйти. Только сначала придумаю, что соврать Эмилю.

– Мне нужно кое-куда заехать, – негромко сказала я и протиснулась мимо к балконной двери.

Эмиль пошел за мной, но на пороге комнаты остановил, взяв за локоть.

Хотела бы я сказать, что скоро вернусь, но ведь это ложь… А мне будет его не хватать. Этого уставшего лица с пробившейся щетиной, отекшего от побоев, искромсанных век и глаз, испещренных кровоизлияниями. Он как будто сам не помнит об этом – он выглядит по-светски, хотя передо мной не нужно ломать комедию, я его знаю. И это знание дает несравнимое чувство близости. Мы как будто срослись в одно, переплелись корнями и ветвями, которые я буду рвать, потому что устала.

Я провела ладонями по щекам, шершавым наощупь. Эмиль тут же ткнулся губами в шею, целуя выше старого шрама. Он не понял, почему я ласкова с ним. Не понял, что прощаюсь.

Он зарылся ладонями в волосы, перебирая пальцами – после того, как я поделилась кровью, он стал таким нежным. Почему не раньше? Почему не тогда, когда жили вместе? Я так скучала по этим прикосновениям…

Я сняла с лица его ладони и пошла к двери.

– Когда тебя ждать? – спросил Эмиль вслед.

Я надеялась, что сумею уйти, не ответив. Сделаю вид, что не слышу вопроса. Взялась за ручку двери, повернулась ключ и уже толкнула дверь, когда ощутила, что Эмиль идет за мной.

Глаза щипало, словно в них попал сигаретный дым, я торопливо выскочила в подъезд, и со всей дури врезалась в кого-то, кто перехватил дверь, не давая ее закрыть. А когда подняла глаза, увидела, что дверь держит Андрей, мило улыбаясь.

– Привет, Кармен, – сказал он. – Так и знал, что ты к нему пойдешь.

Он рванул дверь на себя, ручку выбило из пальцев. Не обращая внимания, Андрей оттеснил меня с дороги и вошел в квартиру.

Я стояла в подъезде, оглушенная и перепуганная… Он выследил меня, он мне не поверил. Не чувствуя под собой ног, одной рукой я оперлась на стену, чтобы совсем не потерять равновесие, а второй вытащила из кобуры пистолет. Не знаю, против кого собираюсь его применить – в этом доме нет тех, кого я хочу видеть мертвым.