Чтение онлайн

Хепт-тан мог бы использовать орденские приемы, но сомневался: «Числом задавят. Всегда найдется тот, кто тихо обойдет сзади и воткнет отравленную иглу или клинок. — Вспомнился тин Хорвейг: — Только вот мне Кира не поможет…»

Райхо нервно усмехнулся, подумав о Кирране. Прощаться с мечтой не хотелось, особенно сейчас, когда он почти свободен и готов начать новую жизнь.

Внутри радостно заворочалось чудовище. Кожа на загривке приятно зудела. В груди против воли зарождался рык. Те, кто стоял первыми, подались в испуге назад — все же ассасины не солдаты, чтобы действовать в лоб. Вдруг кто-то в центре воздел к небу кривой клинок.

Песок казался алым, но в том были виноваты не закатные лучи — солнце давно село. И не пролитая кровь — в темноте она черная. Чудовище фыркнуло. Крови, и правда, было в обилии, и она мерзко смердела, а вот раскинувшийся неподалеку спящий город манил. Его жителям снились кошмары, судя по бесподобному аромату страха, разнесшемуся на версты вокруг. Средоточие теплых, податливых тел было таким притягательным. Жаль только хрупкие и пахнут не очень, когда портятся… А чтобы испортить, остудить достаточно лишь прикосновения… Лишить души, выпив до капли предсмертный ужас, терпко-сладкий, словно мед с имбирем и пряностями. Это того стоило. С каждым новым глотком прибавлялось сил, чтобы оставаться могущественным и непобедимым.

Чудовище окинуло взглядом разбросанные повсюду тела.

Надо отдать должное, эти тоже хороши. Оттого что сопротивлялись, вкус был иным, словно пьешь крепленое вино. К сожалению, они быстро закончились, да и отняли много сил. Теперь потянуло на десерт и отдых. Хорошо, что обрести желаемое он мог даже раньше, чем взойдет Полуночная звезда.

Демон сделал шаг в сторону города, и тут что-то звякнуло. Лапа чиркнула когтем по рукоятке одной из кривых штуковин, с какими ему уже приходилось иметь дело. Но эта чем-то отличалась. Тот, кто ею владел, первым поделился своей жизнью. Правда, пришлось оторвать ему голову, уж больно яростно отмахивался и обжигал.

«Обжигал!»

Что-то изменилось. Голубой клинок словно ярче замерцал в свете звезд, когда чудовище нагнулось, протянув закованную в бурую чешуйчатую броню конечность. Коснулся.

Раздавшийся жуткий не то вой, не то рык разнесся над пустыней на многие версты.

Райхо снился кошмар. Его снова закопали по самую шею в песок. Сверху безжалостно жгло солнце, мучила жажда, а все тело горело и чесалось. Особенно доставалось затылку, и почему-то правой ладони. Стоило об этом подумать, как воображение нарисовало обожженную культю, оголенную до кости, которую безжалостно стискивал песок. Именно это стало последней каплей, и Хепт-тан, вздрогнув, проснулся.

Он лежал на животе, а вокруг действительно был песок, который, хвала богам, под ним еще оставался относительно прохладным, но вот затылок, и правда, напекло. Да и пить хотелось так, что впору перегрызть себе вены от жажды. Правая ладонь действительно горела, но к облегчению все еще была при нем. К тому же стоило убрать ее в сторону, как жжение прекратилось.

— Что это?

Райхо неловко сел. Перед глазами тут же поплыли огненные круги, заставляя зажмуриться и опереться руками. Снова прикоснувшись к чему-то твердому и раскаленному, он зашипел. Когда зрение обрело хоть какую-то четкость, брови удивленно приподнялись: «Это же тот самый атеш-кылыч, что я видел на поясе Альхамеда. Но… как он здесь оказался?»

Бывший Защитник, морщась, ухватился за нагретый солнцем эфес. К счастью, сила никуда не делась, и он тут же охладил клинок как следует. Застонав, приложил ледяной металл ко лбу, к затылку и даже лизнул. Правда, особого облегчения это не принесло. За незамысловатыми действиями Райхо постепенно воспрял, используя дар на полную катушку, чтобы привести организм в порядок и хоть немного охладить пространство вокруг.

«Жаль, что нельзя также напиться… Саршан-хо!»

Но только полегчало и прояснилось в голове, как левую руку и спину до самой лопатки охватила саднящая боль. Ничего из ряда вон, в Ордене, порой, доставалось намного сильнее, но все же бывший Защитник не удержался от возгласа. Свежим напоминанием о содеянном на коже проступал кровоточащий рисунок, словно бы кто-то вспарывал ее лезвием ланцета, каким пользуются целители. Каждый порез на глазах покрывался алыми бисеринками, но их было так много, что вскоре с пальцев закапало. Скривив губы от отвращения, Хепт-тан резким движением стряхнул влагу на песок. Сила моментально затянула порезы, оставив на память сложную вязь татуировки. Если долго смотреть, то причудливые линии растительного узора начинали складываться в буквы и слова.

«Имена тех, кого я убил… По крайней мере, зато знаю, чьи жизни отнял…» — Райхо тяжко вздохнул.

Судя по солнцу и дрожащему над поверхностью мареву, перевалило за полдень — самое пекло. Хепт-тан не мог понять, где находится — барханы расстилались во все стороны, и не было ни малейшего намека на привычную цепь гор на границе с Ярросом. Еще одним неудобством стало отсутствие одежды. Тут уже никакая сила не могла уберечь от вездесущего песка. Грязно ругаясь и почесываясь, будто незадачливый моряк, переночевавший в портовом борделе, он зашагал на север.

«В какой бы точке Эзам-Бария — Великой Пустыни я ни находился, Яррос все равно окажется там».

Облик пустыни то и дело менялся, и Хепт-тан одиночка предположил, что не мог слишком далеко уйти от границы.

«Верста-две… Рано или поздно я окажусь в знакомых местах», — пить хотелось невыносимо, и думать о том, что находится намного дальше, Райхо себе запретил.

Необычный кылыш, сделанный из рения, судя по характерному голубоватому отблеску, он забрал с собой. Во-первых, доброе оружие позволит себя защитить, лишний раз не прибегая к силе. А во-вторых, это почему-то казалось важным.

«Не зря Золотоглазый Дракон так уверенно чувствовал себя на совете. Альхамед искренне верил, что это оружие поможет со мной совладать. Даже жаль было его разочаровывать».

Напрягшись, Райхо сумел ухватить обрывки воспоминаний.

Ассасин, призывавший к атаке, воздев к небу этот кылыш, был закутан с ног до головы. Да и вырвавшееся на свободу чудовище особо не старалось его разглядеть.

«Но вот глаза… Темно-карие с переходом в зелень… С характерным разрезом, выдающим уроженца самых южных земель Сагалии, точно принадлежали совсем другому человеку, — вспомнил Райхо. — Первый ученик Альхамеда? Интересно, он действовал по приказу или, наоборот, ослушался своего Тана? В любом случае они лишились одного из сильнейших асс-хо-хепт, артефактного оружия и, возможно, даже Хепт-тана. — По поводу трофейного клинка Райхо мучила одна догадка, но проверить ее он мог, только добравшись до Ордена. — Что ж, вот и первая цель, осталось мелочь — выбраться из пустыни живым».

Мысли немного скрасили незавидное положение. Радовало и то, что чудовище так и не добралось до спящего города. Опалившее неуязвимую шкуру демона лезвие, позволило захватить контроль и гнать себя до изнеможения, если это понятие, вообще, применимо к тварям и порождениям Излома.

Хриплый смех на грани безумия вырвался из могучей груди, стоило только представить исчадие, от вида которого бывалые бойцы писаются как дети. В воображении Райхо оно неслось по пескам с завидным упорством нахлестывая себя голубым клинком не хуже скаковой лошади.

«Прямо, как те юродивые фанатики с островов…»

Сил переставлять ноги уже почти не осталось, а применять дар было попросту опасно для жизни — только на нем Райхо и держался, очутившись на грани безумия от жары и жажды. Четырежды пекло сменялось блаженной прохладой, от которой почему-то зубы принимались стучать. Радовала одна мысль — чудовищная сущность сидела тихо-тихо. Видимо, без хозяина ей тоже здесь было не выжить.

Райхо лежал на раскаленном песке. Внутри было так же жарко и сухо, как и снаружи. Наверное, поэтому он почти ничего не чувствовал, считая последние минуты жизни.