Чтение онлайн

— Что делает представитель союзников в такой глуши. Ему в Берлине надо быть? — спросил первым дотошный Остерман.

— Объясняю. Мы тут по секретному делу, ищем украденное Сталиным и его подручными испанское золото. Во время гражданской войны Советский Союз утащил из одного Мадрида шестьсот тонн золота, а в стране городов много и в каждом банки и в них деньги. А дорога у них одна. Поездом не доедешь, автомобилем тоже. Только на кораблик и в Севастополь или Новороссийск. А тут, на своей земле, незачем товарищу Сталину напрягаться, далеко золото везти. Киев рядом, вокруг него укрепрайон, второй по силе в мире, солдат миллион, хоть весь золотой запас мира свози сюда, ничего с ним не будет. Тут оно, парни, и испанское, и польское и румынское. И взять его наша задача, и прожить жизнь так, чтобы перед смертью было что вспомнить. Вот так. Еще вопросы?

— А какой первый в мире район по силе обороны? — спросил Серега.

— Тоже наш, вокруг Питера, — заверил его Викинг. — Крепче нашей обороны нет ничего, да и не надо. Не будем зря время тратить. Сегодня будем работать в штатском. Добудем бензина для машины, и поедем в город, осмотримся, раненых друзей проведаем, артефакты заберем.

Cборы были недолги. Высыпав хозяину очередную горстку царских червонцев, сталкер получил в свое распоряжение телегу с лошадью. Управляться этим экзотическим транспортным средством могло большинство членов группы, за исключением двух коренных горожан, Викинга и Давида. Забросив в сено две плетеные корзинки с едой, отряд двинулся за богатством и славой.

Первые километра три ехали без дороги, прямо по траве. Запах кружил голову Викинга. В голове мелькали шальные мысли. О мире без радиации и лучевой болезни. Первым затянул песню простодушный Гнат. Все с удовольствием послушали о девичьих косах. Следом Серега исполнил «Рио-риту». Ротмистр и Давид спели на своих родных языках. Перед сталкером возникла проблема. Репертуар у него был убогий, да и манера исполнения современной попсы здесь явно не проходила. Пришлось напрячься, пошевелить мозгами, порыться в памяти и окрестности огласила мелодия.

— Этот поезд в огне, и нам не на что больше жать, этот поезд в огне и нам некуда больше бежать, эта земля была нашей, пока мы не увязли в борьбе, она умрет, если будет ничьей, пора вернуть эту землю себе, — пел сталкер, и косился глазом на непривычно молчащий счетчик Гейгера. Народ стал подпевать. Так, с песнями и плясками, выскочили на шлях, прямо на пост полевой жандармерии.

Два мотоцикла с пулеметами на колясках стояли на противоположной обочине дороги, за одним из них расположился упитанный ефрейтор. Два солдатика, вцепившись в тяжелые винтовки, обступили начальника, унтер-офицера. На него Викинг и накинулся с ходу.

— Хальт! Хенде хох! — заорал он. Хотел добавить привычное «Гитлер капут», да передумал. Не сорок пятый год на дворе, не поймут. — Документы, мама ваша немка!

Обалдевшие от неожиданности немцы, начали выдергивать из нагрудных карманов солдатские книжки, а перед Викингом в полный рост встала проблема языкового барьера.

— Парни, кто у нас немецким языком владеет? — спросил у бойцов.

Ротмистр шагнул вперед, а Давид поднял руку. Понятно.

— Переводи, — скомандовал сталкер поляку, — и, пожестче, с металлом в голосе, чтоб знали, с кем дело имеют. Сейчас останавливаем первую машину и едем все вместе к нашему приятелю штандартенфюреру. Мы его вчера от смерти спасли, надо проверить, как он там. До дальнейших указаний они поступают в наше распоряжение.

Немцы открыли рот, пытаясь что-то сказать, но Серега сунул под нос старшему патрульному изготовленный Викингом документ, предписывающий выполнять приказы лица, его предъявившего. Если бы трюк не сработал, пришлось бы немцев валить, но, увидев подписи Гейдриха, Мюллера и Канариса, жандарм был готов по приказу землю есть, а уж съездить за компанию с гостями в райцентр, тем более.

Первыми по дороге проехали связисты на велосипедах. Деталь военного пейзажа, такая же естественная, как роса на утренней траве. Следом за ними появился штабной «Опель-капитан». Ротмистр взглядом показал Сереге на жандармов, мол, кончай их, если что не так. Котляров понятливо ухмыльнулся, зима в концлагере ему любви к людям не добавила. Насмотрелся он и на своих и на чужих досыта, поэтому и в побег пошел один. Викинг все заметил, и к остановившейся посреди дороги легковушке, пошел уверенно. В своих парней верил, знал, прикроют.

Первым из машины выскочил щеголеватый капитан в общевойсковой форме, но с ухватками столичной штучки. Сталкер забрав у него из рук документы, которыми тот размахивал, и молча, сунул их к себе в карман. Этот нехитрый трюк был им подсмотрен у российской дорожной полиции. Сразу ставит человека без документов в зависимое положение. Забрали, а отдадут или нет, кто его знает. Капитан сразу заткнулся, и засеменил за ним как миллионы бесправных граждан соседней страны. Викинг рывком открыл дверь и замер в оцепенении.

Сначала на него обрушился запах. Жасмин и розы смешались с ароматом альпийских пиний. В полумраке на заднем сиденье шевельнулось облако абсолютной тьмы, подчеркнутое ослепительно белой полоской воротничка.

— Я прошел всю Италию, от Неаполя до Милана, но нигде не встретил тебя, прекрасная сеньора. Что же я сделал хорошего, почему Зона послала мне это небесное создание? Как мы с тобой говорить-то будем?

Девочка вылезла из машины так, как учили Викинга в учебке диверсионно-штурмовой бригады. Только что ты был внутри, и вот уже снаружи и готов стрелять. Грива черных, словно вороново крыло волос, взметнулась облачком, окончательно добив сталкера. Сейчас из него можно было выцедить кровь по капле, он не обратил бы на это внимания. На форменном кителе золотом блестели якоря.

— По матери я княжна Строганова, — небрежно сообщила красавица, довольная впечатлением, которое произвела на диких варваров. — Говорить будем на русском. Вы, славный конунг, тоже из знатной фамилии?

— Я простой Викинг, как многие в этих краях из славного рода Ольгердовичей. Сейчас прибалты не любят вспоминать, что княжество Литовское собирали своими мечами славянские князья. Но что было, то было. В нашей компании сплошь голубая кровь и белая кость. Вы отлично впишитесь в наш коллектив, княжна.

Серега передернул плечами, представив, как он будет стоять на комсомольском собрании, объяснять товарищам, с кем общался по пути домой. Насмерть, как на апельплаце, в тридцатиградусный мороз на ледяном ветру в декабре сорок первого. Стоять всегда надо до конца, и лучше при этом быть правым. Тогда и умирать легче. Одернув безрукавку, пошел распоряжаться.

— Слушай мою команду! — обозначил сержант Красной Армии желание поруководить. — Я и Испанец — первый мотоцикл, ротмистр и Гнат на второй. Викинг в машину. Доедем до госпиталя, мотоциклы с водителями отпустим. Там нам штандартенфюрер транспорт обеспечит. По машинам!

Викинг из всего сказанного понял только одно — он едет вместе с девушкой своей мечты. Достал из кармана документы капитана, и небрежно глянув, вернул хозяину.

— Гелен, знакомая фамилия, — заметил сталкер. Сел рядом с итальянкой, и замер, совсем никакой. Мыслей в голове не было никаких. Только надежда, что дорога никогда не кончится, и они все время будут рядом. Однако все имеет свое начало и конец. Минут сорок пролетели как один миг, и вот их кортеж подъехал к школе, в которой разместился районный госпиталь. Внутри кто-то заходился в крике. Викинг подобрался, поцеловал княжну, и сказав: «Жди здесь», двинулся вперед.