Чтение онлайн

Самое главное, первого октября, когда началась десантная операция, мы пытались занять плацдарм на той стороне Одера… И меня похитили. Нагло, красиво, да просто великолепно. Я в восхищении.

Очнулся я от привычного гудения моторов. Только шум не «пешки», к которой привык, кажется, это «Юнкерс-52», у него такой знакомый надрывный гул, не спутаешь.

А что я последнее помню? Так, авария на переправе, встречный мощный американский грузовик, сталкивая машины, врезался в нас, мой внедорожник лег на бок, и мы полетели в воду, под начавшуюся перестрелку. Тут меня крепко и больно схватили за ногу, резко дернув вниз, укол в бедро, и сознание почти сразу уплыло. Мы в шестидесяти километрах от передовой были, у штаба фронта, рядом один из притоков Одера. Красиво все проведено было, я в восхищении. Причем стоит отметить, что к ноябрю на меня еще три покушения состоялось. Тот случай со стрелком на водонапорной башне не считаю. Хотя этот случай позволил усилить мне охрану, даже прибыли сотрудники из Москвы, по просьбе Михайлова, и их усилили ротой НКВД. То есть меня охраняли порядка трех сотен солдат и офицеров и пять единиц бронетехники. Это на земле, а вот в воздухе все на свой страх и риск. Да и ничего сделать те не могли. Однако и с такими силами перехватил несколько групп ликвидаторов, и все же допустили попытки выполнения в трех случаях.

В первый раз были два пулеметчика с МГ-42. В результате восемь убитых из охраны, меня амулет спас. Потом четыре снайпера с разных точек работали. Чудом выжил. И наконец, третий случай, минеры-подрывники работали, заминировали дорогу, по которой мы ехали. Изувеченный бронетранспортер, в котором меня везли, отлетел в сторону, кувыркаясь, из него я один живым выбрался, даже не контузило, что многих поразило. Меня уже откровенно стали считать заговоренным. Только погибших тогда было двадцать два. Так что меры охраны драконовские были приняты, я по сути заложник – туда не ходи, сюда не ходи. Понимаю, что нужно, просто удивляет, что с таким-то контролем – и вот удалось похищение. Не убийство, что все же легче провести, а именно похищение. И оно удалось. Похоже, боевые пловцы работали. Любопытно, как сделали, что я не захлебнулся, когда сознание потерял? Меня же так и тянули ко дну, удерживая. Это было последним, что я запомнил.

Кстати, посмотрим, кто тут еще кроме меня? Вот так я чуть приподнял веки и через щелочки глаз стал изучать салон самолета. А вот тут я серьезно испугался. Не ощутил на себе двух амулетов, защиты и «Глаза». Видимо, приняли за украшения и сняли. Где я их теперь искать буду? Ничего, найду. Тут просто деваться некуда. Хорошо, что документы и награды не потерял, они на парадной форме, а та в хранилище, сам я обычно ходил в летном комбинезоне без погон. Да и не нужно мне это ничего, с такой охраной доступ к моему телу проходил по особому разрешению. Черт, да командир моей охраны в звании подполковника был. Похоже, это не диверсанты. В салоне сидело четверо солдат СС, в серой полевой форме, вооруженные МП-44, они конкретно охраняли меня. Также сидят несколько офицеров. Всего девять человек, я десятый, лежу на полу связанный. Руки связаны спереди, у локтя тоже, тело затекло, я руки и ноги по сути не чуял. В общем, та еще ситуация, и стрелять направо и налево нельзя. Тут видимо заметили, что я очнулся. Скорее всего по движениям глазных яблок. Раздался гортанный окрик предупреждения, и один из офицеров подошел и сделал мне укол. Похоже, перевозить меня в сознании сильно опасались.

Это снотворное, я почуял, как проваливаюсь в сон, но не в этот раз. Я чуть отжал пальцы от веревок, отчего небольшое свободное пространство появилось, и вызвал амулет-диагност, успел провести диагностику. Была остаточная гадость в крови, так что сменил диагност на лекарский амулет и почистил печень и почки, перед тем как новый укол сделали. В общем, эта гадость действовала быстрее, чем я лекарским амулетом работал. Правда и очнулся я вскоре, самолет явно шел на посадку. То есть амулет, пока я без сознания был, продолжил выполнять последний приказ – чистить внутренние органы и кровь, убрав снотворное. Немцы же, будучи уверенными, что я долго просплю, особо не стеснялись. Лежал я на носилках, когда самолет сел, вынесли на них, убрав в крытый кузов грузовика, куда забрались и эти четыре солдата.

Лекарский амулет я уже убрал, тот свою работу сделал, и, старательно изображая, что все еще без сознания, также под пальцы вызвал амулет-сканер, еще в самолете это сделал и просканировал. Нет, амулетов защиты и «Глаза» так и не нашел, не было их при мне и в самолете. Скорее всего те, кто меня брал и прибрали их к рукам. Прилипли к их жадным ручонкам, придется искать. А кто меня взял, да и где они сейчас, думаю, узнаю у офицеров, что меня везли. Это те языки, что мне нужны. Пока же меня везли, я работал диагностом и занимался лечением тех проблем, что нашел, – тут помимо последствий долгого сна, трое, а то и четверо суток, еще и синяков хватало, и в легких вода. Ну ее выкашляю чуть позже, синяки и травмы убирал. Главное кровь разогнал, чтобы тело не таким затекшим было. Закололо тут и там, но это даже хорошо.

Судя по эху снаружи, катили мы по улочкам, да и поворачивали часто. Где-то около часа в пути были, но вот остановились. Двигатель смолк, меня сразу вынесли и куда-то потащили. Что за город – не знаю, но где бы ни был, все равно утеку. Хотя это как раз не самое важное. Мне языки нужны, узнать, где мои амулеты. А так снаружи вечер, слышал сирену воздушной тревоги, звуки далекой бомбежки, не Берлин ли это, но меня внесли в помещение и после недолго движения подняли на второй этаж, лестница точно была, и в палату внесли. Я уже достал амулет-сканер, и тот показал. Одиночная палата с решетками. Два солдата в палате, на стульях у двери сидят, и двое в коридоре, тоже у двери. Хм, еще двое внизу у окна. Это не те, что меня сопровождали во время перевозки, другие. Как те интересно меня охраняли. Ну или от меня.

Через полчаса после доставки в палату с двумя офицерами зашел врач. Что привлекло мое внимание, один из офицеров нес ручные и ножные кандалы. Ясно. А то я думал, что так и буду спутан веревками. Видимо при враче меня решил развязать и приковать к койке. А вот это плохо, тот сразу поймет, что я симулирую. Я не настолько профи, чтобы еще врача обмануть. Поэтому убрал амулет-сканер, и на его месте появился боевой артефакт, который я сразу использовал, пометив тех, кого нужно уничтожить. Это врача, обоих солдат в палате, что вскочили со стульев и ели начальство глазами, и тех двух солдат в коридоре. Дверь открыта, их видно. Одновременный удар и пять голов покатилось, а тела, некоторые с шумом, повалились на пол. Веревки тут же исчезли, у меня полторы тонны свободного в хранилище, есть куда убирать. Потом объясню, как смог освободить столько места. Пока же резко сел и наставил на офицеров пистолет «Вальтер», у него набалдашник глушителя накручен был. Те замерли шокированные. Помните, я банду побил в лесу? Еще в бункере освободил наших врачей. Вот у этой банды собрал немало трофеев. Было и три единицы относительно бесшумного оружия. Наша СВТ с глушителем и два таких «Вальтера». А пока немцы не осознали все и не пришли в себя, злым шипящим голосом задал первый вопрос:

– Где мой комбинезон и украшения с него? Говорим быстро.

Те молчали, поэтому я выстрелил каждому в левую ногу, для стимуляции памяти. Те, кто с криком, кто со стоном схватившись за поверженные места, повалились на деревянный пол. Видимо крик привлек ненужное мне внимание, кто-то заглянул, и увидел обезглавленные тела солдат в коридоре, и сразу раздался женский визг. Времени у меня мало, вот и поторопился с допросом, пристрелив одного офицера. Тот почти вытащил из кобуры пистолет «маузер», чем-то тот на пистолет Макарова похож, я забрал, но смог получить что хотел. В коридор стал гранаты кидать время от времени, там шум множества сапог слышно было, команды, солдаты прибывали. Это дало мне время. Но впустую его потратил. Ничего про амулеты те не знали, хотя лично принимали мое тело у диверсантов. Наверное, мне стоит возгордиться, ведь меня брал сам Отто Скорцени, главный диверсант Гитлера, со своими солдатами. Самое главное, я узнал где база их и куда они после выполнения операции отправились. Там буду искать свои амулеты. Мне без них просто край, лучше даже не возвращаться. Амулет защиты ладно, его со скрипом готов потерять, но не «Глаза», без него мне хана. Пока шел допрос, я натянул гражданскую одежду и надел амулет защиты, точно такой же, запасной мой, второго уровня. И да, я в Берлине. Почти в центре города, в тюремной больнице, ею Гестапо заведует. Гитлер тут, в городе, а он лично на меня посмотреть хотел. Сам Берлин в руинах, и это не наша работа, союзничков. Тут они тоже Дрезден и Мюнхен в пыль бомбардировками стерли. Да и Второй фронт поторопились открыть, раньше это сделали, видя, какими темпами мы наступаем. При слабой подготовке двадцатого мая они высадились в Нормандии, сейчас на полпути к Парижу. Немцы там серьезно сопротивляются, обороняются.

Главное узнал, можно начинать поиски. Вот так одевшись, снова кинул пару ручных гранат и следом противотанковую, и пошел на штурм после разрывов, закидывая по пути в открытые двери палат ручные гранаты. Я с солдат автоматы снял и боеприпасы, пистолеты с офицеров, зарядил и приготовил к бою. Мне тут каждый ствол под рукой нужен будет. По сути, я зачистил второй этаж, порядка полусотни трупов, и только половина солдатские. Остальные медики и пациенты. А с учетом, что это тюремная больница… Да, пофиг, главное выжить. А ушел так: убрал с другой стороны здания решетку в хранилище и спрыгнул на брусчатку со второго этажа, тут солдат не было, повезло. Хромая, ноги отбил, убежал в улочки. Уже темнело, скрылся. Дважды накопитель у амулета-защиты сменил, в ноль опустошены были, но к счастью обошлось.

Забравшись в какие-то горелые развалины, я проверил себя диагностом и удивился, лодыжка сломана, и я с таким переломом полкилометра умудрился отмахать от тюрьмы. За полчаса, потратив накопитель, убрал перелом. Уже стемнело, по городу явно работали поисковые группы, но затемнение играло мне на руку, вот так и двинулся к окраинам города. Нужно как можно быстрее покинуть Берлин и добраться до базы диверсантов во Франции, где те сейчас, я очень на это надеюсь, находятся. Вообще Скорцени действовал против союзников, но тут его дернули именно меня пленить. Во второй раз. Первая проба закончилась провально. Я вот не знал, что еще в сорок третьем против меня операция готовилась, но я там сам под трибунал угодил, – это мне язык сообщил.

Как бы то ни было, но я потратил всю ночь и только под самое утро оставил окраины Берлина позади, спешно удаляясь на велосипеде прочь. Сложно было, очень трудно уйти, но я смог. Именно что ночь помогла. Да уж, как непривычно-то без амулета «Глаза» – просто не передать. Иначе я бы давно город покинул. Амулет-сканер помогал, и хорошо, но у него дальность всего сто метров. Он тоже немало мне помог выйти из города, показывая засады. Добравшись до берега реки, я отметил, что все рощи и опушки лесов заняты, какие-то части стояли, в основном зенитные и инженерные, а тут густой кустарник, можно передневать. Поел, обтерся влажным полотенцем, и спать, в зимнем спальнике. Холодно. Шкура медвежья вниз, тент сверху, а то что-то тучи низкие, как бы дождем не разродились, и вот уснул.