Чтение онлайн

На следующее утро я посетил городскую столовую, между прочим вкусно готовили, хотя для завтрака в основном были каши, благо нашлась одна из рубленой крупы-сечки, с подливой и рыбной котлетой. Ну и компот. Поев, я поблагодарил работниц, и покинув столовую, направился к… моргу. У ближайшей больницы был свой морг. Там дождался, когда выйдет работник, первый мне не понравился, похож на комсомольского активиста, резкий как понос, а вот второй, пожилой, усатый, сгорбленный мужчина, тот вышел в клеёнчатом переднике, явно непростой санитар, и курил, дымя «Беломором», вот он, заинтересовал.

– Доброго дня, - подойдя, подал я голос.

– Доброе?
– даже удивился тот.
– Ну как скажешь. Чего хочешь? Родственник у нас?

– Нет. Есть серьёзный разговор, хотелось бы пообщаться.

– Сейчас не получится, освобожусь минут через сорок, там пообщаемся.

– Добро, там на лавочке в тени парка посижу.

– Угу.

Тот вернулся в здание морга, а я прошёл в парк, что принадлежал больнице. Там и больные гуляли, вот и занял лавочку. Подумав, достал книгу, на испанском, читал в оригинале Дон Кихота, купил её в Риме, вот и продолжил где остановился. Увлекла история. Полчаса, пока кто-то не воскликнул, выхватив книгу:

– Ага, шпиён!

Отреагировал я резко. Вскочил и заехал правым боковым в живот похитителю книги. Оп-па, старик, думал моложе он. Голос подвёл. Тот выронил книгу, а я её подхватил. К нам уже бежала медсестра, я же, посадив больного старика, он в больничной пижаме был, на лавочку, а тот рыгал, удар в солнечное сплетение, и оставил, поспешив уйти. Ладно, сорвалось, сейчас лучше к местному работнику не подходить, ещё милицию вызовут за нападение на пожилого и больного человека. Да была мыслишка через него добыть документы. Иногда к ним привозят тела, плохо обыскивая, и те находят документы, те или к рукам прилипают и тело как неопознанный приходит, или сдают кому нужно. Думал с этим усатым бы договорился. Ладно, не помог план «а», переходим к плану «б». У меня и «в», если что, есть. Я направился на поиски ближайшего отдела милиции. Вот там нашёл отдел, что занимается оформлением погибших, потом передают документы дальше, сообщая по месту жительства, если кто погиб, и вот с помощью амулета-сканера, изредка и «Глаз» гонял, я ожидал интересного.

Надо сказать, пришлось подождать, только на восьмой день с момента как я прибыл в Москву, пришлось продлить комнату, она меня вполне удовлетворяла, без тараканов и клопов, что редкость, дождался того, что нужно. В отдел доставили документы погибшего, ответственный сотрудник начал оформление, но не закончил, ушёл на обед, а я проник в здание и в нужный кабинет, всё давно подготовлено, даже ключи от дверных замков. Стопка документов заинтересовала. Так вот, были они на Андрея Геннадьевича Миронова, двадцати одного года, то есть, сорок второго года рождения. Мартовский. В стопке документов, паспорт, военный билет, я мельком глянул, сержант-артиллерист. Комсомольский билет, шофёрское удостоверение, аттестат об окончании десяти классов школы, и свидетельство о рождении. Я особо не изучал добытое, времени мало, только проверил стопку. На одну фамилию, потом облил всё бензином, свечку поставил, и нить натянул, пропитанную бензином, и покинул кабинет, а через полминуты полыхнуло. Да хорошо так. Окно вылетело. Пока пожарные приехали, всё и выгорело. Журнал учёта тоже, куда внесли информацию о погибшем парне. Я же направился к знакомому моргу, и как стемнело, там остался сторож, проник внутрь и подчистил журнал, а также журнал на Скорой помощи, убирая информацию по погибшему парнишке. Всего несколько букв дополнил и уже совсем другой человек погиб. Пусть ищут. И я данные по рождению изменил. В общем, подчистил историю жизни парня. Сам же в снятой комнате уже внимательнее изучил документы. Самое главное, в паспорте была отметка о выписке. Тот прописки не имел. А до этого жил в Рязани, выписался оттуда, приехал в Москву, и погиб. По записи в морге, и травмам, столкновение с грузовиком. Сшиб его грузовик если проще, на полном ходу, травмы несовместимые с жизнью.

Отлично, как раз тот комплект документов, что я хотел, отучился в школе, отслужил, и видимо немного работал шофёром, никуда не поступая учиться. Трудовой книжки нет, а жаль. Ну мне это тоже не надо. А пока я ожидал этот комплект документов, то посещая разные фотоателье при Домах Быта, сделал фотографии в разной одежде и причёсках, как раз для замены, и вот так работая, поменял фотографии на трёх документах, паспорте, правах и комсомольском билете, на свои. Причём паспорт облил чернилами, дал высохнуть и на следующий день пошёл сдаваться в милицию. Не в тот отдел где пожар был. Там в паспортный отдел, написал заявление что двухлетняя дочка жильцов, где квартирую, случайно пролила чернила, я не сразу обнаружил. Прошу заменить документ, по причине повреждений старого. Заявление приняли, фотографии от меня и испорченный паспорт тоже, выдав временную справку, что возмещала паспорт. И всё, через девять дней я получил новый, уже настоящий, на моё имя. Это всё довольно просто. А теперь можно устраиваться в жизни. К тому моменту, когда за паспортом пришёл и получил его, я уже нашёл работу. В Москве оставаться не хочу, и поэтому внимательно выслушал вербовщика, что ловко вербовал людей работать на Крайнем Севере. Ага, в Воркуту славил. Я от неё отказался, тогда тот предложил Камчатку. Камчатка? А вот это уже интересно. Так что оформили документы, и я был завербован как фотограф в Дом Быта в один из самых северных посёлков на Камчатке.

Дальше собрал вещи, фотоаппаратуру закупил, тут в Москве неплохой набор, это личная, для работы на месте должны выдать, всё что нужно для северных краёв, особенно фрукты и сухофрукты, молоко, запасы делал в хранилищах, в браслете в том числе, сел на поезд и вот так с немалым удовольствием поехал на Дальний Восток. Мог и самолётом, но зачем? Мне дорога нравилась, тихо и пристойно, интересные соседи, симпатичная проводница, разведёнка, что не против была уединиться в её купе, за время пути со всеми перезнакомились, включая соседние купе. Вагоны новенькие, проводницы вежливые, ресторан замечательный, не то что те, которые на юга ходят, детей вездесущих и орущих нет. Не поездка, лафа. Есть конечно те, кто за воротник заливал, но таких на наш вагон немного было, в одно купе перебрались и тихо там бражничали, не мешая особо остальным. В других говорят шумновато, даже милицию вызвали. Десять дней шёл поезд до Владивостока, там снял гостиницу, помылся, постирался, и узнал, когда попутное судно к нужному селению выходит. Через шесть дней рейс. Тут теплоходы ходят, пусть заходят в каждое селение по пути, главное в нужное тоже зайдёт. Так что меня проверили пограничники, не знаю почему, я погрузился на борт, а выкупил одноместную каюту, что на теплоходе довольно большая редкость, да и цена кусалась, и вот так мы направились к Камчатке. Чую меня ожидает интересная жизнь.

Панцирная сетка кровати скрипнула, когда я с неё встал, и тихо, стараясь не разбудить соседей, подойдя к открытому окну, прислушался. Пугающая тишина, а ведь через час начнётся самая страшная война в истории человечества. Вторая Отечественная война. Да блин, я умер и снова очнулся в теле молодого парня, и, наверное, в первые рад тому, в ком оказался. Желания особо участвовать не было, но в этом роду войск я в первые поучаствую, решил, что можно рискнуть.

Об этом позже, сейчас о другом. Я прожил прекрасную жизнь. Помните Камчатку? До самого развала Союза я там проживал, с женой и тремя детьми, плюс любовница, у которой ещё двое детей, и жена знала, они подруги. Только летом мы ввосьмером летали самолётами на южное тёплое море, а так жили на севере. И мне там действительно нравилось. Я отличный фотограф, все фотографии на паспорт или другие документы, фотопортреты или на свадьбу альбомы, всегда делал сам. Вот и пригодился опыт, я считался хорошим специалистом и получал положенные надбавки. Плюс на полставки был ремонтником разной радиоаппаратуры и музыкальных приборов. Да и срок до пенсии быстрее уменьшался. По сути к развалу Союза я уже лет десять как был на пенсии. Там уже оставил жену богатой вдовой, любовницу тоже, имитировав гибель, омолодился и жил в разных странах, путешествуя. Я был циркачом, кинжалы метал и силача иногда подменял, был пилотом авиашоу в Англии, высший пилотаж демонстрировал, мне было интересно и научился, занимался глубоководными исследованиями. Тут в одиночку, магией пользовался. Работал на ранчо в Аргентине, где много рогатого скота, делал сыр на сыроварне в Швейцарии. Я объездил весь мир работая то тут, то там. Мне было интересно, скучать не приходилось, и это было здорово.

В две тысячи сорок шестом году, я сам себя убил. А выхода другого не видел. Тут без шуток, так и есть. Меня пытался захватить маг, неизвестный, это не магёныш с его учителем, я про них давно забыл. Этот вообще неизвестный хмырь, и не землянин, у нас таких рас нет, хотя и человек. Не бывает у наших красных зрачков, синего цвета волос, и серой кожи. Первый удар защита выдержала, думаю тот по амулету и обнаружил меня, да атаковал сходу. Если бы у того было время для подготовки, у меня без шансов, а тут… Да и тут шансов никаких. Что я противопоставлю опытному магу? Да я разозлился, из хранилища достал авиабомбу, на ней шашки тротила, всегда стараюсь иметь штуку, с которой прихвачу собой врага, и активировал детонатор. Ожидания не было, сразу сработала. Вспышку увидел, боли нет, а вскоре очнулся в теле молодого парня. Это была моя жизнь. Знаете, я бы повторил, мне там всё нравилось, просто здорово было, но вот не повезло с магом столкнутся. И какого ему от меня надо? Ладно, была жизнь, и была, у меня молодое тело, я в прошлом и впереди снова долгая жизнь. Тут главное войну пережить. Я решил дать шанс местным, и повоевать. И самое главное, перенёсся из две тысячи сорок девятого, а в сорок седьмом я почти всю технику и оснащение заменил на суперсовременное. И да, у меня есть и дроны, и коптеры. Да и электроники всякой. Чего только нет. Я уже в предвкушении, в личном хранилище пятнадцать тонн свободного, получилось так, в браслете около трёх тонн, и подъел все запасы провизии этого времени, а химию и синтетику будущего есть не хотелось. Тут пополню запасы еды.

Так вот, в кого я попал. Молодой парень, девятнадцати лет от роду, сержант ВВС, прибыл в свой истребительный полк за две недели до начала войны, прямиком из училища. Принял машину, «И-16», сделал два учебных вылета в составе своего звена, а на третьем проблемы при посадке, скапотировал самолёт, перевернулся, и тот ударился головой о землю. Когда вытащили, уже не дышал. Хорошо врач дежурил, провёл реанимационные мероприятия, и вернул к жизни. Только уже не сержанта Алексея Даниловича Соколова, а меня. Вот такая история. Очнулся четыре дня назад, вчера закончились проблемы с руками и ногами, я уже излечил все повреждения лекарским амулетом, хотя шапка бинтов на голове до сих пор есть. Ещё и обрили наголо. А служу я теперь в Сорок Первом истребительном авиаполку, Девятой смешанной авиадивизии, Западного военного округа. У Белостока стоим. В полку два десятка «И-16» и «И-15», и около полусотни «мигов», но не все лётчики ими владеют. Я в палате медсанчасти лежал, где травмированные лётчики находились, тоже бились при посадке. Двое их, кроме меня. Помните в прошлой жизни, когда я в теле танкиста Иванова очнулся, и в госпитале лежал? Там лётчик весь в гипсе в моей палате был, жена о нём заботилась? Вот, из этого полка. Интересно, почему постоянно Западный округ? Начинал же с Киевского? Ну ладно, лично я не против, тряхну стариной, главное, чтобы старина не отвалилась, и повоюем. ВВС элита, тут и жизнь получше, и питание, да и девушки. Тем более я попал в паренька, он сирота, после отгремевшей Гражданской войны такое не редкость, но ничего. Я вообще привык жить бродягой, где я, там мой дом и там мне комфортно. Тем более свой дом я ношу с собой, в хранилище два кемпера, построенных по индивидуальным заказам специально для меня. Один настоящий дом, в виде большого автобуса, два года как владею, не нарадуюсь, другой автоприцеп, тоже хорошо оснащённый. И если дом на колёсах для северных краёв, хорошие утеплители и печки, солнечные батареи на крыше, то прицеп, для жарких стран, белый с кондиционером, и тоже наверху солнечные батареи. Сверхлёгкие и прочные. Научились делать. Хотя большой дом и в Сахаре использовать можно, два мощных кондиционера. Универсальный он, от минус пятидесяти до плюс пятидесяти. Да и другой техники хватало, в будущем чего только не придумали.

– Скоро начнётся, скоро начнётся, - шептал я, и знаете, с момента как очнулся и осознал где нахожусь, размышлял.

Вот именно об этом моменте, терпеливо дожидаться налёта, или же рвануть на аэродром и поднять хотя бы один самолёт навстречу врагу? Есть несколько моментов, да я очень опытный пилот и легко кручу фигуры высшего пилотажа, незнакомые мне машины освою быстро, но спортивный пилотаж и боевой, это немного разные вещи. Я не умел использовать бортовое вооружение, если проще. Да, я даже реактивными самолётами управлял, причём, у меня свой личный был, но это другое. Опыт нужен, а его нет. В общем, я просто махнул рукой, чему быть тому не миновать, покинул помещение медсанчасти полка через окно, и босиком побежал к стоянке самолётов, тут до них недалеко. Видел хорошо, спасибо амулету-ночного зрения, да и успел с помощью «Глаза» определить где стоят самолёты дежурных звеньев, три «И-16» и три «Миг-3», туда и бежал. Да и рассвело уже, ещё кое-где туман виднелся в низинах. У хорошо замаскированных самолётов спал механик, чуть дальше прогуливался боец с винтовкой и в каске, с интересом на меня поглядывая. Пнув по ноге механика, и когда тот резко сел, спросил:

– Какая машина с пушками?

– Эта, командира звена, - указав пальцем, машинально ответил тот и осмотревшись, спросил.
– А что происходит?

– Война, немцы летят, бомбить нас. От винта!

– Есть от винта, - откликнулся механик и подскочив к машине, в которую я забрался, стал её готовить.

Внутри даже парашют был, но я на него просто сел, пристёгивая страхующие ремни. Ну и дальше запуск. С помощью «Глаза», пока в медсанчасти находился несколько дней, вися над кабинами, я видел какие лётчики манипуляции проделывали, вот и тут сделал, и мотор басовито взревел. Из здания штаба выглянул какой-то командир, видимо дежурный. Колодки убрали, и я дал газу. Самолёт выруливая на полосу, начал разгон. Шлемофон и очки от механика получил. Более того, я видел, что делали лётчики в воздухе, вручную убирали шасси. Вот и стал крутить ручку штурвала, параллельно поднимая кругами самолёт выше. Хочу набрать предельную высоту и оттуда атаковать немцев, когда те подойдут. На высоте трёх километров проверил пушки, очередь в два снаряда ушла в синее небо. Порядок, работают. Оп-па, только на пять тысяч метров поднялся, а в полку тревога стоит, видимо решили, что самолёт угнали, как я рассмотрел первых немцев. В смысле, их самолёты. На высоте трёх тысяч метров идут, поэтому я прекратил подъём, и стал набирать скорость, нарезая большие круги на одной высоте. То, что те меня видят, уверен на все сто, небо чистое, ни облачка. Главное прикрытия у них нет, летят без истребителей. Это они зря. А летели бомбардировщики, «Ю-88». Пятнадцать штук, пять троек. Причём, на подходе те разделились, две тройки пошли на город, кажется станцию бомбить, а три на аэродром. Ну я не разорвусь. Когда те были практически над аэродромом, не сворачивали, начал падать вниз, сделав целью ведущий бомбардировщик. Ко мне потянулись тонкие линии пулемётного огня, там видимо трассирующих патронов в лентах хватало, но я плавно уходил в сторону. Впрочем, сбить атаку мне смогли, я резко ушёл в сторону и открыл огонь я не по ведущему группы, а ведущему третьей тройки. Замыкающей.