Чтение онлайн

– Это поставит крест на нашем будущем. Ты ведь хорошо знаешь, какая у твоего отца власть, а я отлично запомнил плети, коими он щедро меня отпотчевал.

– Да, ты прав, – поникла она.

– Снежана, я ведь не разрываю наших отношений. Ты все так же желанна и интересна. Но мы не можем жертвовать имеющимся, мы должны найти обходные пути. И я такой путь найду.

– Ты прав. Мне ничего не мешает поступить в гимназию. И папа только порадуется, – словно уговаривая саму себя, говорит Снежана. – Только не принято это, чтобы девушка бою училась. Обычно же мальчишки. У нас можно в целительницы, если способности позволяют.

– Неужели вообще никто не выучивается на боевых?

– Такие есть. Их могут пацанками дразнить. Полубабами. Не хотелось бы такое слышать.

Она рассмеялась.

– Так можно же на дуэль вызвать.

– Кого? – захлопала Снежана ресницами.

– Кто обзывается. Один раз по шее получит и не будет. Да и внимание парней все ведь тебе будет принадлежать, коль уж в гимназии нет других.

– Может, ты и прав, Игорь, – задумалась девушка. – Но погоди, ты что, выходит, склоняешь меня все же поступить в гимназию?!

Я покачал головой.

– Просто хочу, чтобы ты рассматривала несколько вариантов. В том числе этот.

Девушка в итоге успокоилась, охотно вернувшись в беззаботное состояние. Мы обсудили победу на турнире и приключения с убийством вампира. Рассказывать подобное столь впечатлительной девушке – особое удовольствие. А закончили на кровати, предаваясь страстям и утехам.

Уже попрощавшись, я покидаю комнату и прохожу через обеденный зал гостиницы. Вдруг голос:

– Брат, можно тебя отвлечь? – с хорошей долей издевки.

– Иван?! Ты чего тут делаешь? – спросил я, присаживаясь за стол возле стенки.

– Да так, – скривил он губы, – жду, пока вы там намилуетесь.

– Кхм-м… а откуда знаешь?

– Вообще-то мне по роду деятельности приходится быть наблюдательным и осведомленным.

– Удивляешь! Я так не умею. Но что ты хотел?

На столе поблескивают наливными боками первые яблоки. Я взял самое яркое и с наслаждением скривился от кисло-сладкого вкуса.

– Мы договаривались обсудить дальнейшие планы, Игорь. И мне совсем не нравится, что вместо того, чтобы заниматься делами, ты предаешься забавам.

Я невнятно промычал и сыграл мимикой.

– Мне почему-то казалось, что мы имеем одинаковый взгляд на женщин, – дополнил Иван.

– Какой же?

– Женщина – это трофей. Не может у мужчины смыслом жизни быть ее внимание, благосклонность или тело. Все это лишь приятные дополнения к основному.

Под его внимательным демоническим взглядом мне стало стыдно. Все же месть за смерть родных – это главный мотив моей жизни. Я обязан найти и убить всех, кто к этому причастен.

– Отчасти ты прав, брат, – кивнул я. – Мне нужно сосредоточиться на главном. Однако в целом все идет, как надо.

– Обычно, когда я замечаю в жизни гладкие моменты, то с подозрением вглядываюсь в грядущий поворот.

Он поднял руку, подзывая служку. Заказал обед и пару кружек эля.

– Не могу назвать последние недели жизни гладкими, – ворчливо отметил я. – На роже и теле новые шрамы, болят ушибы, а впереди хрен знает что. Но я справлюсь.

– Вот это мне уже больше нравится слышать, – улыбнулся он. – Хотел рассказать, что проблему с Бахромой решили – люди, которым мы передаем часть денег, разобрались в ситуации, и теперь рынок полностью мой.

– Звучит многообещающе, – ухмыльнулся я.

– Так и есть. Но меня теперь гложет другое. Видишь ли, тут в Колывани сосредоточено все, чего я смог добиться. И я бы поехал с тобой в Питер, но, ясное дело, не буду этого делать.

– Питер?

– Да, так называют Санкт-Петербург среди наших, – улыбнулся Иван. – Но ты погоди, я не закончил. Мне вдруг подумалось, а почему бы не расширить географию своего ремесла? Питер – это заработок совершенно иного уровня. Через нужных людей получу рекомендации и вольюсь в роскошную, опасную жизнь большого города.

– Стой! Хочешь сказать, что поедешь со мной? – улыбнулся я.

– Так получилось. Просто ты меня навел на мысль, – вернул он мне улыбку.

– Тогда давай выпьем за это, брат!

– Могу только поддержать.

Иван как раз хотел приступить к парящей, чудно пахнущей еде, когда в ресторан вошла стража. Я даже присвистнул – усиленная, несколько Новиков, пара Воев и Гридь.

– Ты Игорь?

– Да.

– Иди за нами. У светлых господ есть время для награждения.

Не сомневаясь, что пойду, отряд развернулся и двинулся к выходу. Иван тоже соскочил, на ходу вытираясь рукавом. Признаться, рад, что он со мной.

Проходим ремесленные кварталы. Обдало дымом и паром из кузницы. Я заметил, как могучий работник поддал жару, направив в накаляющуюся заготовку струю огня из ладони. Слабую, но неплохо дополняющую угольный жар. Наверняка и быстрее делает, и лучше получается. Над домом рядом трудится подряд шабашников – значит, деньги у ремесленника водятся.

Все же магические способности не могут направляться только в военное дело. Кузнец – простолюдин, но где-то в роду оказался маг, одаренность не обязательно была у всех, но вот у него проявилась. Слабая, к службе не годен, если только табачные трубки старшим подпаливать, а вот в быту очень даже полезное умение.

Дворяне рождают породистых детей – один другого краше, особенно в плане одаренности. Ведут борьбу за власть и сферы влияния. В это же время слабая магия выходит в бытовое использование. Я еще не видел, но наверняка водник какой-нибудь себе в дом или на поле заставляет бежать стихию. Рыть каналы, строить арыки и желоба не просто, тем более бессмысленно, когда дом на высоте – сама туда вода не побежит, а вот если хватает сил, можно заставить.

И это будет принимать все большие масштабы. Магия начнет словно бы расползаться и глубже проникать в почву народа, формируя последствия. Интересно, как все будет?

– Привет, Игорь, – кивнул мне стражник на воротах. – С тобой?

– Это мой брат, Иван. Идем на награждение.

– В ратушу он войти не сможет, – хмуро произнес уже глава отряда.

– Это же родственник!

– Вы не похожи, – тут же добавил Гридь.

Загорелый Иван, с почти белыми демоническими глазами, ни формой лица, ни его чертами на меня не походит. Это правда. Но мы дружно подняли руки, показывая ладони.

– У нас братание на крови, – пояснил я.

Глава отряда покивал, и мы двинулись дальше.