Чтение онлайн

Просить два раза никого не пришлось. Саше было интересно дальнейшее развитие событий, но что-то ей подсказывало, что сейчас стоило отправиться восвояси.

– Хоть бы это была та, кто нужна, – Аня, едва выйдя из подъезда, принялась разминать затекшие мышцы. – Достало меня это все. Скукота.

– Ну зачет сдавать надо, – хотя насчет скуки Саша действительно согласилась бы.

– Оперативная работа не слишком веселая, дамы, – с усмешкой протянул Азамат, закуривая сигарету.

Саша поморщилась. И от дыма, и от тона.

– Я пойду и найду магазин, – Аня тоже морщится от запаха табака.

– Нам же сказали не разделяться.

– Во время обхода. А сейчас я хочу есть. Саша?

– Я с тобой.

– А меня вы с собой, значит, не зовете?

– Нет, – качает головой Аня. – Увы. Никакого общения сверх необходимого. Ты не в нашем вкусе, знаешь ли.

– Ну и ладно, – отмахивается затянувшийся сигаретой Азамат. – Идите, свои женские дела обсуждайте.

Саша только фыркнула, но дала увести себя Ане.

– Какой же он все-таки…

– Неприятный тип? Пожалуй.

– Я понимаю, почему ты ему врезала тогда, – усмехается Аня. – О, вон, кажется, магазин. Пойдем?

– Давай, возможно там будет, чем перекусить.

В магазине почти никого не было, кроме пары продавцов и одной покупательницы на кассе, держащей подле себя маленькую девочку и складывающий покупки в корзину. Покупательницы, вздрогнувшей от услышанной итоговой суммы.

– Но там же на ценниках совсем другое, – с некоторой неуверенностью сказала женщина, лихорадочно пересчитывающая деньги в старомодном кошельке. – Тогда удалите последнее. Колбасу.

– Хорошо, – равнодушная кассирша назвала меньшую сумму, и покупательница, ощутимо расслабившись, продолжила собирать покупки. Вместе и с тем самым «отмененным» куском колбасы, забирая его прямо перед носом у кассира, которая и бровью не повела.

Саша вздрогнула, ощущая напряжение Изнанки вокруг. Не удержалась – прикоснулась к Отражению, желая узнать правду о происходящем. И ощутила искаженную, словно бы упиханную под что-то плотное, но отчетливо ощутимую тяжелую, немного надтреснутую ауру силы мага вокруг женщины. И вокруг неоплаченной колбасы, от которой она старательно отводила внимание кассира.

Саша оторопела, наблюдая за «кражей».

И очнулась только тогда, когда покупательница бросила на нее резкий взгляд, и подхватив ребенка и покупки, едва не бегом отправилась на выход. Отражение вокруг них пылало страхом.

– Подождите, – Саша устремилась за женщиной.

– Саша, – Аня ухватила ее за рукав у самых дверей. – Стой.

– Ты сама все видела! Это ни черта не «бытовая магия». Мы ведь только что были свидетелями…

– Помнишь, ты обещала мне, что не будешь сразу звать Орден, если кто-то будет применять магию?

– Но это запрещено! Это ведь преступление.

– Да кому от этого плохо, – Аня нагнулась к уху, быстро и яростно шепча. – Саша, это кусок колбасы, а ее из-за него лишат силы. Навсегда, понимаешь? Ты знаешь Закон. Лишат силы, лишат всего, лишат банально здоровья, да и жизни – ты ведь видела, что она вовсе не молода. Ее убьют из-за дурацкой колбасы.

– Ну нельзя так, – Саша вырвалась из рук Ани.

И остановилась на секунду в нерешительности. Каково это – остаться без магии? Навсегда, а не просто ходя в наручниках в Ордене? Эта колбасная воровка ведь была магом, ни каким-нибудь оборотнем, опасным для людей. Волшебницей, как и она сама. Если бы Саше вот так пришлось бы воровать колбасу…

Не пришлось бы. Никогда.

Не зарекайся, – оппонирует она внутреннему голосу, вспоминая, как сама питалась на две тысячи рублей в месяц. Время, когда и дерьмовый паштет за пятнадцать рублей был ужином, а хлеб, посыпанный сахаром – деликатесом. Не самое лучшее время… А у этой женщины еще и ребенок был.

– Идем, Саш, – Аня вернулась к кассе и расплатилась за выбранные булочки и колу. – Колбаса не стоит жизни, поверь мне. Ты ведь видела ее ауру. Если отобрать силу – она не проживет долго. Без подпитки магией превратиться в болезненную старуху, которой и является. Ей же не меньше семидесяти, а то и больше. Или ты думаешь, что отобрать у мага силу – долголетие останется? Тело тут же станет соответствовать своему реальному возрасту. Вот почему так дорожат магией старые волшебники, что хотя бы сотню разменяли. Да и ты сама видела, что той силы у нее крохи, почти все на подпитку тела и уходит. Она не причинит никому вреда.

– Откуда ты все это знаешь?

Аня саркастично улыбается.

– Я выросла на территории, как говорят в Ордене, «незаконной запрещенной организации «Свобода». Состоящей из Затронутых, не желающих встревать в вечную войну Ордена и Обращенных, но и не собирающихся отказываться от магии. Мы никому не мешаем и живем вдали от людей. Просто живем, понимаешь? И прерывая твой вопрос – да, в Ордене знают об этом. Но им нравится думать, что я могу «исправиться», и поэтому они согласились на мое обучение, когда отец отправил меня сюда. Это не секрет, на самом деле.

– Я не знала.

– Не хотела знать. Так бы тот же Азамат тебя просветил.

– Ну, я…

Договорить Саше не дали. Они с Аней вывернули из-за угла дома и увидели Азамата. И рядом с ним лежащее навзничь тело той самой женщины из магазина. Ребенка нигде не было видно.

– Затронутых тут не должно быть, и вот я поймал еще одну, под личиной. Неплохой улов, а? Сейчас извещу Олега и мы точно идем домой, – ухмыльнулся довольный собой парень.

Дотянуться до телефона Аня ему не дала. Саша не успела даже дернуться, когда оглушающее с выданного оперативником амулета угодило прямо в грудь армянина. И тот свалился на землю в еще более неаккуратной позе, чем женщина рядом.

– Что…?

– Прости. Ты ведь не пойдешь со мной, верно?

– Что? Куда?

– Ты была хорошей подругой, – улыбается Аня. – Но убить эту женщину я не могу позволить. Прости.

Саша почти успела поставить щит. Почти.

Мир на секунду померк, а когда она пришла в себя, то во дворе пятиэтажки остался только лежащий без сознания Азамат. Ни женщины, ни Ани.

Домой они не поехали. Ни сейчас, ни позже. Разбирательство продолжилось в кабинете Михаила Ефимовича. Последний разговор с Аней пришлось пересказать дословно и получить строгую рекомендацию при любом контакте доложить тут же хоть кому-нибудь.

Серафим зашел вечером. Молча поставил пиво, и они вместе так же молча его выпили. С один единственным тостом за все время: «За тех, с кем разошлись дороги». Наставник хотя бы ничего не спрашивал – и за это Саша была благодарна.

Она считала Аню другом, но ничего, оказывается, о ней не знала. Вообще ничего. И пусть их пути пересеклись ненадолго… Но все же, все же. Аня ей нравилась. Она привыкла считать, что в Ордене у нее есть друзья. Но Николай с Катей исчезли с горизонта, укатив отдыхать куда-то вместе, как пара, и с тех пор даже мелкого письма на электронку не прислав. А Анна поступила так, как считала нужным.