Чтение онлайн

Из-за кормы показался буксир с двумя дополнительными огнями, демонстрирующими, что на борту лоцман. Еще несколько лет назад, когда я был кадетом, меня научили, как их легко запомнить: белая фуражка и красный нос. Именно в таком порядке и были установлены сигнальные лампы. Сам толкач принадлежал старейшей морской компании “МакАллистер”, основанной двумя братьями-ирландцами еще в конце девятнадцатого века, поэтому носил их фамилию, как было принято на всем восточном побережье США.

– Буксир у борта, – обратился я к мостику и передал слова американского штурмана: – Полный вперед! Для посадки нужно десять узлов.

– Хорошо, сейчас, – ответил капитан.

– Минутку, – крикнул я седому мужчине в надувном жилете поверх клетчатой рубашки. Он кивнул в ответ.

Судно продолжало идти к берегу на малом ходу. Несмотря на приказ, ничего не произошло.

– Разгоняйтесь, разгоняйтесь! – начал возмущаться лоцман.

– Мастер, полный вперед, – вежливо напомнил я.

– Помню, помню, – отозвался Антон Сергеевич. – Еще пара минут.

– Подождите немного! – бросил я в сторону буксира.

– Что у вас там происходит? – лоцман уже не на шутку рассердился. – Полный вперед, ау!

– Вы разгоняетесь, или как? – спросил я у мастера. – На меня уже орут.

– Потерпи еще немного, – ответил Антон Сергеевич. – В процессе.

Я попробовал отмазаться перед грозным штурманом, выслушивая грязную американскую ругань в ответ. Чтобы не беспокоить мастера – мало ли, что там случилось, – пришлось взять удар на себя и сыграть роль болванчика, не способного на элементарные действия.

– Готово, – сообщил капитан по прошествии долгих десяти минут.

Лоцман нервно выдохнул и залез на борт по веревочной лестнице.

– Вот такую скорость и держите, – недовольно произнес он. – Трап можете сложить.

– Следуйте за мной, – сказал я, изо всех сил демонстрируя фальшивую улыбку.

– На лифте не поеду, – злорадно сказал американец. – Я берегу здоровье, поэтому только пешком.

То-то мне его лицо показалось таким принципиальным. Есть целый класс людей, которые упираются в одну идею-фикс и осуждают всех, кто поступает вопреки их убеждениям. Если бы этот джентльмен жил у нас, то обязательно подсел бы на сыроедение и таскал по пароходам судочки со злаками, которые нужно употреблять строго по часам в ущерб здоровому предутреннему сну.

– Капитан, что это было? – строго спросил лоцман, когда мы добрались до мостика. В отличие от меня, американец не запыхался и дышал размеренно.

– Чистое недоразумение, – приветливо ответил Антон Сергеевич. – Рыбака пропускали, и не могли разогнаться.

– Что ж, бывает, – усмехнулся дедуля.

Я искренне удивился выдержке мастера. Это же надо – после такой неловкой ситуации одним предложением свести конфликт на нет. Лоцман тут же перешел из раздраженного состояния в миролюбивое и взял на себя командование.

Портовые огни светили все ярче. Река Эшли заключила нас в объятия, неся навстречу терминалу через поля и неустанно работающие заводы, что задымляют всю округу даже ночью.

Прощание с судном – такой же неестественный процесс, как и восхождение на борт. Привычная обстановка подменяется чужеродной, а впереди – неизвестность. Удивительным образом морская жизнь вызывает не меньшее привыкание, чем сухопутная. Люди, с которыми проводишь долгое время рядом, становятся не семьей, но довольно близким окружением с общими проблемами, объединявшими вас в одну команду.

Сдав дела, я пошел на мостик, чтобы подписать документы. Еще на лестнице до меня донеслись напряженные голоса.

– Что значит, под свою ответственность? – вежливо, но жестко спросил Дмитрий.

– Так тебя же не было, – парировал Никита. – Пришлось что-то решать.

– Признаю, это мой косяк. Зря попросил открыть второй баллон, – встрял капитан.

– Все равно, ты должен был позвонить мне, – продолжал отчитывать своего зама старший механик. – Ты же видел, что из первого баллона вышел весь воздух. Зачем же было тратить еще один? К нам могла прийти береговая охрана с проверкой. Хорошо, лоцман вменяемый попался.

На этом месте я хмыкнул.

– О, Димон, – улыбнулся Антон Сергеевич. – Проходи, мы как раз закончили.

– Что, злорадствуешь? – спросил меня Никита. Выглядел он подавленно.

– Вовсе нет, – я пожал плечами. – Не суди по себе.

– Ишь ты, – второй механик смерил меня высокомерным взглядом и ушел вниз. Порой моряки расстаются и на такой ноте. Всем не угодишь.

– Что тебе подписать? – спросил капитан, забрав у меня из рук пачку бумаг.

– Все, – коротко ответил я, отчего Антон Сергеевич издал смешок.

– Приятно было поработать, тезка, – Дмитрий протянул мне руку.

– Взаимно, – сказал я. – Жаль, что недолго.

– Зато летишь домой, – хлопнув меня по плечу, стармех тоже ушел.

– Кажется, ты что-то хотел спросить, – мастер внимательно посмотрел на меня и протянул стопку обратно.

– Насчет характеристики… – неуверенно произнес я. – Можно рекомендацию на повышение?

– Не наглей, а, – беззлобно ответил Антон Сергеевич. – Нет, я вижу, что ты стараешься и много умеешь. Но тебе стоит еще набраться опыта.

– Ладно, понял. Вы правы, – сказал я.

– Я читал предыдущий отзыв, – добавил капитан. – Твой Василий – редкий чмошник. И вообще, он перед отъездом подрезал календарь из каюты. Мне уже тогда стало все ясно.

– Спасибо, – я улыбнулся. – Мне понравилось работать с вами.

– Мне тоже, – ответил мастер. – Но тебе есть, куда стремиться.

На мостик поднялся Женя. Ассистент уезжал домой вместе со мной и тоже принес документы на подпись.

– Ты-то мне и нужен, – обрадовался Антон Сергеевич. – Сможешь забрать чемодан дяди Коли? Все равно, в одном городе живете.