Чтение онлайн

— Глеб, я всё понимаю, но ты не можешь так рисковать! — упёрся Толя. — Если не хочешь понимать по-человечески, значит я тебя запру.

— Хотел бы я на это посмотреть, — усмехнулся я, — и нет, ты меня не переубедил.

— Да потому что ты баран!

— А вот это уже оскорбление Императора. За такое знаешь что бывает?

— Это констатация факта! Глеб, давай не будем пороть горячку, дождёмся весны, соберём войска и сделаем всё правильно.

— Толь, ты меня даже не слышишь! Как ещё тебе донести, что ничего из этого не выйдет. Ладно, допустим, мы займём Германию. Где гарантия, что в момент вторженияхизмеи снова не свалят?

— Значит, возьмём следом Францию.

— Ты дурак или специально издеваешься? На кой чёрт они нам сдались?! Я тебе сейчас расскажу одну легенду про товарища Сталина…

— Да знаю я, о чём ты мне хочешь рассказать. Я и сам понимаю, что мы их не прокормим, мне пшеков с прибалтами хватает, чтобы это осознать.

— Тогда объясни мне, недалёкому, за каким хером мы продолжим класть войска? Ради чего? Ты ведь у нас первый гуманист!

— Ну я не то, чтобы… — Толя слегка замялся и покрутил пальцами в воздухе. — Там дело касалось наших, когда ты хотел людей газом травить, а эти… Короче, не жалко мне их.

— Так наши тоже будут гибнуть, это война. Я же предлагаю более деликатный способ.

— Ты предлагаешь самоубийство. Нет, я бы ещё понял, если бы ты приказал кого-нибудь отправить на задание, например, Лешего. В конце концов у Филина хватает лазутчиков, которые в состоянии решить подобную задачу. Так нет, ты собираешься лезть туда сам! Глеб, ты Император, понимаешь? Тебе положено сидеть и раздавать указания, а не пробираться в спальню под покровом ночи, чтобы перерезать глотку врагу.

— Хочешь сделать что-то хорошо — делай сам, — парировал я. — Ради чего ты тогда меня тренировал? Чтоб я в кресле штаны просиживал?

— На случай, если к тебе в спальню прокрадётся какой-нибудь урод, а меня в этот момент не окажется рядом. Не путай хрен с трамвайной ручкой.

— Толь, я не могу поручить это дело какому-то лазутчику. Нет, я уверен, что Леший справится с заданием, он профи и в его талантах я не сомневаюсь. Однако дело не в этом. Мне нужно там быть.

— Зачем?

— Там мой сын. Я не знаю, что с ним стало за все эти годы, кого хизмеи из него воспитали? Ты можешь гарантировать, что люди Филина справятся с ним? Не забывай, у него есть сила, и ни ты, ни я, не имеем понятия, насколько он ею овладел. К тому же я должен попасть в архив.

— Дались тебе эти бумажки… — Толя всё ещё противился моему решению, но уже не так рьяно, как это было час назад.

— Ты не хуже меня понимаешь, сколько всего зависит от того, что в них написано.

— Я пойду с тобой.

— Нет.

— Вот опять нет! Мне уже кажется, что ты специально отвергаешь всё, что бы я ни сказал. Что на этот раз не так?

— Ты мне нужен здесь. Армия не может остаться без генерала. Ты сам знаешь, сколько у тебя работы, с одними только укреплениями до следующей зимы возиться.

— Но от Лешего ты не отвертишься.

— Даже не собирался, — усмехнулся я. — Мало того, я собираюсь прихватить с собой и Филина.

— А он об этом знает?

— Он должен приехать завтра, вот и решим. Но я уверен, что он не откажется. Ему так же, как и мне, очень хочется заглянуть в архивы хизмеев.

— Втроём пойдёте?

— Да. Толпой мы только глаза мозолить будем.

— Ты ведь понимаешь: если попадётесь, у нас не будет ни единого шанса вас вытащить. Вас просто убьют на месте.

— Пусть попытаются, — нагло ухмыльнулся я.

На что способны три шпиона?

Различие границ было настолько сильным, что я не уставал удивляться: как при подобных дырах в охране они умудрялись сдерживать поток беженцев? Разве что их отлавливали позже, при входе в крепости или в другие посёлки. Всё же нам в наследство достались более серьёзные укрепления и заслоны. Здесь, в момент образования Евросоюза, границы между государствами стали, скорее, условными. Да, честные граждане пересекали их через специальные КПП, ради отметок и во избежание штрафов. Но сейчас это сыграло злую шутку.

Наши границы, напротив, укреплялись максимально. Отчего мне требовалось лишь усилить количество патрулей и кое-где подлатать бреши. Но даже это не гарантировало полной герметизации, и Баталин периодически отлавливал шпионов. Однако наша защита была кратно надёжнее той, которую нам требовалось преодолеть. Впрочем, и сложности нас ожидали вовсе не на данном этапе.

Морозы в европейской части континента тоже отличаются от наших. Но трясине, которая покрывала большую часть побережья, хватило, чтобы она смогла выдержать вес человека. Высадили нас, естественно, ночью и теперь мы шагали по замёрзшей пустоши, в направлении Берлина.

Ориентироваться приходилось по не очень подробной карте. Она была старая, напечатанная ещё до катастрофы. Действующие поселения попросту выделены фломастером, отчего не совсем понятно, что и где на самом деле находится. Ведь ситуация меняется каждый год, люди продолжают метаться в поисках лучшей жизни. Кто-то уходит из городов, в попытке освоить заброшенные земли. Другие, напротив, оставляют крохотные общины и прибиваются к крупным крепостям. Потому как большинством выживать легче.

Ещё одно различие — это расстояния между посёлками. У нас, даже в прошлом, можно было не один час ехать по совершенно безлюдной местности. Здесь же, все поселения располагались практически вплотную. Да, их разделяли расстояния, но в сравнении с нашими… это как Ставропольский край и Подмосковье.

Однако брошенные посёлки удавалось определить с ходу. Человек в любых условиях стремится создать тёплые и комфортные условия для жизни. И с наступлением зимы без отапливаемых помещений обойтись не получится. Вот запах дыма нам и подсказывал, какая местность обжита, а где можно передвигаться без опаски попасться на глаза кому-то из местных, а то и остановиться на ночлег или тот же привал, чтобы набить живот чем-нибудь горячим.

Тем не менее мы постоянно прислушивались и прятались от малейшего шороха. Даже несмотря на то, что многие, ранее жилые места, обыскали не по одному разу, всегда есть возможность найти в них ещё что-то ценное. Может, не на продажу, но для быта — точно.

Да, можно было прикинуться искателями. Вот только из нас троих только я и Филин знали язык, но всё равно имели дичайший акцент. Леший вообще ни в зуб ногой. Соответственно, любая встреча тут же выдала бы в нас чужаков. И как на это отреагируют местные, учитывая, что наши государства пребывают в состоянии холодной войны? Правильно, моментально сдадут нас властям. Не факт, конечно, но вероятность этого очень высока.

По этой причине наш путь сильно растянулся и по времени в том числе. Сообщить об этом нашим мы никак не могли, ведь для этого пришлось бы нести с собой огромную радиостанцию. Но в график наши манёвры пока ещё укладывались, а значит, повода для волнения, у Толи, нет.