Чтение онлайн

Первый час сидел, перечитывал и правил инструкцию для телефонисток: как принимать звонки, что спрашивать, как определять на висящей на стене карте Москвы расстояния. Второй час трепался с девушками, даже выпили на рабочем месте по чашечке кофе. Маша оказалась местная, московская. Так же, как и Вика, учится на женских курсах общества естествознания. Глафира, та попроще, коломенская, из крестьянок. Вместе с отцом еще ребенком переехала в Москву. Работала уборщицей, потом кто-то из жильцов ее пристроил в «Эриксон» на телефонную станцию. Там к ней начал подбивать клинья начальник, но без всяких семейных перспектив. Это мне по секрету уже рассказала Вика. Так что после пары недвусмысленных намеков пришлось уволиться.

Звонок раздался в полдень. Мы даже вздрогнули.

– Барышня, барышня! – Мужской голос в трубке был тревожным, слышно даже с нынешним качеством связи.

– Да, да, слушаю! – ответила Мария. – Добрый день!

Знаменитое «алло» в телефонном деле еще не прижилось, так что люди просто здоровались, как при обычной встрече.

– У меня лошадь подкову потеряла. Срочно помогите. Записывайте адрес…

И дальше хохот. Судя по голосу, молодежь. Да, сейчас шутников вычислить проще простого, звонок на станцию, и телефонистка сразу выдаст информацию, с какого номера звонили. Но максимум, что им грозит, это родители погрозят пальчиком.

Девушки вопросительно на меня посмотрели, а я нажал на рычаг телефонного аппарата, развел руками.

– И это бывает. Готовьтесь. Пьяные будут звонить, умалишенные. Или вот такие шутники. Трудная работа, сразу предупреждаю! А теперь объясните, почему нарушена инструкция? Как представляться надо? – Я показал на висящую на стене шпаргалку, где мною собственноручно были начертаны перечень вопросов и прочие нужные диспетчеру сведения.

– Волновались… – пролепетала Мария. – Больше не повторится, господин Баталов…

Не надеясь только на рекламу, я еще решил объехать основных клиентов. На телефонной станции начальство распорядилось повесить напоминание о нашей службе перед каждой телефонисткой. Потом – полицейские и пожарные участки. Везде раздавал визитки с номером телефона, объяснял суть нашей работы. Для важности ссылался на великого князя, европейский опыт. У нас же как? Если на Западе кто-то что-то придумал и это там уже работает, дайте две. Пожарные и полицейские визитки брали, важно кивали. Последние так и вовсе получили циркуляр из МВД об оказании всемерной помощи скорой, и я у местного пристава Арбатской части даже оформил бумагу с разрешением на… сирену. Ручные роторные, на ручке вполне себе продавались в лавках, в основном чтобы пугать ворон, для развлечений. Но ставить их на экипажи никто не решался.

– Лошадей перепугаете, – посетовал седой, с пышными усами пристав по имени Федор Евсеевич.

– Выдрессируем, – отмахнулся я. – В кавалерии лошадей к выстрелам приучают, а у нас – к специальному сигналу.

– Чужих-с перепугаете, – покачал кудлатой головой полицейский. – А на улицах, знаете ли, разные бывают господа. Не дай бог кортеж какой, да вот того же великого князя!

– Мы же не дураки, будем смотреть, кто едет! Да и без нужды запускать не будем.

– Ну, раз так…

Разрешение мне в итоге дали, и мы в конюшне начали врубать сирену, приучая наших лошадок к ужасному звуку. Впрочем, не долго: тут же посыпались жалобы из соседних домовладений, пришел околоточный. Пришлось давать небольшую взятку и обещать упражнять лошадей за городом. Только полицейского удалось спровадить, как поступил вызов. Настоящий. Да еще какой! Пожар! Как говорится, не было гроша, да вдруг… И у нас не алтын, а целый рубль, наверное.

– Спиридоньевский переулок, на пересечении с Большим Козихинским, – тщательно записывала карандашом Глафира. – Пожар в квартире на третьем этаже.

Когда же городские власти закончат пронумеровывать дома? Сейчас только на дворников и городовых надеяться можно. Запомнить названия домов по владельцам, наверное, и не всякий компьютер справится.

– Обе бригады – на вызов, – скомандовал я. – Действуйте.

Здесь недалеко, даже пешком минут за пятнадцать дойти можно. Не нужна будет вторая бригада – отпущу.

– Бригады, на вызов! – крикнула в открытую дверь диспетчер.

Хотя что звать, все и так столпились рядом. Ожидание заразило не только меня. Оказалось, не зря с утра Горбунов накручивал хвосты фельдшерам, заставляя их по несколько раз проверять укладки и прочее. Кстати, как я сегодня узнал, первое дежурство врачи разыгрывали по жребию. Тоже в историю медицины попасть хотели. И приглашенный фотограф оживился, не напрасно штаны просиживал. А то случились бы «боли в животе», или «задыхается», что бы он снимал? Как медики в карету садятся, фотографировал уже.

Я прыгнул в карету ко второй бригаде. А как же, мне тоже надо побывать там. Имею право. А если начальник на борту, то и выезжать со двора нам первым.

– Включим сирену? – с надеждой спросил меня фельдшер Дубинин.

– Воля ваша, – улыбнулся я. – Сколько там штраф за звуковые сигналы, включенные без особой нужды на то?

Детский сад, честное слово! Дубинин – отставник, участвовал в походе Скобелева на туркмен, в Средней Азии лет десять прослужил, пока не вышел в запас, а туда же, дайте полетать по городу с сиреной. И я знал, что соблазн будет велик. Поэтому и разрешил включать звук только при необходимости. Дикий народ, дети гор, не видели еще перевернутых карет и прочих конно-транспортных ДТП конца девятнадцатого века.

Спешка спешкой, а время прибытия на место я засек. Шесть минут добирались. Но первыми не были. На месте уже работали пожарные. Очень живописное зрелище. Куча экипажей, штук пять, притащили бочки с водой, молодцы в брезентовых костюмах и медных касках разворачивают пожарную машину, матерясь, пытаются развернуть заклинившую лестницу. У стены здания уже стоят прислоненными багры. А вот и подмога: впереди – верховой, дующий в трубу как сумасшедший, сзади – еще экипажи пожарников. Кто мне сегодня про опасность сирены рассказывал? Наверное, если бы в кармане сразу зашелестело, пугливость лошадей заметно снизилась бы? Оборотни, блин, в погонах.

А пожар неслабый, дым клубами валит из шести окон третьего этажа, а из одного окна и огонь вырывается. Пожарные со своим скарбом ринулись в подъезд.

– Действуйте, Михаил Александрович, – скомандовал я врачу, оторопело глядящему на происходящее. – Меня здесь нет. Найдите старшего, представьтесь, определите место для приема пострадавших, будьте готовы оказывать первую помощь и обеспечить эвакуацию нуждающихся в госпитализации. Вы, так как старший здесь, уезжаете последним. Быстрее!

Обалдел доктор от увиденного. С новичками бывает, в теории все знают, а как руками приходится делать, так голова и отключается. Ничего, обвыкнется.

Старшего пожарного найти просто, вон он, стоит, активно жестикулирует и придает бодрости подчиненным командным рыком. Но Михаила Александровича услышал, кивнул и показал место недалеко от наших карет. И, что самое главное, ни капли удивления. Будто со скорой сто лет уже сотрудничает.

Я благоразумно стоял на другой стороне улицы, мало ли что может полететь вниз, а потому разбивающееся окно увидел сразу. Стекла со звоном рухнули на тротуар, а ножки стула, которым кто-то орудовал внутри, через секунду исчезли. Створки распахнулись, и на подоконнике появилась девочка. Чумазая от копоти, с мокрыми волосами, надсадно кашляющая.