Чтение онлайн

Ару молча кивнул и уронил на колени мастеру увесистый мешочек золота.

— Ваш заказ будет готов через три дня. Мой сын принесет его квам на квартиру.

Кровник холодно кивнул и развернулся. Я первой вышла из комнаты и начала подниматься по лестнице. Какое-то время мы молча шагали по улочкам. Как только мы выбрались в квартал поприличнее, я тихо спросила:

— Мы отправимся туда, куда он указал? Ночью?

Ару холодно кивнул и предупредил:

— Засчитаю, как ночную практику. Отказаться не получится.

— И не собиралась, — ответила я. — Но можно ли доверять сведениям этого человека? И мы лезем в самое пекло.

— Твое мнение на этот счет меня не интересует, — отрезал он.

Я насупилась, но промолчала. Он не только лез в пекло сам, но и тащил туда меня. Лиор Шендан — мой враг, враг моей семьи. Именно он “помог” всем моим родственникам оказаться за решеткой. А мне — в управлении менталистов. При этом воспоминании я поежилась и заметила, что Ару то и дело косится на меня. Наблюдает. Ждет, что я буду возражать? Или, наоборот, поддержу его?

Остаток дня прошел без происшествий. Никаких врат, даже самых слабых, нам не встретилось. И ни одного самого завалящего беглого полиморфа. Мы бродили по улицам, выискивая признаки грядущего открытия. Жители Эйенкаджа, похоже, привыкли к тому, что за плечом Ару все время мелькает моя розовая шевелюра, и обращали на это все меньше внимания.

Как только стало смеркаться, заморосил дождь. Ару тут же сотворил что-то вроде огненного зонтика, на котором испарялись дождевые капли. Я отошла в сторону и шла под дождем. Мне такая погода доставляла удовольствие. Мокрые волосы наполнялись магией и начинали тускло светиться.

Учитель приказал мне не возвращаться в общежитие — ночью выйти из Академии мне не даст охранное заклинание. И ждать полуночи мне предстояло в комнатах кровника. На пороге его дома я коснулась своей одежды, приказывая воде уйти, и первой шагнула внутрь. Ару развеял огненное заклинание и махнул рукой:

— Поужинаешь здесь. Я сейчас приду.

Я послушно кивнула, сбросила пальто и шагнула на кухню. Там меня ждал ужин. Маргарет суетилась, расставляя тарелки с горячей едой и выпечкой, от которых шел умопомрачительный запах. Следом на столе появился пузатый чайник. Я вдохнула запах мелиссы и лаванды и опустилась на стул.

Хозяйка приветливо улыбнулась мне и сказала:

— Ешь, милая. Наверное, умаялась. Рой ни себя не щадит, ни тебя.

Ару появился чуть позже, в темно-синей рубашке. Я смутно припомнила, что обычно он носил белые, и сразу вспомнила о ране. Но если она и дала о себе знать в очередной раз, виду кровник не подал. После сытного ужина я поплелась наверх следом за учителем. Что делать у него в комнате до глубокой ночи, я даже не представляла. Но не сомневалась, что учитель найдет, чем меня загрузить. Очередным учебником для подготовки к экзаменам, например. Или вспомнит о зачете по вратам.

Наверху Ару отворил дверь и галантно пропустил меня вперед. Затем шагнул следом и навесил на замок заклинание. Я растерянно обернулась, и он толкнул меня к стене.

— Что вы делаете? — спросила я.

И судорожно выдохнула, когда он уперся руками в стену с обеих сторон от меня, а вокруг нас вспыхнуло пламя. Близко. Слишком близко. И огонь, и… он. Кровник бросил на меня пристальный взгляд и сказал:

— В прошлый раз ты ушла от ответа. Но больше я тебе такой возможности не дам. Что произошло между Суру и Шенданами? Что от тебя нужно Лиору?

Да, на этот раз он в прямом смысле припер меня к стенке. И что теперь делать?

Я уперлась рукой ему в грудь и выдавила:

— Уходите…

Меньше всего мне сейчас хотелось отвечать на этот вопрос. И еще меньше — находиться так близко к огненному. Накатило отчаяние, и в тот же миг вокруг моих пальцев вспыхнула магия. Я вложила всю свою силу в попытку оттолкнуть учителя. На короткий миг его рубашка покрылась тонкой коркой льда, которая тут же растаяла, а затем испарилась. Ару перехватил мое запястье и не позволил отдернуть руку.

— Отлично, — спокойно улыбнулся он. — А вот и лед. Это уже хоть на что-то похоже. Тебе полезно злиться, Суру. А теперь к делу. Что произошло между твоей семьей и Шенданами?

— Об этом написали во всех газетах, — попыталась вырваться я. — Отпустите!

— Отпущу, — пообещал он. — Как только ты расскажешь мне всю правду.

— Вы — Ару, — многозначительно ответила я.

— И я единственный, кто помогает тебе здесь, — напомнил он.

— Не единственный.

— Ты имеешь в виду этого недоноска Кая? — сердито фыркнул учитель. — Доверяешь ему?

— Никому не доверяю, — ответила я, снова пытаясь вырваться.

Но Ару держал крепко, и огонь вокруг нас на миг вспыхнул до потолка. Я не выдержала и содрогнулась, но продолжила молчать. А кровник продолжал смотреть мне в глаза, и от его взгляда некуда было деваться. Наконец, он с тоской выругался и продолжил:

— Хорошо. Попробуем по-другому. Говорят, твой отец передал Сьезийскому королевству важные документы. Это правда?

— Неужели вы думаете, что если бы я хоть что-то знала, меня бы оставили на свободе? — с горечью ответила я.

— Если бы ты ничего не знала, Шендан бы сейчас не охотился за тобой. Сидела бы в родовом имении в Инрешваре, предаваясь скорби. Но вместо этого ты учишься. За три года получила половину круга. Не все на это способны.

Я иронично спросила:

— Что я уже не такая бестолковая, да?

И почувствовала, что Ару начинает злиться. А злить его было опасно. Он выпустил мою руку, и я поспешно спрятала ее за спину. Атаковать учителя бесполезно. Он был прав. Пока только его прихоть защищает меня от Шендана. Но сейчас он хочет от меня слишком много…

Ару медленно и осторожно взял прядь моих волос и потянул, пропуская между пальцами. Я снова почувствовала странное спокойствие. И заметила, что Ару внимательно наблюдает за моей реакцией. Я спохватилась, что нужно было оттолкнуть его руку. Мне же не должны нравиться прикосновения к волосам. Особенно после дождя, когда они впитали родную для себя стихию.

Но я не успела. Учитель медленно разжал пальцы. Я не могла отвести взгляд от его глаз. Он снова как-то странно смотрел на меня. Как тогда, когда я только узнала, что Кай — сын Шендана. И я вдруг поняла, что готова рассказать ему все, все что угодно, лишь бы он перестал так смотреть.